Чтение онлайн

— Имеете в виду эту сиделку?

— Да, имею в виду сестру Форрестер, — высокомерно ответил он.

Я не нашлась что сказать на это. Не могла же я в самом деле разразиться тирадой по поводу своей ненависти к Рейчел Форрестер или поведать Питеру Вайбурну о том, за чем я застала ее ночью, и излить свои тайные страхи. Если бы я так поступила, он подумал бы, что я просто спятила.

Ой, Вера, маленькая идиотка, начала то, что не можешь закончить, — корила я сама себя, беспомощно оглядываясь вокруг.

Питер Вайбурн развернулся и уже было собрался зайти в здание почты, но тут подъехал другой автомобиль, на этот раз «вольво» Лоренса Бракнелла, и доктор задержался.

Все мое тело горело огнем. Потеряв дар речи, я наблюдала, как Лоренс выбирается из машины. Он мне приветливо улыбнулся, и я подумала, как он хорош сегодня утром. Не в офисном костюме, а в узких темно-голубых брючках, голубом свитере, а вокруг шеи повязан шелковый шарф.

— Доброе утро, Вера! — поздоровался он и, завидев доктора, добавил: — Привет, Питер.

Доктор Вайбурн кивнул Лоренсу, а потом посмотрел на меня, в его взгляде читалась озадаченность и подозрительность. О да, уверена, что заставила его поволноваться.

Стоя между двумя этими верзилами, я почувствовала себя маленькой напуганной коротышкой. А ну как доктор Вайбурн сейчас выдаст меня? Ведь он все еще считает именно Лоренса наследником и ближайшим родственником сэра Джеймса. Он ничего не знает обо мне. Сейчас как скажет Лоренсу, что дочка Мод Роуланд, только недавно прибывшая в Большую Сторожку, — сумасшедшая.

Но Питер Вайбурн оказался намного сдержаннее меня. Он перебросился с Лоренсом парой ничего не значащих фраз о чудесном майском утре и красоте гор над Вействотером, потом развернулся и исчез в недрах почтового отделения.

Вздохнув с облегчением, я посмотрела на Лоренса.

— Мне пора, — пробормотала я.

— Куда это ты ходила?

— Надо было позвонить.

Лоренс закурил.

— Имеешь в виду, что все еще не можешь звонить из Большой Сторожки?

— Как? Ведь аппарат заперт в спальне мисс Форрестер.

— Ах да, припоминаю, ты мне говорила. Посмотрим, что можно сделать. Это же просто смешно!

Я заглянула в эти теплые сияющие глаза, которые лишили меня мира и покоя. В тот момент я не могла думать ни о чем, кроме того, как он поцеловал мне руку в последнюю нашу встречу. Постепенно самообладание вернулось ко мне, но такт потерялся где-то по дороге.

— Лоренс, — выдала я, — я ужасно волнуюсь, я просто в замешательстве. Нам надо поговорить. Мне больше не с кем.

Он застыл на мгновение.

— Только не говори, что приберегаешь для меня свои девичьи секреты. А как же Нола?

— Это не девичьи секреты, которыми я могла бы поделиться с Нолой, — рассердилась я. — Все намного серьезнее.

Улыбка сошла с его лица.

— Что случилось, Вера?

— Много чего, и мне просто необходимо выговориться, иначе я точно спячу. Доктор Вайбурн считает, что я уже того.

— Почему это?

У меня все же хватило ума не вываливать на него все факты сразу.

— Думаю, я поступила очень глупо, но мне просто хотелось узнать, как на самом деле чувствует себя мой дед. Я так переживаю за него.

— Ему что, хуже? Я собирался навестить его сегодня.

— Да нет. Мы даже довольно долго беседовали, впервые с того времени, как я была у него, но она все время держит его под действием лекарств и...

— Откуда ты знаешь? — перебил меня Лоренс.

— Я видела ее со шприцем в руках и знаю, что она дает ему снотворное с тех пор, как он узнал меня. Она вознамерилась не пускать меня к нему. — Внезапно голос мой сорвался, и я замолчала.

Лоренс взял меня за руку и прижал ее к себе.

— Спокойней, Вера. Успокойся. Что ты наговорила доктору Вайбурну?

— Просто спросила, зачем сэру Джеймсу столько уколов и хорошо ли это для его здоровья.

Он со всей силы сдавил мою руку.

— И что тот ответил?

— Что сэр Джеймс получает инъекции только в крайнем случае и что я сама не знаю, что говорю, и... что он в надежных руках сестры Форрестер. Он верит в то, что она — великолепная сиделка. Да и ты тоже, — закончила я свою речь, понимая, что все делаю не так.

— Господи! — выдохнул Лоренс, а потом процедил сквозь зубы: — Не сомневаюсь, ты бы заняла первое место на конкурсе идиоток!

— Сама знаю, — буркнула я, — но я должна была что-то предпринять. Настало время кому-нибудь сделать хоть что-то... слишком уж много тайн вокруг, а я вовсе не милая глупышка, чтобы держать меня в неведении или отпихивать в сторону, если я что-то подозреваю.

— Что подозреваешь?

— Не собираюсь больше ничего говорить, — заупрямилась я и постаралась выдернуть руку, которую он сжимал со всей силы. У меня даже пальцы онемели от боли.

— Да уж, ты не «милая глупышка», это точно, — выдохнул он. — Ты как спичка, брошенная в стог сена, не подозревающая, какой можешь породить пожар. О боже, как могут быть опасны невинные, неразумные дети, которые лезут не в свое дело!

— Я не ребенок. Мне двадцать, и я — женщина! — возмутилась я.

Он открыл дверцу машины со словами:

— Забирайся!

— Не хочу!

— Сделаешь, как я велю. Не стоит тебя оставлять без присмотра. От тебя одни проблемы!

— Меня обвиняют в том, что я беспокоюсь за деда? — завела я свое.

— Нет, поздравляю тебя с этим! Вы так проницательны, мадемуазель Мегрэ! Но ты не единственная, кто замечает происходящее вокруг. Как бы то ни было, я не хочу, чтобы именно ты начала размахивать флагом во имя справедливости и добродетели. Ты и не подозреваешь, какое осиное гнездо разворошила!