Чтение онлайн

Кит поставил контейнер на стол. Он снова почувствовал, что Тай его изучает: возможно, подсчитывает его плюсы и минусы, или что-то вроде. Если бы это был не Тай, а кто-то еще, Кит постарался бы перехватить его взгляд – но он знал, что Тай никогда не посмотрит ему в глаза. Было в каком-то смысле приятно в кои-то веки об этом не волноваться.

– У тебя кровь на руке, – сказал Тай. – Я ее раньше заметил.

– Ой. И правда. – Кит посмотрел на свои разбитые костяшки. – Поранился на Сумеречном базаре.

– Как? – спросил Тай, облокачиваясь на стол.

– Стукнул доску, – сказал Кит. – Я был зол.

Тай поднял брови. Брови у него были интересные, чуть ломаные, словно перевернутая буква «V», и очень черные.

– Тебе полегчало?

– Нет, – признал Кит.

– Могу всё исправить, – сказал Тай, вынимая из кармана джинсов один из волшебных карандашей Сумеречных охотников. Стило – так они назывались. Он протянул Киту руку.

Кит подумал, что мог бы и отказаться от этого предложения – как отказал Джулиану, когда тот предложил подлечить его в машине. Но не стал. Он доверчиво протянул Таю руку запястьем вверх, подставив его тому, кто еще недавно держал у его горла нож.

Пальцы Тая были прохладными и осторожными. Длинные пальцы, как и у всех Сумеречных охотников, заметил Кит. Возможно, это было связано с необходимостью владеть разными видами оружия. Кит задумался достаточно глубоко и лишь слегка дернулся, когда стило пересекло предплечье, оставив теплый след, как будто он провел рукой над пламенем свечи.

Тай стоял, опустив голову, черные волосы упали ему на лицо.

– Ну, посмотри, – сказал он, когда закончил.

Кит перевернул руку и увидел сходящиеся края ссадин на костяшках и красные шрамы, превращающиеся в гладкую кожу. Он уставился на черную метку у себя на предплечье. Интересно, подумал он, когда она начнет выцветать? Такое очевидное доказательство, что всё это правда, выбило его из колеи. Выходит, он действительно Сумеречный охотник.

– Вообще, это круто, – признал он. – Значит, вы вообще все, что угодно, можете вылечить? Ну, типа, как насчет диабета и рака?

– Мы можем лечить только некоторые болезни. Рак – не всегда. Моя мама от него умерла. – Тай убрал стило. – А что с твоей мамой? Она тоже была Сумеречным охотником?

– Не думаю, – сказал Кит. Отец иногда говорил, что его мать была танцовщицей из Вегаса и сбежала после рождения сына, но за последние две недели он успел догадаться, что тут Джонни Грач, пожалуй, чего-то недоговаривал. А насчет всего остального не договаривал точно. – Она умерла, – добавил он, не потому, что действительно так думал, а потому, что больше не хотел о ней говорить.

– Значит у нас обоих мамы умерли, – подытожил Кит. – Как ты думаешь, захочешь тут остаться? И стать Сумеречным охотником?

Кит только собрался ответить, но тут по дому разнесся низкий и мелодичный колокольный звон.

– Это еще что такое?

Тай поднял голову. Кит мельком увидел, какого цвета у него глаза: серые. Настолько серые, что уже почти серебристые.

Кухонная дверь распахнулась. За ней стояла Ливви с банкой газировки в руке. Присутствие Кита и Тая вовсе ее не удивило. Она растолкала их и уселась на стол, скрестив длинные ноги.

– Центурионы прибыли, – сказала она. – Все носятся, как подорванные. Диана пошла их встречать, А Джулиан выглядит так, будто собирается кого-нибудь убить…

– И ты хочешь знать, пойду я шпионить за ними вместе с тобой или нет, – закончил Тай. – Правильно?

Ливви кивнула.

– Предлагаю засесть где-нибудь, где нас не увидят. Потому что если Диана нас поймает, следующие два часа будем застилать Центурионам кровати и складывать полотенца.

Это решило дело. Тай кивнул и направился к двери, Ливви соскочила со стола и двинулась следом.

Положив руку на косяк, она притормозила и обернулась к Киту:

– Ты идешь?

Кит поднял брови.

– А вы точно этого хотите? – Он даже не думал напрашиваться. Близнецы казались идеальной командой, посторонние им были не нужны.

Ливви усмехнулась. Кит нерешительно улыбнулся в ответ. Он привык к девушкам, даже к красивым, но что-то в Ливви заставляло его нервничать.

– Конечно, – сказала она. – Только одно предупреждение: гадкие комментарии о тех, за кем мы шпионим, строго обязательны. Естественно, если речь не идет о членах нашей семьи.

– А если сумеешь рассмешить Ливви, то шутка идет за две, – добавил Тай из коридора.

– Ну, в таком случае… – Кит двинулся за ними. Как там говорил Джейс? Ни один Эрондейл не в силах устоять перед вызовом.

Кристина с неудовольствием оглядела Центурионов – около двадцати человек, толпившихся у тяжелых входных дверей Института. У нее было не так много времени, чтобы подготовиться к встрече с друзьями Диего по Схоломанту. И уж точно она не собиралась явиться на эту встречу в пыльных доспехах и с волосами, заплетенными в косы.

Ну, что поделать. Она выпрямила спину. Сумеречным охотникам нередко доставалась грязная работа. И вряд ли Центурионы ждали от нее идеально чистой одежды. Хотя, заметила она, оглядевшись, их собственная одежда была именно такова. Форма Центурионов была похожа на обычные доспехи с накинутыми поверх полувоенными куртками, сиявшими металлическими пуговицами, и перевязями с вышитыми на них жезлами римских центурионов. На спине курток красовался родовой герб Центуриона: у юноши с песочными волосами – волк, у темнокожей девушки – кольцо из звезд. Юноши были коротко подстрижены; девушки или носили косы, или гладко зачесывали волосы назад. Все они выглядели аккуратными, профессиональными и слегка пугающими.

У двери в Убежище Диана болтала с двумя Центурионами: темнокожим юношей с регалиями Primi Ordines и юношей в куртке с волком. Они обернулись и помахали Диего, который как раз спускался по лестнице, а Кристина и все остальные следовали за ним.

– Поверить не могу, что они уже тут, – пробормотала Эмма.

– Будьте вежливы, – негромко посоветовала, подходя к ним, Диана. Легко ей говорить, подумала Кристина. Она-то не была вся в пыли. Диана взяла Эмму за запястье, другой рукой вцепилась в Джулиана и потащила их общаться с Центурионами; Джулиана она подтолкнула к симпатичной девушке-индианке с золотым гвоздиком в носу, а Эмму – к темноволосым девушке и юноше, явно близнецам, которые принялись ее разглядывать.