Чтение онлайн

О самой Элле этого нельзя было сказать. То, что случилось утром, совсем выбило ее из привычной колеи. Еще больше молодую женщину потрясло то, что доктор Кинкэйд рассказал о мистере Рейнуотере. Хотя ее достаток всецело зависел от того, сколько жильцов было в пансионе, перспектива соседства с умирающим человеком представлялась Элле не слишком приятной по целому ряду причин. В конце концов, у нее и так хлопот было хоть отбавляй. Работы по хозяйству в ее доме хватало с избытком, и, кроме того, нужно было постоянно присматривать за Солли.

С другой стороны, это грустное обстоятельство было единственной причиной, по какой Рейнуотер не мог считаться подходящим жильцом. У Эллы, конечно, не хватило бы духу отказать ему на этом основании.

Доктору Кинкэйду следовало сначала прийти одному и сразу рассказать ей обо всем. Правда, тогда она вряд ли бы согласилась сдать комнату… Однако он этого не сделал, поставив ее тем самым в неудобное положение. А теперь еще Маргарет может услышать их разговор…

Стараясь, чтобы ее голос звучал благожелательно, Элла начала рассказывать о правилах, принятых в ее пансионе:

— Жильцы вносят плату за комнату и пансион каждый понедельник, но за эту неделю прощу вас заплатить вперед. Вас это не затруднит?

— Нет.

— Ящик для арендной платы стоит на столике под лестницей. В своей комнате, в письменном столе, вы найдете несколько конвертов. Пожалуйста, напишите на конверте свое имя, прежде чем положить его в ящик. Это чтобы не было путаницы.

— Хорошо.

После того, что сообщил ей доктор, Элле неловко было смотреть в глаза этому человеку. Она почувствовала облегчение, когда Маргарет отвлекла на минуту их внимание.

— Смотри-ка, зайчик. — Служанка поставила перед Солли голубую тарелку. — Вот твой обед. Все, как ты любишь.

Мальчик не отреагировал ни на слова, ни на сандвич и аккуратно разложенные дольки апельсина. Он продолжал развлекаться с игрушкой, покачиваясь на стуле вперед и назад.

— Теперь что касается еды. — Элла снова переключилась на будущего жильца. — Завтрак мы подаем в восемь утра в столовой. Если до этого вы захотите выпить кофе, приходите на кухню. Обед у нас в половине седьмого. Если вы вдруг соберетесь пообедать где-то еще, предупредите меня, пожалуйста, заранее.

— Вряд ли я буду ходить по гостям.

Будь она одна, подумала Элла, вытащила бы сейчас шпильки из узла, который утром был на затылке, а сейчас практически сполз на шею, и распустила бы волосы. Но разве это можно было сделать при постороннем?

— Ланч в моем пансионе — это мясо, сыр и фрукты. Иногда я добавляю то, что остается от завтрака. — Она кивнула на Маргарет, которая доставала из вощеной бумаги кусочки ветчины. — Все это стоит на столе в столовой между двенадцатью и часом. Жильцы сами выбирают, что им хочется. — Элла посмотрела на часы. — Сегодня мы немного опаздываем, но сестры Данн обычно ограничиваются фруктами, а мистера Хастингса нет в городе. Он ненадолго уехал.

— Других постояльцев у вас нет?

Элла отрицательно покачала головой.

— Сестры занимают самую большую комнату. Она находится в противоположном от вас конце коридора, а комната мистера Хастингса — у самой лестницы.

— А где спите вы и Солли?

— Тоже на втором этаже. Внизу у нас две гостиные, столовая и кухня. По воскресеньям, — продолжила Элла, — я подаю ланч в два часа, после того, как возвращаюсь из церкви. Обедают в этот день жильцы в городе или готовят сами. Вы можете пользоваться кухней. Только, прошу вас, не забудьте потом прибраться.

— Само собой разумеется.

— Есть что-нибудь такое, чего вы не едите? — Элла спрашивала об этом у каждого нового постояльца, но в данном случае боялась, что мистеру Рейнуотеру подобный вопрос может показаться намеком на его болезнь.

Он улыбнулся:

— Я в еде непривередлив.

— Хорошо. Хотите что-нибудь спросить?

— Когда я смогу занять свою комнату?

Не желая пока задерживаться на этом вопросе, Элла продолжила:

— Постельное белье мы меняем раз в неделю. Между стирками прошу вас использовать не больше трех полотенец. Поддерживайте в ванной порядок — мистер Хастингс заслуживает уважения. Надеюсь, он будет вести себя так же. Если у вас возникнут какие-нибудь жалобы, обращайтесь прямо ко мне.

Рейнуотер кивнул, но вопросов больше задавать не стал. Элла продолжила:

— Разумеется, в доме не должно быть спиртного. От каждого жильца я ожидаю уважительного отношения к другим постояльцам. Посетителей вы можете принимать в большой гостиной, но опять же предупреждайте меня заранее. За незначительную плату вы можете также пригласить гостей к обеду… при условии, конечно, что я буду знать об этом за несколько дней.

— Не думаю, чтобы у меня были посетители, а тем более гости.

Элла невольно отвела взгляд в сторону.

— Я скажу вам номер почтового ящика, чтобы вы могли сообщить его родным и друзьям.

— Буду чрезвычайно удивлен, если получу от кого-нибудь письмо.

— На случай, если это все-таки произойдет, запомните, что ключ от ящика есть только у меня. Всю вашу почту я буду оставлять у вас в комнате. Итак, вы согласны с моими условиями, мистер Рейнуотер?

Спокойно дослушав до конца речь хозяйки, Дэвид Рейнуотер снова повторил свой вопрос:

— Когда я смогу занять свою комнату?

Он спрашивал об этом уже который раз! «Это неудивительно, — подумала Элла. — Того, у кого времени осталось совсем мало, вопрос «когда?» не интересовать не может».

— Во вторник.

— Но сегодня четверг.

— Я вам уже говорила, что комнату нужно привести в порядок. Вы не можете пока пожить у доктора Кинкэйда?

— Я и так пробыл у них два дня. Моя тетушка и Мерди — очень гостеприимные люди. Они отдали мне спальню своих сыновей, но мальчикам теперь приходится спать в гостиной и это, конечно, всем здорово мешает. Так что я хотел бы перейти к вам уже завтра.