Чтение онлайн

Леон пощупал все еще влажные после купания малыша рукава и с тревогой прикинул, достаточно ли у него времени на выполнение этих поручений. Спустя несколько часов ему надлежало явиться на корабль, а Эллен Пирс наверняка придется завершить какие-то свои дела, прежде чем она сможет вместе с ним отправиться на площадь Магнолий.

Кейт угадала по его озабоченному лицу, о чем он думает, и сказала:

— Дожидаться, пока Эллен соберется, не обязательно.

— Но лучше все же сопроводить ее сюда, — уточнила Гарриетта, торопливо наводя порядок. — Ты сможешь самостоятельно помыться, Кейт, если я принесу из ванной мыло и тазик горячей воды? Или дождешься Милли?

— Пожалуй, я справлюсь, — удрученно ответила Кейт, зная, что их с Леоном чудесный миг безвозвратно утрачен.

— В таком случае пойду за тазом. — Гарриетта обернулась к моряку: — Не теряйте зря времени, мистер Эммерсон! Вы можете не застать акушерку дома, и тогда вам придется ее разыскивать. Возможно, доктор Роберте не придет сюда после Пойнт-Хилл, а вернется к себе. Тогда ему лучше дать знать, что у Кейт благополучно родился ребенок.

Не дожидаясь, пока ему дадут еще какое-нибудь поручение, Леон в последний раз взглянул на Кейт и вышел из комнаты, вне себя от отчаяния.

Милли Бреди оказалась крупной приветливой дамой с внушительным бюстом и круглым, как блин, лицом.

— Боже правый, так вы сами приняли роды? — всплеснула она руками, выслушав Леона. — Значит, теперь матросы не только делают детей, но и помогают им родиться! Ну и времена настали! Надеюсь, вы не завязали пуповину морским узлом?

Мисс Роберте, обеспокоенная в первую очередь благополучием супруга, с раздраженным видом выслушала темнокожего моряка и, сказав, что она все передаст мужу, захлопнула дверь.

Какая-то женщина, драившая ступеньки дома, оторвалась от своего занятия и сочувственно пояснила:

— Она просто перенервничала. На Пойнт-Хилл-Род рухнул дом, и женщину с маленьким ребенком придавило. Доктор Робертс спустился к ним и вот уже несколько часов как не показывается. Надеюсь, что все обойдется. Он славный человек, но ему приходится проявлять дьявольское терпение. Надеюсь, вы меня поняли.

— Кейт уже родила? Так быстро? — Эллен Пирс провела гостя в чистую и уютную комнату. — Разумеется, я к ней приду, но мне придется взять с собой Макбета, Хотспера и Кориолануса. Соседи смогут покормить кошек, но за собаками нужно присматривать. Как вы думаете, Гарриетта не станет возражать?

Леон знал, что мисс Годфри обязательно будет недовольна, но предпочел промолчать. Ему не терпелось поскорее вернуться на площадь Магнолий, а не тратить драгоценное время на поиски кого-то, кто мог бы приглядеть за сворой Эллен Пирс в ее отсутствие.

— Почему вы дали им имена героев Шекспира? — поинтересовался Леон, проходя следом за хозяйкой дома на кухню.

— Потому, что я нахожу их достойными красивых имен, — ответила Эллен, с умилением глядя на трех псов разных пород и размеров, вскочивших при ее появлении и радостно завилявших хвостами в надежде, что их выведут на прогулку, — а не дурацких кличек вроде Ровер, Патч и Фидо.

Черный шотландский терьер принялся с лаем прыгать вокруг незнакомца.

— Это, по-видимому, Макбет? — почесав у собаки за ухом, спросил Леон.

— Вы очень проницательны, мистер Эммерсон, — заметила Эллен, в очередной раз отмечая, что в обществе Леона ей всегда спокойно. — Хотспер, конечно, не очень породистый, в нем преобладает кровь уэльского терьера. А Кориоланус… по-моему, у него бойцовская порода. Вам так не кажется?

На воинственного пса Кориоланус, на взгляд моряка, не походил. Большой и малосимпатичный, без всяких признаков какой-либо породы, он вразвалку подошел к Эллен Пирс и стал тереться мордой об ее ноги в нитяных чулках, забавно подняв одно ухо.

— Когда я их нашла, они были жалкими и напуганными, — рассказывала Эллен, привязывая к ошейникам длинные куски бельевой веревки вместо поводков. — Макбета я подобрала в ту кошмарную ночь, когда бомбили Сити. Хотспер двое суток просидел под обломками дома, прежде чем его вызволили оттуда пожарные. Его хозяева погибли. А Кориолануса ко мне привел наш местный уполномоченный по гражданской обороне. Несчастный пес раньше охранял склад на одной из военных фабрик на берегу Темзы, и когда немцы начали бомбить этот район, о нем просто забыли. Бедняга лишь чудом выжил после стольких бомбежек и пожаров. Поразительно, как его не разнесло в клочья!

Эллен без умолку говорила о своих любимцах на всем протяжении пути до дома Кейт, куда они добирались через Гринвичский парк, по склону холма напротив здания компании «Харвиз» и через пустошь. Леон не пытался сменить тему, давая одинокой женщине выговориться. Он понимал, что, кроме Кейт и Гарриетты Годфри, у нее практически не было подруг. Бездомные собаки, которых она приютила, скрашивали ее существование и давали богатую пищу для непринужденного разговора с мужчиной, которого она едва знала.

Леон из вежливости кивал и вставлял реплики, но его мысли были далеко. Он думал о Кейт. Она с самого начала стала для него чем-то большим, чем обыкновенная хозяйка дома, у которой он снял жилье. Он был бесконечно признателен ей уже за то, что она, тогда беременная, промокшая под снегом с дождем, не побоялась войти в паб «Лебедь» и на глазах у враждебно настроенных соседей предложить ему стол и кров.

Если бы сообщество обитателей площади Магнолий не отторгло ее до этого неслыханного поступка, то уж после него она была обречена стать изгоем. Ведь даже добродушный Чарли сказал ему тогда, что темнокожим здесь комнаты не сдают — в их квартале люди пока не привыкли к «черным», — и посоветовал поискать жилье в Детфорде.

Чарли вскоре стал относиться к темнокожему моряку совсем по-свойски, но остальные соседи не выказывали особого дружелюбия. Нетрудно было представить, какова была бы их реакция, если бы Леон и Кейт поженились.

Леон сунул руку в карман флотских брюк — второй рукой он сжимал самодельный поводок Кориолануса — и подумал, что, если бы этот счастливый день настал, он бы меньше всего тревожился о том, что подумают другие.

— А ребенку уже дали имя? — спросила Эллен, когда они проходили по пустоши, над которой завис серебристый аэростат. — Должно быть, Кейт назовет его в честь своего отца?