Шрифт:
Момент выбора. Управляется ли внешними обстоятельствами, принимается ли волевым решением на основе внутренних убеждений независимо от давления, влияния и воздействия извне – человек отвечает за этот выбор сам. И только ему решать, в каком виде он запечатлеется в предстоящем. Мгновение потрачено на выбор или длительное время – эти моменты определяют дальнейшие действия, то, что в основной своей массе изменить становится невозможным.
Решение, направление которого соответствует принятому выбору. Сложно увидеть, будет ли оно верным или ошибочным; как правило, множество неучтенных факторов втянутся в казалось бы ясно видимый путь. И останется только либо спешно что-то править, пытаясь вернуться на взятый курс, либо принимать последствия в том виде, в котором они, в итоге, наступят.
Последствие. Финал, к которому стремились. Или не стремились. Но это тот итог, к которому все и сведется независимо уже от желаний и готовности его принять.
1.
На этот раз Хорас Диомис не стал звонить с просьбой о встрече. Он вообще не стал звонить, а постучал в дверь квартиры, где жил Крайтон с Ханой, выбрав для визита наиболее подходящее, как ему показалось, время. Чтобы хозяева точно были дома.
Шесть утра. Крайтон с трудом разлепил ресницы и не сразу разобрал цифры на часах. Хана спала, в обычной своей манере запутав Крайтона в своих волосах, и эмпат, осторожно выбираясь наружу и стараясь не потревожить тень, морщась при каждом нетерпеливом стуке в его жилище, почти приготовился спустить смертника, стоящего за порогом, со ступеней.
Натягивал на себя штаны уже на ходу, прыгая то на одной, то на второй ноге по коридору, отчаянно ругаясь сквозь зубы. Стук прекратился, едва ранний гость расслышал звук открываемых замков, количество которых его впечатлило.
– Какого черта? – злобно рявкнул Крайтон, распахивая дверь. Хорас с улыбкой оглядел молодого мужчину, сонного, взъерошенного и желающего его немедленной смерти.
– И вам доброе утро. Прошу прощения за ранний визит. Могу войти?
Крайтон уставился на него, уперев обе руки в дверной косяк.
– Хорас, вы время видели?
– Видел. И крайне рад, что застал вас дома, – Хорас прямо смотрел Крайтону в глаза, задрав при этом голову. Не тушевался и не елозил по сторонам. Это эмпату стало удивительно. – У меня новости. Нехорошие. Точнее, совсем плохие, поэтому не стал вызванивать, а пришел сам.
Крайтон не стал спрашивать у сыщика, где тот раздобыл его адрес; это было бессмысленно. Но все еще сомневался, стоят ли новости его прерванного сна. Прошелся пятерней по волосам.
– Давайте через пару часов. Ближе к вечеру вообще отлично будет…
Хорас поджал губу и удивительно стал похож на себя самого в далеком прошлом, когда говорил с отцом.
– Я ведь не ошибусь, назвав вас иным именем? – спросил негромко, рассчитывая все же попасть внутрь. И не ошибся: с лица хозяина квартиры сошли и без того блеклые краски.
Бросив быстрый взгляд на лестницу, он втащил сыщика в коридор и закрыл за ним дверь. Придавил ее спиной, сложил руки на груди.
– Хорас, – произнес с угрозой, вследствие чего Хорас на самом деле немного струхнул. Глубокий бас Крайтона отдался у него внутри дрожью. – Что вы хотите?
– Никлас, – быстро проговорил Хорас. И заглянул в черные провалы глаз собеседника. – Шерен. Вас, кажется, обнаружили. И скоро начнут охоту, потому что вы являетесь барьером. Живым. Между Форсиштом и его деньгами.
– Черт, – сказал Крайтон. – Откуда вы все знаете?
Хорас незаметно выдохнул, не прекращая следить за неподвижными массивными руками, без малейших усилий способными свернуть его в спираль.
– Работа… такая. Никлас. Вы же меня помните? – сглотнул вязкую слюну. – Вы поэтому обратились именно ко мне?
Крайтон вздохнул и поднял глаза на закрытую дверь комнаты, ведущей дальше, в спальню.
– Идите на кухню. У вас ноги трясутся, думаю, вы хотели бы иметь стул под собой.
Время пришло, вечно бегать ему не удастся. Крайтон знал об этом, но надеялся, что настигнут его как можно позже. Он и город сменил, и сам изменился за столько времени, но прошлое тащилось хвостом и непостижимым образом также переехало в Нуувешт.
Прошел по коридору, свернул в один-единственный поворот и занял собой все пространство маленькой кухоньки, где уже устроился за столом друг отца, изучающий его без раннего стеснения. Прямо смотрел ему в лицо. Крайтон вздернул брови.
– Вы очень похожи на отца. Одно сложение, одинаковые черты. Одни глаза, и взгляд тот же самый.
Крайтону стало понятно, почему Хорас не изображал страх. Сам он плохо помнил лица, да и родители не казались ему кем-то, кого следует бояться. Оказывается, его необычность досталась ему по наследству, а не оказалась последствием его образа жизни.
– Никлас Шерен, – шепотом произнес Хорас, качая головой, и столько недоверчивой радости отразилось на его лице, что Крайтону стало даже неудобно. – Вы не представляете, сколько времени я ждал. Что вы все же вернетесь. Не мог поверить, что вы сгорели, ведь эксперты не нашли ничего, совсем. Кроме остатков вашей одежды.
– Кофе хотите? – буркнул Крайтон и отвернулся спиной к столу. Сыщик воспользовался этим, чтобы быстро вытереть уголки глаз.
– Вы помните хоть что-то? До того момента, как случилась трагедия?
Крайтон медленно качнул головой, набирая воду в чайник.
– Вас помню. Вы постоянно были рядом с отцом и он, видимо, вам доверял. Маму помню, она часто обнимала меня, много смеялась. И кучу безликих людей, наверное, охрана, – достал две кружки, банку молотого кофе, фильтры. Долго располагал воронки на кружках. – Хорас. Зачем я вам нужен?
– Потому что вы сын моего друга, – просто ответил Хорас и заметил, как напряглась спина мужчины. – Потому что вас лишили ваших прав. И у меня остались указания вашего отца, которые я хочу выполнить, чтобы на том свете смог отчитаться перед ним со спокойной совестью.
– Вы можете забыть сейчас все эти указания и просто уйти, – вполголоса предложил Крайтон. Установил в воронки фильтры, насыпал кофе. – Честно скажу, я не горю желанием обнаруживаться. Меня устраивает мое теперешнее положение и то, что я имею. И я всегда могу снова исчезнуть, это не проблема.