Чтение онлайн

– О, там всё намного интереснее, - иезуитски улыбнулся информатор.
– Владик прыгал с крыши недостроенного корпуса и, предвосхищая следующий вопрос, отвечу сразу, никакой толпы студентов, как в случае с Германом, не наблюдалось.

– То есть, жертв туда планомерно загоняют, но используют для этого разные методы?
– перевела на русский язык, заканчивая с полировкой ножек столов и снова полаская тряпочку.

– Да, - просто и лаконично, словно табурет.

– Почему тебя понесло именно туда?
– моментально вцепилась Машка в неудавшегося суицидника.

– Не знаю... Стараясь скрыться от обезумевших студентов, сам не понял как оказался стоящим на краю, - бедный Герман даже растерялся от подобного натиска, правильно, он же привычен к долгим расшаркиваниям, а не как сейчас - наглое проявление любопытства прямо в лоб.

– Может, студенты, старавшиеся выделиться перед Натаном, целенаправленно "вели" тебя именно к тому корпусу?
– внесла довольно рациональное предложение никогда не унывающая подруга.
– Наверное, зачинщик травли хотели своими глазами посмотреть на капитуляцию, а затем и самоликвидацию "врага".

– Что ещё удалось узнать?
– решительно прервала новый виток "исповеди" растерявшегося друга, которому явно было неприятно и некомфортно вспоминать о случившемся.

– Как такового, предупреждения у Никифорова не было, ему сразу вынесли приговор, - неконфликтно пожал плечами корреспондент, но по тому, как его глаза активно косили в сторону ушедшего в себя Савельникова, становилось понятно, что наследнику компании "ДомСтрой" так легко не отделаться.
– Кстати, Владислав покончил с собой седьмого сентября, то есть ровно за две недели до твоего, Павлуша, прихода в Академию.

– Нет, он покончил с собой в начале учебного года, тем самым стараясь привлечь внимание студентов, преподавателей, полиции и прессы, но всё быстро замяли, - сразу стало понятно, что Герман довольно хорошо ориентируется в вопросах политики и Уголовного Кодекса Российской Федерации.
– Назревает закономерный вопрос: почему родители Никифорова не подняли шум, узнав о том, что их ребёнка чуть ли не в спину толкнули на самоубийство?

– Могу попытаться ответить, - домыв пол, Мария устало облокотилась на барную стойку, разминая ноющее плечо.
– Егор же в самом начале говорил, что и мама, и папа, силой запихнули сына в ВУЗ, поэтому они, скорее всего, подумали, что это своеобразная месть неуравновешенного парня, вот и не стали лишний раз поднимать бучу вокруг этой истории.

– Возможно, ты и права, - согласился с девушкой корреспондент.
– Это всё, что удалось узнать из моих источников о Никифорове. Думаю, если "порыть" в Академии, то может попасться довольно интересная информация.

– Ну, да, главное чтобы такой ажиотаж вокруг недавнего смертника не привлёк внимание "Казанов", - скептически хмыкнув, всё-таки не смогла сдержать любопытства.
– Герман, на кого ты учишься?

– Юрист, подающий большие надежды, - недоумённо ответили мне, но при этом не забыв покрасоваться.
– Второй курс...

– Отлично, ты на год старше Натана, - потёр руки журналист, явно снова продумывая очередную комбинацию подстав.

– Нет, он не будет искать никаких встреч с Павлюченко, - моментально пресекла все попытки "случайного" столкновения парней Машка, задумчиво пролистывая уже знакомую папку с краткой биографией "подозреваемых", выданную оборотистым Егором.
– Скорее всего, "Казановы" уже и думать забыли о Савельникове, но лучше всё-таки не рисковать. Почему все так боятся данную группировку и не могут дать этим полудуркам достойный отпор?

– Знаешь, Мария, трудно бороться с самыми влиятельными семействами города, особенно, когда они выступают единым фронтом, явно оберегая совместную тайну, - словно нехотя пояснил мастер разнюхивания чужих тайн.
– Парни не только богаты и красивы, но ещё и в совершенстве владеют всеми навыками обольщения прекрасного пола, что делает их особенно опасными, - и недвусмысленный взгляд в мою сторону.
– Ну, что же, если вопросов больше ни у кого нет, то предлагаю разъех...

– Что здесь происходит?
– звонкий голос владелицы кафетерия "Ириска" неприятно резанул слух, и заставил затравленно вжать голову в плечи.
– Павла, Мария, я всё ещё жду ответа!

"Господи, ну, почему всё так печально складывается?" - молниеносно пронеслось в голове, а язык же тем временем уже нёс какую-то чушь, призванную успокоить бдительность начальницы и подтолкнуть ситуацию к логическому завершению.

– Ой, добрый вечер, Наталья Игоревна! А мы тут как раз домой собирались...
– нервно хихикнув, постаралась спиной прикрыть парней, которым в столь поздний час запрещалось посещать закрытое кафе.

– Эту часть фразы я услышала, - железным тоном оповестили меня.
– Кто эти молодые люди?

– Егор, не сиди столбом - представься, - Машка неучтиво толкнула в плечо окаменевшего парня, который пару минут назад буквально сочился наглостью и надменностью.
– Наталья Игоревна, весть о том, что наше кафе использует стиль "касплей" быстро разнеслась по Всемирной Паутине, поэтому местная газета и заинтересовалась "Ириской"!

– Да-да, - включился в игру парень, сообразив, куда именно клонит блондинка, - меня прислали из редакции взять интервью у обслуживающего персонала и посетителей, но, к сожалению, я пришёл уже после закрытия кафе, поэтому придётся вернуться сюда ещё и завтра.
– Поспешно встав, корреспондент направился ко входной двери и, уже взявшись за ручку, соизволил добить всех присутствующих.
– Сладких снов... милые дамы!

Мой глаз отчётливо начал дёргаться, Машка зашлась в нервном приступе кашля, знаками обещая надрать уши ухмыляющемуся парню, Наталья Игоревна некультурно уронила челюсть, и лишь один Герман оставался до противного невозмутимым. Правильно, он же не причислял себя к категории "дамы", особенно "милые"... Нам с Маней, между прочим, всего по двадцатнику стукнуло, поэтому на сорокалетних тётечек мы никак не тянем!

– А это кто?
– всё-таки взяла себя в руки госпожа Пилюк, глазами указывая на Савельникова, всё также безучастно сидящего за столиком.