Локаут
Шрифт:
Я крепко зажмурилась и сделала глубокий вдох, пытаясь стереть из памяти образ флиртующих Дженны и моего брата.
– Тебе не обязательно быть такой требовательной, знаешь ли, – сказал Логан, выходя вместе со мной к своему джипу. – Это порой не очень приятно.
– Спасибо, – сказала я. – Я это ценю. А сейчас мы можем просто убраться отсюда?
Я оглянулась на библиотеку, когда мы отъезжали. Кэш шел через парковку: от света фонарного столба поперек тротуара пролегала его тень. Когда я отвела от него взгляд, то поняла, что обнимаю копию «Лисистраты» так, словно это нечто очень ценное.
Прежде чем Логан успел что-то заметить в моих руках, я быстро сунула книгу в рюкзак и начала крутить настройки радио.
Глава 13
Той ночью мне снился Кэш.
Это был не «вещий» сон, будто он погиб в огне автомобильной аварии, и не тупой сон, в котором мы бы гуляли по Марсу или ели сахарную вату, или что-то глупое вроде этого. Нет, этот сон был... Ну, он увлек меня. Кэш и эта сцена секса в библиотеке из «Искупления», о которой мне не следовало думать, находясь рядом с ним… Хотя мне и не удалось сдержаться. И во сне от книжных полок не было никакого неудобства.
Я перевернулась на другой бок и нажала на будильнике кнопку повтора сигнала. Но лежа и вновь переживая сон в своем сознании, я обнаружила, что этим утром дополнительные семь минут сна не пойдут мне впрок. Стыд не позволит мне заснуть.
Я вылезла из постели и направилась в ванную, по ходу выключив будильник. В голове по-прежнему крутился сон. Даже после того, как я приняла душ и оделась, или когда спустилась вниз, чтобы поймать автобус.
Почему-то из-за того, что мне снился такой сон о Кэше, я чувствовала себя… виноватой.
– Почему тебе должно быть не по себе из-за этого? – спросила Хлоя на нашем первом уроке в компьютерном классе, после того как я ей доверилась. – Ты же не можешь повлиять на то, что тебе приснится. К тому же, блин, парень горяч. Кому не снились похотливые сны о нем? Жаль, что он такой дразнилка. Он мог бы стать главным кобелем, если бы захотел, но с девчонками он не заходит дальше простого флирта. Может, он последователь какой-то безумной религии или типа того?
Я покраснела и открыла электронную таблицу, чтобы начать проект, который нам задали. Я всегда все рассказываю Хлое. О своей семье, об отношениях с Рэнди (по крайней мере о том, что не было слишком личным), о планах насчет колледжа и даже о своих развратных снах. Но было кое-что, о чем она не знала: то, что произошло летом между мной и Кэшем на вечеринке у Викки Макфи.
– Я серьезно, – настаивала она, подглядывая на какие кнопки я нажимаю, чтобы включить арифметическую функцию в таблице. – Почему ты чувствуешь себя виноватой?
– Не знаю... Потому что у меня есть парень? – предположила я, не вдаваясь в подробности, что о Рэнди у меня никогда не было таких снов. – Это в какой-то степени неправильно, разве нет?
– Нет, – сказала как отрезала Хлоя, – это не так. Ты не можешь влиять на то, кто или что тебе снится. Это не значит, что ты изменяешь ему. Кроме того, парни могут это делать.
– Что ты имеешь в виду?
– Я имею в виду, – сказала она, снова проверяя мой экран, чтобы выяснить, как я сделала заданную таблицу гистограммы, – парни кадрят девчонок, говорят о них и поголовно мечтают о девушках, с которыми не встречаются – и все в порядке, при условии, что они не начнут по-настоящему с ними встречаться. А когда девчонка вроде тебя делает то же самое, она чувствует себя распутной, или виноватой, или типа того. Я этого не понимаю.
– Ага, – пробормотала я. – Думаю, и мне этого не понять.
В последнее время я много чего не понимала. Например, почему плохо, если девушка слишком сильно любит секс? Ведь тогда ты считаешься шлюхой, а если у тебя его нет, то ты странная. Или почему парням вроде Кэша можно флиртовать по полной, но если то же делает девушка, то о ней пойдут кривотолки? Или почему мой парень, похоже, считает, что нет ничего плохого в том, чтобы поставить меня на второе место сразу после этого дерьмового соперничества, а когда я решаю что-то по этому поводу предпринять – не воспринимает меня всерьез?
Я уже начала подумывать, что ничего не понимаю. Словно существовал какой-то справочник о подростковом периоде, свиданиях и парнях, который раздавали в средней школе в тот день, когда я отсутствовала или типа того. Интересно, а другие девчонки были так же растеряны в этих вопросах, как я?
– Лисса, я растеряна, – прошептала Хлоя, когда мимо нас прошла наша учительница информатики миссис Моултон. Секунду я была по-настоящему потрясена, полностью уверенная, что Хлоя услышала мои мысли, но затем она добавила: – Никак не соображу, какая разница между гистограммой и линейным графиком? И почему, на хрен, это так важно? Помоги мне!
Я с облегчением рассмеялась и склонилась, чтобы помочь ей с заданием.
В понедельник вечером я рассказала Рэнди о секс-забастовке, и наши отношения испортились. Не то чтобы он устроил мне бойкот или избегал меня. Он просто был… отстраненным. Он был не таким раскрепощенным и открытым, как обычно, потому что, наконец, осознал, что я настроена серьезно, и он особо не разговаривал, хотя обычно болтал, когда я была рядом.
Было обидно, что Рэнди был так холоден со мной, но я надеялась, что это означает, что забастовка работает. Что в итоге он будет достаточно расстроен, чтобы как-то разобраться с этим. Что так сделают и все остальные ребята – тогда эта распря наконец-то закончится.
Но пока сидеть рядом с ним за ланчем становилось все более неловко. Хотя, уверена, и мое поведение в тот день было ненамного теплей – я с трудом могла смотреть Рэнди в глаза после такого сна о Кэше.
Поэтому после тринадцати минут непростого общения за столом во время ланча, я решила, что с меня хватит.
– Итак, ежегодная встреча выпускников, – сказала я громко, прерывая разговор Рэнди с Шейном. В любом случае я была уверена, они не обсуждали ничего важного. – В эту пятницу. Нужно обсудить наши планы на вечер.