Линкоры
Шрифт:
– Черт побери! – Он недоуменно перевел взгляд на прикрытую ладонью папиросу – мелкие капли быстро, мокрыми серыми точками покрывали тоненькую белую полоску с огоньком на конце. Следом, при всей своей ожидаемости, вдруг в наушниках резанула команда к выступлению.
Тут уж стало не до вопросов.
Привычно взревели, фыркая бензиновым выхлопом, двигатели танков и полугусеничных бронетранспортеров, над головой уже свистели снаряды артобстрела.
Полк стоял на окраине небольшой польской деревушки, жителей которой вывезли еще две недели назад в целях скрытности дислокации войск. Ломая невысокие фруктовые деревца, танк неожиданно выскочил к небольшой ограде, за которой высилась внушительная двухэтажная постройка. В окнах броско загорелся свет, и пока танк, проломив дыру в ограде, катил по лужайке против дома, майор четко разглядел явно гражданских обитателей в ярких квадратах окон.
Он гаркнул в ларингофон команду – танк, шаркнув правой гусеницей, вырывая куски дерна, стал огибать этот неожиданно появившийся дом. В свете фар, сбиваемом косыми струями дождя, белым пятном выросла еще одна постройка, больше похожая на хозяйственную.
Не останавливаясь, «Panzer» проломил правым боком угол строения. У того просела крыша, из образовавшейся дыры, взбалмошно и беспомощно хлопая крыльями, в поднявшейся пыли и перьях вылетело с десяток перепуганных кур. Одуревший, кричащий петух заскочил на неожиданного агрессора, оказавшись перед самой смотровой щелью, скребя когтями по железу, мельтеша крыльями. Перед самым носом майора мелькал то круглый глупый глаз птицы, то широко раскрытый клюв. Через лопухи наушников и от рева двигателя офицер не слышал, но представлял, как орет обезумевший защитник своего пернатого гарема. Петух умудрился продержаться на броне несколько минут, пока не слетел, сбитый ветками деревьев.
– Откуда здесь эта вся чертовщина взялась? – не замечая, что кричит по открытому каналу, возмутился майор.
Однако непонятность в изменении местности была не только у него. Какое-то время в наушниках еще слышалось удивленное разноголосье, пока командный голос командира полка не оборвал балаган в эфире.
Сейчас, вспоминая, майор вдруг понял, что немецкие части словно свалились полякам на головы. И не только авторитет командиров, четкие задачи и команды принуждали делать то, к чему их готовили месяцами изнурительных тренировок и учений.
Конец ознакомительного фрагмента.