Чтение онлайн

Спальня оказалась просторной. Экономка прошла к окну и подняла тонкие льняные шторы; сквозь дымку виднелась панорама Голубого хребта.

– Мы думали устроить вас в комнате мистера Кэмерона с его ванной, но я считаю, что вам лучше поселиться в комнате мисс Кинг, хотя бы на первое время.

– Да, но…

– Позже мы обо всем договоримся, не волнуйтесь, – по-хозяйски значительно ответила женщина. Она указала на большой стенной шкаф и роскошную ванную, выложенную плиткой из настоящего аспидного сланца и керамики кораллового цвета.

Ром подошла к застекленной стене и увидела, что она открывается на один из балконов, которые она заметила прежде; он свободно висел в воздухе. Ром рискнула глянуть вниз – захватило дыхание.

– Боже, я ни на шаг не отойду от этих стен, ногтями вцеплюсь, а не отойду, – рассмеялась она.

– Вам не нравятся горы?

– Я видела их только в детстве, но ничего, привыкну. Это из-за того, что у меня весь день болит голова. И немного кружится; видимо, от высоты.

Нора Фостер понимающе улыбнулась, и Ром почувствовала, что ей уже нравится эта милая женщина. Если и Синклеры таковы, то у нее вообще все пойдет как нельзя лучше.

– А хозяева дома?

– Где-то поблизости, а мальчики наверняка резвятся или лазают по скалам. Примчатся, как всегда, с волчьим аппетитом, так что пора что-нибудь приготовить. Если хотите кофейку, пойдемте со мной на кухню. Мы тут живем по-простому, мисс Кэрис. А аспирин в аптечке в ванной.

– Зовите меня Ром, пожалуйста. Я с удовольствием выпью кофе, только умоюсь и приму лекарство. Ехать на Запад по перегруженной магистрали, да еще по такой жаре, – занятие невыносимое.

Ром понемногу освоилась и за чашкой кофе подумала, что неплохо бы потихоньку расспросить о красивом работнике. Было бы здорово написать его портрет, подчеркнуть контраст потного мускулистого тела и прохладных умных глаз. Голова у него совсем вскружится, лениво усмехнулась она. Хотя куда уж больше, а то он сам не знает о своих достоинствах. Самое ужасное – это когда красавцы открывают рот. Почти каждое предложение начинается со слова "Я". А этот субъект наверняка мечтал бы покорить всю страну, от Голливуда до Нэшвилла, даром что носит сапоги и дурацкую шляпу; шляпу эту она заметила в кабине грузовика – широкополая, соломенная, разукрашенная в пух и прах. Зато сразу видно, что уж он-то знает, где у коровы морда, а где хвост.

Но тут ей вспомнились его глаза – чересчур уж умные. Возможно, зря она обращалась с ним так пренебрежительно. Просто по работе ей слишком часто приходилось видеть похвальбу и тщеславие, но, если на то пошло, конюху Синклеров есть чем похвалиться.

Пока Ром отдыхала и потягивала кофе в компании любезной экономки, ее вещи и принадлежности для работы перенесли в дом, а машину поставили на заднем дворе.

Экономка спросила, прошла ли у нее голова, и сказала:

– Мистер Кэмерон объяснит вам все, что касается заказа. Он приедет не скоро – кажется, собирался днем заглянуть в Элкин.

Она говорила вполголоса; вскоре Ром поняла, что это ее обычная манера. Экономка продолжала:

– Если он захочет обедать, то приедет. Так что я не буду готовить что-то особенное – все равно перестоит, пока он разгуливает. – Последние слова прошелестели каким-то непонятным намеком. Ром подумала, что если этот явно подкаблучный мистер Кэмерон окажется самим Синклером, то глава семьи, должно быть, его жена. По блистательно обставленному и украшенному дому видно, что благоустройством здесь занимался человек с характером.

Ром сполоснула кофейную чашку и поставила на сушилку для посуды.

– К обеду нужно одеваться? – Она всегда была готова приспособиться к образу жизни тех, с кем приходилось работать, если это, конечно, не ущемляло ее достоинства.

– Ваш костюм сойдет, – заявила Нора, бегло взглянув на ее белые брюки и зеленую шелковую блузку. – Мы одеваемся, только когда здесь бывает мисс Кинг, а мистера Кэмерона и мальчиков это не волнует. Хорошо еще, если они все явятся в рубашках.

Здесь становится все любопытнее, размышляла Ром, стоя под душем. Горячие струйки смывали напряжение и усталость. До этого она с досадой обнаружила несколько пятен на брюках. Наверное, испачкалась, пока их отвоевывала и надевала. И то спасибо, что ей не свернули шею или еще чего похуже.

Она услышала, как мальчики протопали на кухню и как экономка строгим тоном отправила их мыть руки. Похоже, ей придется вкалывать все лето – это вам не ангелочки в белых одеяниях.

И снова она подумала о миссис Синклер. Наверняка здоровьем Бог ее не обидел. Ведь во всем доме чувствуется мужская сила. Может статься, она так же мало времени проводит с мужем, как и Дорис Локнер. Говорят, что они с Дорис приятельницы. Возможно, и путешествуют вместе? Тогда понятно, почему мистер Синклер под каблуком экономки. Если он не способен удержать жену, то и для экономки не закон. Возможно, такое положение его даже устраивает – как, впрочем, и Джерри Локнсра, запоздало подумалось ей.

Полуодетая, она вышла на балкон, плавными движениями расчесывая волосы. Здесь ее точно никто не увидит, даже если кому-то на соседней горе взбредет в голову поглядеть в телескоп. Нужно привыкнуть к жизни в воздушном океане, хотя бы постепенно. Вообще-то выносливости ей не занимать, а тут что-то голова стала кружиться. Мягко говоря, неприятно. Что это – может, начинается мигрень? Раньше у нее такого не было. Слишком много вина, слишком большая нагрузка на глаза – вот отчего все это. И, пожалуй, немножко от высоты.

Кто же эта мисс Кинг и что она здесь делает? Ром всегда несколько дней осваивалась на новом месте, потом вся уходила в работу, стараясь никому не мешать. К сожалению, случалось, что она, находя общий язык с детьми, презирала родителей – бывало, портрет заказывали лишь затем, чтобы прихвастнуть перед друзьями и деловыми знакомыми.

Но она-то, черт возьми, все годы упорно училась не ради того, чтобы рисовать на потребу родительскому тщеславию! Ей иногда казалось, что родители заказывают портрет, чтобы не позабыть лица собственных детей; их самих отсылали то в лагерь, то в школу-интернат. Кое-кто явно предпочитал видеть, но не слышать свое дитя. Но вроде бы у Синклеров не так, судя по веселому детскому шуму.

Обедать еще, видимо, рановато. Хорошо бы сейчас стаканчик хересу, снять напряжение – все-таки первый день в новой обстановке. Она надела один из своих традиционных костюмов – белую юбку ручной вязки из толстой шерсти и огненную шелковую блузку с узорчатым поясом, за который заплатила бешеные деньги на ярмарке, снова вышла на балкон и тщетно пыталась отыскать глазами линию горизонта.

Место чудесное. Она станет с упоением изучать ландшафт, сделает несколько акварелей для начала и, если позволит время, небольшие пейзажи маслом. У Джерри ее миниатюрные пейзажи шли нарасхват и за хорошую цену. А ведь они, собственно, сначала делались как эскизы к ее «обстановочным портретам», это очень удобно. Она лелеяла надежду скопить денег, чтобы навестить отца; теперь он жил на острове Санта-Крус почти постоянно. Конечно, если только удастся притерпеться к его разнесчастному распутству.