Чтение онлайн

Был уже восьмой час вечера, когда к гаражу, находившемуся напротив дома, подъехала «Мазда», которой управлял Сарыбин. Он остановил автомобиль около гаража и вышел из машины, чтобы открыть ворота.

«Странно, — подумал Дронго, — мне говорили, что он купил другую машину.

Или он меняет автомобили, когда едет на работу?»

Сарыбин открыл ворота, снова прошел к автомобилю, сел за руль и въехал в гараж. Хлопнул дверцей, включая сигнализацию, и вышел из гаража. Он закрывал ворота гаража, когда почувствовал, как в спину ему уперлось дуло пистолета.

— Спокойно, — посоветовал Дронго, — осторожно, не делая резких движений, войди в гараж и остановись около машины.

Сарыбин напрягся, но, чувствуя, как больно давит в спину дуло пистолета, не стал ничего говорить, а просто вошел в гараж. Он протянул руку, намереваясь включить свет, но тут же услышал:

— Не надо. Мы можем поговорить и в темноте.

Сарыбин чуть повернул голову.

— Кто вы такой? Я где-то вас видел. Ах да! Вы тот самый американский журналист, который приезжал к Щербакову.

Он неприятно засмеялся, показывая зубы, между которыми были большие щели.

— Я еще тогда подумал, что вы слишком усердно коверкаете русский язык. А дурачок Щербаков действительно считает, что вы двое — американские журналисты.

— Тише, — предупредил Дронго, — не так громко. Хорошо, что ты меня узнал.

Значит, наш разговор будет короче, чем я думал.

Левой рукой он провел по одежде Сарыбина. Оружия у того с собой не было.

— Что тебе нужно? — помощник прокурора недовольно скривил лицо.

— Сначала я хочу рассказать тебе немного о своих наблюдениях, — спокойно начал Дронго. — После того как мы побывали в прокуратуре и узнали от тебя про дело «случайно погибшего» эксперта-патологоанатома, мы вдруг с удивлением обнаружили, что за нами следят. Причем следят достаточно плотно и бесцеремонно.

Проверили несколько раз и убедились: следят именно за нами. После чего я решил оторваться от слежки и узнать несколько подробнее о таком интересном человеке, как сотрудник прокуратуры Сарыбин. Выяснилось, что совсем недавно ты купил новый автомобиль и новую квартиру. Конечно, можно порассуждать о бабушкином наследстве или приданом жены, но я тщательно все проверил. Получается, что ты разбогател как раз после того, как закрыл дело погибшего эксперта. Это навело на очень интересные мысли о твоих доходах. При зарплате помощника прокурора нельзя за несколько месяцев так разбогатеть. К тому же ты совсем недавно еще и выезжал в Германию, проведя там вместе со своей супругой почти два месяца. А когда я вспомнил, что после знакомства с тобой к нам вдруг стали проявлять интерес посторонние люди, то понял, все сходится. Поэтому у меня только два вопроса. Как погиб Коротков? И кто эти люди?

Сарыбин, неприятно прищурясь, слушал молча. В какой-то момент он даже напрягся, словно готовясь резко обернуться, но Дронго, чутко уловив его намерение, еще сильнее вдавил дуло пистолета в его спину.

— Я жду ответа.

Сарыбин молчал.

— У меня мало времени, — сказал Дронго, — ты напрасно тянешь. Тебя никто не ждет, если не считать жены.

Когда он это сказал, Сарыбин вздрогнул. Дронго уловил это. Жена… Они два месяца провели в Германии… Появившиеся деньги… И отсутствие детей. А вдруг…

— Если ты сейчас не ответишь на мои вопросы, то сначала я пристрелю тебя, а затем поднимусь и убью твою жену, — жестко сказал Дронго, сам удивляясь тому, насколько грязно он играет.

И в этот момент Сарыбин не выдержал.

— Нет, — хрипло сказал он, — ради бога только не это. Не нужно трогать мою жену. Она ни при чем. Она ничего про это не знает.

— Говори, — потребовал Дронго.

— Они мне угрожали, требовали, чтобы я закрыл дело. Предлагали огромные деньги. Там было сразу ясно, что Короткова убили. Видны были следы борьбы, его сначала оглушили, а затем бросили вниз. Но я был вынужден написать, что он попал в котлован случайно.

— Сколько тебе заплатили?

— Пятьдесят тысяч долларов. Они обещали дать еще, но больше ничего не дали. Я должен был закрыть дело Короткова.

— Кто был экспертом по делу Короткова?

— Профессор Бескудников.

— Он тоже дал заключение, что Коротков погиб сам?

— Нет. Он подписал заключение другого эксперта, даже не посмотрев на труп.

Он считал, что можно подписать и так.

— Почему?

— Не знаю. Но он не смотрел, это абсолютно точно.

— А кто на самом деле был экспертом в деле Короткова?

— Полеванов. Никита Полеванов. Он работает в институте Бескудникова. Он подготовил заключение, которое потом подписал профессор.

Сарыбин чуть повернул голову.

— Может, я закурю?

— Потерпи. Курить вредно, — негромко сказал Дронго, — у тебя жена в положении.

Сарыбин повернулся, уже не обращая внимания на пистолет.

— Откуда ты знаешь? Вы ее?..

— Нет-нет. Она сидит дома и ждет тебя. Не волнуйся. Я просто спросил, учитывая, что вы были два месяца в Германии. Ну зачем еще на два месяца можно выезжать в Германию? Вы ведь туда поехали на лечение?

Сарыбин опустил голову. Глухо сказал:

— У нас шесть лет не было детей. Шесть лет! А теперь врачи сказали, что все будет в порядке.

— Поздравляю. Ты не ответил на мои два вопроса. Вернее, не ответил на второй. Кто они такие?

— Я не знаю, — выдохнул Сарыбин, — я действительно не знаю. Просто мне оставили телефон, предупредили, что делом Короткова могут интересоваться разные люди, в том числе и иностранцы. Особенно просили обратить внимание на любых американцев, которые могут здесь появиться.

— Американцев? — не поверил услышанному Дронго.

— Да. Поэтому я сразу позвонил по телефону, который мне дали, предупредил их, что вы уже приехали. Вот и все. Кто они и почему так интересовались делом Короткова, я не знаю.

Дронго опустил пистолет.

— Можешь повернуться, — сказал он, — надеюсь, ты не станешь делать глупостей и не оставишь свою жену вдовой еще до того, как она родит.

Сарыбин повернулся, посмотрел на Дронго:

— Вы действительно американец? Внешне вы похожи на итальянца или испанца.