Лист на ветру
Шрифт:
– Ерой вот ты где!
– Медленно разворачиваюсь и вижу Куренай с Анко.
– Мы вчера поймали твоего сенсея и он нам все рассказал.
– Довольно так улыбается Анко.
– Ерой хороший мальчик, не надо Ероя бить...
– Я говорил, что сожалею Какаши? Так вот чтоб он помер в муках!
В тот день жители Конохи могли услышать в обоих концах крики о помощи и клятвы так больше не делать. Особо впечатлительные мужчины даже мысленно подбадривали жертв.
Глава 12.
Очнулся я в больничной палате забинтованный как мумия. Вдруг мой сосед по палате со стоном приходит в себя. С изумлением в соседней мумии начинаю узнавать очертания Какаши. Встречаемся с ним взглядами, прям немая сцена в пантомиме.
– ТЫ!
– Глядя на меня бешеными глазами ревет мой сенсей.
– Ты меня подставил, и из-за тебя меня чуть не убила это злющая баба!
После этих слов с упорством черепахи в мою сторону пытается ползти Какаши. Упав с кровати при этом, громко застонав, он не останавливается.
– Помогите девственности лишают!
– В надежде на помощь выкрикиваю.
Мне кажется или после моих слов Какаши стал быстрее приближаться?
– Ты сам не лучше!
– Пытаюсь его вразумить.
– Где твоя гордость шиноби? Ты сдал своего ученика с потрохами двум незнакомым девицам!
– Предатель, где была его мужская гордость и солидарность?
– Это где твоя совесть! Ты натравил своих двинутых девиц на меня. Я чуть не помер, пытаясь объясниться.
– Даже ответить было нечего. Грустно вздыхаю.
– Ты же служишь в АНБУ, мог бы постоять за честь своего ученика...
В это время Какаши уже подползает к моей кровати. Вот блин упорная черепашка. С трудом достаю правой рукой из под головы подушку и пытаюсь отбиться.
– Отстань противный!
– Именно в этот момент в палату заходит медсестра.
– Хи-хи не успели отправиться, а уже проявляете чувства!
– Покраснела она. Мне кажется или про нас подумали что-то не то?
– Но так нельзя! Вам сначала надо выздороветь.
– Еще больше покраснев, продолжает.
– А кто из вас уке?
– Словно спохватившись, начинает зажимать руки.
– Нет, нет, не говорите, я сама догадаюсь. Сейчас позову санитаров, вас положат назад на кроватку. И чтоб даже не думали до выздоровления...
– А кто такие уке?
– Когда санитарка ушла немного пришибленно спрашивает Какаши.
– Даже не спрашивай...
Вот так, в общем-то, и началось мое знакомство с Какашей. После того как он отказался от намерения убить меня мы разговорились и вроде как даже поладили. Он делился историями из бытности АНБУ, а я с оглядкой рассказывал какие Анко с Куренай деспоты и как бедного меня все обижают. Идиллия длилась недолго, раздался стук в дверь и на пороге появился Сарутоби.
– Вижу, вы уже идете на поправку.
– В тот момент Третий большего всего был похож на объевшегося сметанной кота.
– Хокаге-сама простите нас. Это вышло все случайно! После выписки я сразу начну тренировать своего подопечного!
– Тон, каким была произнесена последняя фраза, не сулил мне нечего хорошего. Попал...
– Если вы еще хотите, то я могу Ероя отдать другому АНБУ.
– С хитрой улыбкой так спрашивает.
– Как другому? Что за заговор за моей спиной?!
– На самом деле мне совершенно не хотелось другого учителя. От Какаши я хоть знал чего ожидать.
– Не беспокойся Ерой-кун, я не собираюсь тебя бросать.
– Пронесло, но Какаши еще не закончил.
– После всего случившегося мы будим долго и упорно тренироваться...
– Так и хотелось добавить до моего конца.
– Сарутоби-сама дайте мне другого сенсея!
– Осознав, в какую жопу попал, сразу выкрикиваю. Наверно слишком перестарался с шутками, особенно если учесть блаженную улыбку Какаши, когда он говорил о предстоящих тренировках.
– Не беспокойся Ерой-тян, Какаши опытный АНБУ.
– Если бы дело было в этом. Ведь все видит старый хрен, но помогать не собирается.
Сарутоби выходил из больницы, лучась хорошим настроением. Многие его подчиненные потом гадали, что такого хорошего случилось в Конохе. Шепотки усилились, когда тот не стал жаловаться на дополнительные кипы бумаг и просителей. С радостью подписывая и выслушивая.
Неделя в больнице была скучной, если не считать разрисованного Какашей гипса пока я спал. Хоть он не признался я, в отместку поделав подчерк врача, назначил целую серию клизм. К сожалению, правда всплыла, когда сенсей взял в заложники врачей и, сказав, что любой, кто приблизится к нему с таким предложением, получит кунаем между глаз. Потом, пожалуй, можно было отметить наш забег на инвалидных креслах. После случившегося с клизмами Какаши был так зол, что повелся на мой наезд, и мы устроили заезд за звание настоящего АНБУ. В результате у самого финиша распаленный Какаши забыл затормозить у лестницы и с воплем Ерой полетел вниз. Единственное, что еще заполнилось это посещение нашей палаты Майто Гая.
Вот тогда я действительно пожалел Какаши. Пока он молчал было хорошо, но стоило ему открыть рот, как мои уши закрутились трубочкой, и хотелось, рвя на себе волосы, сбежать из палаты. В это время в палату тихо пробралась наша медсестра Михору (Оказалась ее так зовут) и просто балдела, глядя на их общение, вздрагивая при упоминании силы юности. А уж когда он ей представился, зеленым зверем Конохи у бедняжки аж кровь из носа пошла. Только после этого случая мне удалось ее убедить, что я в отличие от некоторых люблю только девушек, к сожалению, от выпить за знакомство она отказалась. А жаль у меня были такие планы...
И вот спустя неделю нас все-таки выписали!
На ночь перед первой тренировкой мне приснился опять дурацкий сон. Когда интересно мне начнут нормальные сны сниться? Помня, чем закончилось мое прошлое опоздание, на двадцать третьем закрытом АНБушном полигоне я был в срок. Даже то, что полигон был закрытым, давало понять, Какаши взялся за меня всерьез. Даже не знаю радоваться мне или плакать...
К моему глубочайшему удивлению мой сенсей пришел тоже вовремя. Согнутый как не знаю кто и явно тащащий что-то тяжелое в заплечной сумке. Со вздохом, скинул сумку на землю, которая, упав, издала сильное бум. По спине пробежали холодные мурашки, что за орудие пыток он там притащил?