Ликвидатор
Шрифт:
– Значит, брать и боекомплект?
– Дурацкие вопросы! – рассердился я, хотя и видел, что Акула немного мандражирует. Конечно, это была его первая схватка подобного рода "на холоде". – Пять минут на подготовку! Рассредоточение – еще пять минут. Сверим часы…
Мы взлетели на забор с поразительной синхронностью. Еще миг – и во дворе виллы закипела рукопашная. Я оставался в тылу – у меня была совсем иная задача.
Внезапность и впрямь на первых порах нам помогла. Многие охранники были просто ошеломлены и почти не оказали сопротивления.
И только небольшая группка парней славянской наружности вступила в бой с испугавшей меня сноровкой и слаженностью. Неужели "торпеды" Сеитова?
С одной стороны, это открытие было радостным (похоже, их шеф и впрямь на вилле), а с другой – ошеломляюще неприятным: кто встречался с "торпедами" в схватке, тот меня поймет…
"Торпеды" – если и впрямь это были они – успели забаррикадироваться в здании. "Волкодавы" Акулы, уложив охрану хозяина виллы, попрятались в укрытиях. Шла нервная перестрелка, почти беззвучная – у всех было оружие с глушителями, – но от этого не менее опасная.
И тут я заметил балкон. Главное, к нему можно было подобраться без особых осложнений, так как в той стороне росли деревья, за которыми можно спрятаться.
Я не медлил ни секунды – условными жестами подозвав к себе двоих "волкодавов", ринулся короткими перебежками в сторону заветной цели.
Похоже, меня даже не заметили, так как мои маневры скрывали декоративные кусты. Подобравшись вплотную к стене виллы и став между двух окон, я мигнул ребятам, и опытные "волкодавы" поняли меня без слов.
Они тут же соорудили "лестницу" из своих тел, а я, как обезьяна, мигом забрался наверх.
Увиденное через стеклянные раздвижные двери сразило меня наповал: в комнате, похожей на бар, находились пять человек, трое из них валялись на полу, а двое стояли друг против друга и, похоже, мирно беседовали; и в одном из них я узнал Сеитова.
Но самым неприятным было то, что лежащие на полу, скорее всего, мертвы. А среди них я узрел Толоконника и Муху.
Моб твою ять! Вот это финал… Кто их угрохал? Неужто парень в маске "ниндзя", что разговаривал с Сеитовым? Он явно был не из наших. Тогда кто? И что ему здесь нужно?
Вопросы роились в голове, как мухи на помойке. Но у меня не было времени находить на них ответы. Я просто обязан был спасти хотя бы Сеитова, последнюю свою надежду, – вдруг Толоконник успел сообщить ему номера секретных счетов?
Мне показалось, что человек в маске поворачивается в мою сторону, и я, не теряя времени на то, чтобы открыть двери – чревато, – и прикрыв голову скрещенными руками, со всего маху обрушился на стекло и, кувыркаясь, вкатился в комнату.
При моем появлении Сеитов как-то странно посмотрел на нас обоих – на меня и человека в маске, – а затем вдруг схватился за сердце и неловко завалился на диван.
– Слышь, кореш, ты кто? – Вопрос был нелепым, и задал я его почему-то на родном языке.
Загадочный тип промолчал. Он стоял с расслабленной грацией, демонстрирующей, что ему хорошо известны каноны рукопашного боя.
– За что ты их?.. – Я кивком указал на лежащих, стараясь быть миролюбивым – парень был не вооружен, за исключением кусаригамы; но что значит это древнее оружие против пистолета?
Он снова ответил молчанием. Однако я заметил сквозь прорези в маске, как остро сверкнули его глаза.
Как много пришлось видеть таких глаз! Я почему-то сразу уверился, что этот незнакомец опаснее разъяренной кобры.
Может, пристрелить его сразу, без базара?
– Давай разойдемся мирно, – все-таки продолжил я свой нелепый в подобных случаях монолог – чтото в этой странной ситуации с тремя трупами (а Муха точно отдал концы – у него был размозжен череп) меня смущало. – Поделимся по-братски – хватит тебе и троих, – кивнул я в сторону лежащих. – А мне нужен тот козел, что на диване. Идет?
– Нет…
Он наконец заговорил! Неужто еще один "борзой" от конкурирующего отдела? Свят, свят…
– Послушай, брат, клянусь, он мне нужен позарез. Я с ним побеседую, а потом забирай его со всеми потрохами.
– Ты не оставишь его в живых.
Час от часу не легче! Он что, мысли мои читает?! Конечно, такие секреты, какими уже, возможно, владеет Сеитов с подачи Малыша, могут надежно храниться только в могиле. И ни один ликвидатор по правилам не оставит в живых ни "объект", ни свидетелей…
– Ты меня достал. – Я поднял пистолет и нацелил ему в грудь.
– Свали, пока я добр.
Странно, однако мои действия не произвели на него ни малейшего впечатления. Будто я держал в руках не "дуру" приличного калибра, а детский пугач. Он что, чокнутый? Или очень хладнокровный?
Но если уж совсем быть честным, то в глубине души я был удивлен до крайности: я не мог нажать на спусковой крючок, хотя следовало бы; чай, не в бирюльки играем, да и время поджимало. Что это со мной?
Все, Волкодав, работай! Прострели ему ногу, чтобы обездвижить, если слабо пустить пулю в лоб – и все дела. Моралист хренов. Нашел время разбираться в своих ощущениях…
Момент, когда взлетела цепь кусаригамы, я просто не уловил. Пистолет выпорхнул из моей руки, как бойкий воробей, не оставивший даже перышка. Мать твою!.. Вот это он меня уел…
– Ое-ей, шустер, курилка… – криво осклабился я и в гневе ударил его, как умел, ногой.
А умел я неплохо. Очень даже неплохо: был среди курсантов лучшим, а затем и в тренировочных схватках с офицерами отдела задних не пас.