Чтение онлайн

Лианна нервно сглотнула и, помедлив, ответила:

— Мой дядюшка будет просто вне себя от бешенства, когда узнает, что я наделала.

— Да, мне тоже всегда казалось, что он желал бы для вас лучшей партии.

Лианна была согласна с Бонни. Она и сама часто задавалась вопросом, почему дядя Жан никогда не принуждал ее вступать в брак, несмотря на возраст племянницы. Но девушку устраивало это положение вещей. А вот теперь сам король Англии принуждает ее расстаться со своим безмятежным девичеством.

В открытое окно задувал легкий ветерок, донося до Лианны свежесть речной воды и едкий запах пороха. Невеселые мысли девушки были прерваны каким-то шумом снаружи. Бонни поспешно убрала зеркальце.

— Я лучше оставлю вас. Скоро придет ваш муж. Леди… вы должны быть послушны и терпеливы с ним…

Смущенно вспыхнув, Лианна жестом остановила служанку: от всех этих «женских» разговоров ей всегда становилось как-то не по себе.

— Не волнуйся, Бонни, — она подтолкнула девушку к двери. — Можешь быть уверена, я сумею пережить первую брачную ночь. Лучше ступай и разыщи своего Роланда.

Служанка стала торопливо спускаться по узкой винтовой лестнице, ее не нужно было просить дважды.

Лианна опять осталась одна, размышляя о том таинственном, что скоро должно произойти между нею и Лазарем Мондрагоном, чтобы скрепить их брак. С болью в сердце она вспомнила свою мать, утонувшую много лет назад. Леди Ирэн сумела бы подготовить дочь к этой ночи… Лианна рассеянно скользнула взглядом по стене, на которой была изображена молодая женщина, читающая ребенку псалтырь [11] . Девушка снова попыталась воскресить в памяти образ матери, но вспомнила только прохладное прикосновение ее руки к своему лбу, тончайший аромат роз и тихий ласковый голос. «Должно быть, она мне что-то рассказывала», — с грустью подумала Лианна.

Она решительно тряхнула головой. К чему теперь эта ненужная сентиментальность?! Так уж сложилось, что в жизни Лианны не нашлось места прелестным рассказам и милым детским играм. Рано лишившись родителей, девушка старалась все постигать сама, полагаясь только на холодный расчет и свой трезвый ум.

Брак Лианна тоже рассматривала с точки зрения здравого смысла. Это был союз не по любви, а по расчету. Когда к ней прибыл посланник английского короля, а это произошло три недели назад, и передал мадемуазель приказ вступить в брак с новоиспеченным бароном Лонгвуда, Лианна тут же оценила ситуацию и без промедления начала поиски подходящего француза, который бы не испугался ее могущественного дядюшки и женился бы на ней.

Она нашла такого человека в лице Лазаря Мондрагона.

Достаточно нуждающийся в средствах, чтобы соблазниться приданым невесты, и достаточно жадный, чтобы пренебречь герцогом Бургундским, Лазарь как нельзя более соответствовал всем ее требованиям.

Священник замка — старый и дряхлый — не настаивал на длительной церемонии, и дело быстро уладили, с согласия жениха и невесты.

Наконец, дверь распахнулась, и в спальню вошел Лазарь Мондрагон. Смущенно опустив голову, Лианна украдкой рассматривала своего мужа. В свадебном наряде он был просто великолепен, начиная от бархатного капюшона, прикрывающего седеющие волосы, и кончая узконосыми туфлями с серебряными пряжками. Дрожащее пламя свечи озаряло его красивое лицо: точеный нос, острый подбородок и глубоко посаженные черные глаза.

Взяв руку Лианны, Лазарь почтительно коснулся ее сухими губами.

По телу девушки пробежала дрожь, но, быстро овладев собой, она как можно спокойнее спросила:

— В зале все в порядке?

— Да, мой сын Жерве и его жена уже завоевали сердца всей челяди замка. Жерве — рассказами о своих подвигах, а невестка — прелестным пением, — голос Лазаря звенел от переполнявшей его отцовской гордости.

Лианна изучающе посмотрела на Мондрагона, отметив бесконечную усталость в его словно обведенных темными кругами глазах. Перед ней стоял совершенно незнакомый человек, которого она впервые встретила всего шесть дней назад. Он мало чем походил на новобрачного. Но что ж тут удивительного? Лазарь Мондрагон уже несколько лет был вдовцом. Да и разница в возрасте: ей — двадцать один, а ему — сорок шесть, говорила сама за себя. Но он — француз, а для Лйанны это обстоятельство сейчас было самым главным.

Девушка налила в кубок вина и протянула Лазарю.

— Спасибо, Беллиан, — рассеянно сказал он.

— Пожалуйста, Лазарь, называй меня как все в замке!

— Конечно, Лианна, — тут же исправился муж.

Улыбнувшись, Лианна наполнила еще один кубок и подняла его.

— Выпьем за избавление Буа-Лонга от англичан!

Лазарь нахмурился.

— Ты добивалась только этого, не так ли, Лианна? — в его голосе слышалась горечь.

Лианна нежно накрыла ладонью руку мужа.

— Я ведь не притворялась.

Мондрагон отпрянул от нее и резко отвернулся.

— Как же дешево меня купили! — криво усмехнулся он.

— Мы оба были нужны друг другу: и ты, и я. Нечего стыдиться того, что наш брак выгоден нам обоим, — примирительно произнесла Лианна и посмотрела в окно на залитые лунным светом луга. — Мы можем прекрасно устроиться здесь, Лазарь, и объединить свои силы в борьбе против англичан.

Он неторопливо допил вино и повернулся к Лианне.

— Барон Лонгвуд может прибыть во Францию со дня на день и потребовать свою невесту. Интересно, что он предпримет, когда обнаружит, что ты уже замужем?

— О! Скорее всего, трусливо подожмет хвост и вернется в Англию! — легкомысленно ответила девушка.

— А что, если англичанин бросит вызов?

— Мне кажется, барон стар и немощен. Я совершенно не боюсь его.

— Ты ничего не боишься, да, Лианна? — скорее с осуждением, чем с одобрением спросил Лазарь.

Боже мой! Они ведь совершенно не знают друг друга… Очень скоро болтливые обитатели замка расскажут ему, что их госпожа панически боится воды: кошмары, мучившие Лианну в детстве, преследуют ее и теперь.

— Ну что ты, я не такая уж и бесстрашная. Но не собираюсь переживать из-за новоявленного барона Лонгвуда, — произнесла девушка, с отвращением вспомнив его цветистое послание, благоухающее розами и скрепленное печатью с леопардом. — Кстати, я собираюсь приветствовать его новым изобретением Шионга: китаец специально для меня сделал аркебузу [12] . Думаю, после такого приема англичанин и сам поспешит убраться восвояси!

— Для тебя это все игра! — неожиданно взорвался Лазарь. — Мы рискуем попасть в немилость к двум самым могущественным людям во всем христианском мире, а ты рассуждаешь о пушках и фейерверках!