Чтение онлайн

Она моргнула и открыла глаза – снова обычные человеческие глаза… ну, может, зрачки чуть расширены, но и это быстро прошло. Она улыбнулась и издала негромкий звук – что-то среднее между стоном и довольным мурлыканьем. Мгновение я смотрел на нее, потом до меня дошло: узоры на ее лице почернели и начинают бледнеть. За какие-нибудь полминуты они на моих глазах полностью исчезли.

– Я люблю тебя, – прошептала она.

– Я люблю тебя.

– Я так хотела этого.

– Я тоже, – кивнул я.

– Как опасно… Гарри, ты ведь рисковал. Я ведь могла…

Я нагнулся и поцеловал ее в уголок губ.

– Могла, но не сделала. Все хорошо.

Она поежилась, но кивнула в ответ:

– Я так устала.

Мне тоже изрядно хотелось уснуть, но вместо этого я встал. Сьюзен издала негромкий звук; я даже не понял, чего в нем было больше – удовольствия или протеста. Я поднял ее с пола и положил на диван. Потом дотронулся до веревки, приказав узлам распуститься, и веревка, соскользнув с ее запястий, аккуратными кольцами улеглась у моих ног. Я укрыл Сьюзен одеялом.

– Спи, – шепнул я. – Отдохни немного.

– Тебе тоже…

– Я тоже лягу. Честное слово. Но… я не уверен, что мне стоит спать рядом с тобой.

Сьюзен устало кивнула.

– Ты прав. Извини.

– Ничего.

– Надо Мартину позвонить.

– Телефон не прозвонится, – сказал я. – Пока барьер не перестанет действовать.

Мне показалось, что голос ее звучал не слишком огорченно:

– О, значит, придется подождать.

– Угу, – сказал я, гладя ее волосы. – Сьюзен…

Она сжала мои пальцы и закрыла глаза.

– Все хорошо. Я говорила тебе, я никогда не смогу совладать со своим голодом. Это… это было облегчением. Сняло часть давления. Я хотела этого. Это было мне нужно.

– Я тебе не сделал больно?

Она снова мурлыкнула, не открывая глаз.

– Может, чуть-чуть. Да нет, все хорошо.

Я чуть поежился.

– Ты в порядке?

Она медленно кивнула.

– Насколько возможно. Ты отдохни, Гарри.

– Угу, – кивнул я. Я еще раз погладил ее волосы и побрел к себе в спальню. Дверь я за собой не закрыл. Я переложил подушку в ноги своей кровати, чтобы и когда лягу, видеть диван. Я смотрел на ее освещенное свечой лицо, пока веки мои не слиплись.

Черт, как она была прекрасна.

Жаль, что она не могла спать рядом со мной.

Когда через сколько-то времени я разлепил веки, Сьюзен стояла в гостиной. Она чуть пригнулась, зажмурившись и держа руки перед собой так, словно готовилась бросить в корзину невидимый баскетбольный мяч. Потом она пошевелилась, делая руками и ногами плавные вращательные движения. Тай-чи. Медитативная разновидность гимнастики, ведущая родословную от боевых единоборств. Многие из тех, кто занимается тай-чи, даже не догадываются, что выполняемые ими замедленные, похожие на танец движения являются отображением костедробительных ударов или удушающих захватов.

Сьюзен – так мне, во всяком случае, показалось – об этом не догадывалась, а знала наверняка. На ней были ее футболка и мои беговые шорты. Она двигалась с грациозной точностью прирожденного дара, отшлифованной тренировками.

Она повернулась ко мне лицом, сосредоточенно-нахмуренным, но мирным. С минуту я смотрел на нее, пытаясь сосчитать при этом все свои проснувшиеся болячки.

Она вдруг улыбнулась, не открывая глаз:

– Не пускай слюни, Гарри.

– Мой дом – чего хочу, то и пускаю.

– Что это за веревка у тебя такая? – спросила она, не прекращая зарядки. – Я ведь стальные наручники – и то рвала. Волшебная?

Так, болтовня. Я-то надеялся на разговор другого рода. А может, боялся его. В общем, ни к чему не обязывающий разговор о работе по-своему устраивал и меня. Во всяком случае, безопаснее.

– Это фейри изготовили. В нее впряден волос из гривы единорога.

– Правда?

Я пожал плечами:

– Так Хват говорит. И мне кажется, кому-кому, а ему виднее.

– Может, стоит иметь ее при себе на случай, если снова динарианцы появятся, – тебе не кажется?

– Да нет, если только они не придут сюда, – вздохнул я. – Она настроена на это место. Вынеси ее за дверь – и она не будет работать.

– Почему?

– Потому, что я не настолько силен в ремесле, – объяснил я. – Изготовить что-либо, работающее дома, несложно. Совсем другое дело складывать заклинание где-нибудь посреди дороги. – Я выбрался из постели. Часы показывали без нескольких минут десять. Я принял душ, оделся, провел расческой по волосам и решил, что чуть небрежный, небритый вид мне идет.

Когда я вернулся в гостиную, Сьюзен уже натянула свои кожаные штаны, а из всех свечей продолжали гореть только пять. Защитный барьер быстро слабел.

– Что случилось после того, как Мартин увез вас от гостиницы?

Сьюзен опустилась в кресло.

– Я пыталась заставить его остановиться. Он отказался. Мы подрались из-за этого, и он наставил на меня пистолет.

Я поперхнулся.

– Он… что?

– Ну, честно говоря, я вела себя не слишком разумно.

– Блин-тарарам…

– Мартин не хотел, но я все-таки уговорила его поехать к Майклу. Я решила, что если кто-нибудь и сможет вытащить тебя из этой бодяги с динарианцами, так только он.

– Что ж, на мой взгляд, не лишено логики, – согласился я, прикидывая, что мне выбрать: кофе или «колу». «Кола» победила (ее кипятить не надо). Сьюзен кивнула прежде, чем я успел задать вопрос, и я принес банку и ей. – А что с Анной Вальмон?

– Она находилась в шоке. Черити уложила ее в постель.

– В полицию звонили? Сьюзен покачала головой: