Чтение онлайн

Я прошлась по берегу – меня напрягала абсолютная тишина. Я открыла рот, чтобы хоть что-то сказать, но боязливо замолкла. Казалось, стоить ляпнуть мне хоть что-нибудь, как мир пойдет трещинами, лопнет тонким стеклом, осыплется и тогда… тогда я навсегда останусь тут? Не очень бы хотелось. И лишь стук собственного сердца в ушах – всё напряженней, все медленней, всё тяжелей…

Отсутствие звуков напрягало, давило. Нет ритма, нет… жизни? Мои ноги разом ослабели. Сердце стукнуло и пропустило два, а то и три удара. Прежде чем вновь оповестить о своём существовании. Может быть, и в самом деле не стоило соваться сюда? Я оглянулась – дверь, от которой я отошла не так уж и далеко, качнулась, словно от ветра, только на этот раз уже абсолютно беззвучно. Скрип потонул в абсолютной тишине, запутался в мареве-паутине, исчез.

Я подошла поближе к озеру, прислонилась к дереву – стоять на ногах было сложно, то и дело хотелось бросить всё и прилечь отдохнуть. Поспать. Интересно, а как можно спать внутри сна? А мне приснится сон? Я зевнула, не зная ответ на этот вопрос, сама не замечая, как уже сидела на мягком ворсе желтой травы. Вообще-то она больше всего была похожа на покрытие ковра. Моя рука опустилась на серый камень – тот отозвался удивительной мягкостью. Вот и подушка, радостно подумала я, собираясь вот-вот положить его себе под голову. Никогда раньше до этого не лежала на подушках, думаю, это будет приятно и…

В ноздри мне ударило зловонное дыхание, а сердце, почти остановившее свой бой, затрепыхалось, словно птица в клетке. Инстинктивно, нежели что-то почувствовав, я нырнула в сторону, быстро оторвавшись от земли: и вовремя – рядом со мной беззвучно сомкнулись здоровенные челюсти зеленого чудовища. Я в ужасе откатилась в сторону. Чудовище, аномалия, какая-то чертовщина, порождение Юмы? Не знаю! Зеленое, огромное, носатое, с рядом острейших зубов, желтыми, исходящими огнем глазами. Больше всего он был похож на огромную рыбу. Зачем-то вставшую на коротенькие и, на первый взгляд, слишком тонкие ноги-лапы. То, что заменяло руки монстру, безвольно болтались из стороны в сторону – и зачем, спрашивается, они ему только нужны.

Через мгновение я поймала себя на том, что стою без движений почти в паре метров от него и боюсь даже пошевелиться, а он внимательно разглядывает меня, изучает. Розовый язык червем высунулся из пасти, провел по толстым губам, спрятался обратно. Лишь только сейчас я заметила, что на шее у него нечто вроде ошейника. Длинная, стальная цепь уходила куда-то обратно в болото – словно он был сторожевой пес своего пруда. Мне стало его жалко, а желание бежать пропало. Сделала шаг поближе – может, снять с него этот ошейник, и тогда… нет, это только в хороших сказках: стоит только освободить чудовище, как оно тут же встанет на твою сторону. Реальность подсказывала, что мой исход будет печален. Зеленая рыбина щелкнула зубами – этот звук умудрился прорваться через пелену тишины.

Болотная тина всколыхнулась, пошла пузырями, а через мгновение нечто маленькое, но очень похожее на черного пушистого котенка вынырнуло из воды, бросилось к моим ногам, ища защиты. Вслед за ним выскочила вторая рыбина – только на этот раз не такая крупная, больше похожая на червя с крохотными лапками. Несмотря на это, второе чудовище резво перебирало этими самыми лапками, пытаясь догнать котенка. Тот юркнул прямо мне под ноги, да так, что я чуть не наступила на него. Второй монстр добрался бы до нас – если бы не точно такой же поводок, твердо не дававший ему пройти дальше. Ветер беззвучно дунул мне прямо в лицо, поигрался моими волосами, закружил перед глазами каскад осенней прелой листвы. Страшилища не уходили, продолжая беззлобно смотреть на меня, но угрожающе – на котенка. Я решила получше рассмотреть несчастного и усмехнулась самой себе. Не так часто мне приходилось видеть кого-то, кто был бы меньше и беспомощней меня самой. Даже во сне.

Котенок котенком, конечно же, не был. Черный, ушастый, с переливающейся в синеву черной шерстью. Умоляюще смотрели на меня голубые глаза. Словно просили унести как можно дальше отсюда, спасти из лап этих чудовищ. Что мешало ему самому нырнуть к дверям, я не знаю. Нагнувшись, я усадила бедолагу на свою ладонь. А, всё таки, приятно быть большой! Погладив малыша по шерстке, я решила осмотреть… врагов? Стражей? Хранителей? Как мне их называть? Не зря же, в конце концов, они тут стояли. А, может быть, это какие-нибудь очередные пожиратели, точно так же, как и Юма, к примеру? А этот бедолага в моих руках – некто вроде Аюсты? Жизнь подкидывала задачку за задачкой.

Зеленая рыбина на ногах, та, что чуть не сожрала меня у дерева, казалось, была сделано из одних только острых углов. Угловатые черты бугрящихся мышц, угловатая морда, глаза прищурены в треугольник… Второй же был почти полной противоположностью своему собрату. Зеленый – этого у них обоих не отнимешь, но не со столь длинными, больше похожими на игрушечные, лапки, с закрытой пастью. Казалось, он даже и не дышит, не то что рта не раскрывает. Очертание рта сложились в… ухмылку? Нет, в улыбку. Если он – злое существо, почему тогда так по доброму улыбается? Верно, для того, чтобы обманывать внешним видом таких дурочек, как я, подсказало мне сознание. Подойди только на расстояние вытянутой руки – и узнаешь, что поводок не столь крепок, цепи не столь коротки, а зубы гораздо острей, чем кажутся.

Рисковать я не решилась, просто развернулась, собираясь уйти прочь. А что тут делать, когда тебе не рады? Остается только… лицом к… ммм… морде я столкнулась с еще одним удивительным существом этого необычного мира. Передо мной стоял единорог – голубого окраса, с белой, мне даже показалось, шерстяной гривой. Что ж тут все такие шерстяные то? Я решила, что обязательно подумаю над этим вопросом позже. Фиалковые глаза не изучали мне, как те две рыбины до этого, они смотрели на меня в упор. Глаза-сверла, глаза-буравчики, будто вот-вот вонзятся в меня и вырвут всё потаенное наружу. Меня передернуло – не от отвращения, а от собственного богатого воображения. Нет, единорог взирал на меня как на своего давнего и заклятого врага. Казалось, еще мгновение, и он проткнет меня рогом насквозь. Тот, к слову, завивался точно так же, как недавно упомянутые мной буравчики.

– Я… я пойду? – мои губы шлепали друг о друга, а звука не было. Единорог, понятное дело, отвечать не торопился и лишь нетерпеливо копал землю передним копытом. Прогоняет, поняла я. Я есть! – стуком откликнулось сердце, про которое я уже успело забыть. Ритм возвращался, словно этот мир отпустил меня – не принял, а дал мне возможность по мирному выйти.

Перед дверью я остановилась, бросив взгляд на умильного черныша в моих руках. Так хотелось бы, чтобы он остался со мной – жаль, что это всего лишь сон. Или не сон? Вдруг, когда мне кажется. Будто я сплю, моя искра на самом деле путешествует по другим реальностям? Где-то на задворках сознания цинично ухмыльнулся здравый смысл.

Я почувствовала легкий толчок в спину, тем не менее, заставивший меня сделать пару шагов. Обернулась – единорог, единственный, кто не был связан цепями или кожаным ремнем поводка, поторапливал меня убраться отсюда побыстрее.

Миру больно, вспомнила я слова Аюсты, он сопротивляется. Выходит, везде я мешаюсь, везде от меня вред? Стало обидно и я смело шагнуло обратно, тауда, в темноту.

Лекса резко дернул рукой, стащив меня с кровати, словно отшвырнув от себя подальше. Я ждала встречи с полом, но её не последовало…