Чтение онлайн

В какой-то момент показалось, что мой мозг скукожился до размеров грецкого ореха. Было невыносимо скучно, мне едва хватило выдержки, чтобы не закатить глаза, когда очередной лорденыш начал рассказывать о своей лошади, купленной за тысячи фунтов стерлингов. Я посмотрел на виновницу торжества и тут же опустил голову, чтобы скрыть улыбку: мисс Миллз выглядела так, будто хлебнула скисшего молока. Судя по одежде, девушка придерживалась современных взглядов и вряд ли наслаждалась вечером. Но, будучи во всем зависимой от родителей, она должна была исполнять их волю, чтобы не отлучили от кормушки.

Вильям казался подавленным. На фоне обеспеченных соперников он выглядел бледно: сирота, на прием пришел в компании странного приятеля, «нормальным» врачом так и не стал, всю жизнь будет ковыряться в чужих ртах и даже внезапного наследства от троюродной тетушки ему не перепадет. Мне стало его жаль, но всего на мгновение. Я напомнил себе, что пришел он сюда с единственной целью – обольстить молодую наследницу и обогатиться за ее счет. Жалеть в этой комнате нужно только Дебору, честь которой пытаются продать с молотка.

Едва дождавшись смены блюд, я извинился и выбрался из-за стола. Слуга шепотом сообщил, что уборная на втором этаже, Вильям проводил меня тяжелым взглядом.

Дом Миллзов был не так роскошен, как им бы хотелось. Поднимаясь по лестнице, я услышал скрип ступеней, увидел сколы лака на перилах и понял, что, скорее всего, семейство привыкло жить на широкую ногу, но давно не имеет такой возможности, поэтому отец и решил продать дочь – чтобы продолжать вести привычный образ жизни, ничем, по сути, не занимаясь.

На втором этаже я увидел фотографии на стене и подошел, чтобы рассмотреть их.

В молодости миссис Миллз не была красавицей – лошадиное лицо, длинная шея, на фоне аристократичного мужа она выглядела гадким утенком. Видимо, их брак тоже случился по договоренности родителей. А может, я слишком строг к людям и за несуразной внешностью женщины скрывается прекрасная душа, в которую мистер Миллз безоглядно влюбился.

Дебора пошла в отца, чем объяснялось такое количество желающих заполучить ее в жены. Будь она похожа на мать, молодые лорденыши и их родители не стали бы распинаться перед стремительно беднеющей четой Миллзов.

– Что вы здесь делаете?

– Рассматриваю фотографии вашей семьи. – Я обернулся. – А вы?

– Вам настолько неприятно общество внизу? – Мисс Миллз сложила руки на груди и прислонилась плечом к стене.

– Вы тоже не выглядели счастливой, сидя за столом.

– Ваш друг намерен жениться на мне? – Мисс Миллз неприязненно скривилась.

– Думаю, он бы этого хотел, – уклончиво ответил я.

– А вы?

– Я? – Мне хватило совести не расхохотаться ей в лицо. – Вы, конечно, красавица, но сюда я приехал, исключительно чтобы поддержать Вильяма.

– Очень жаль. – Девушка убрала волосы за уши. – Только вы не поменялись в лице, увидев мой костюм, и только вы пожали мне руку без промедления, тогда как остальные выглядели так, будто я предлагаю им засунуть пальцы в корзину со змеями. Вас действительно не смутил мой вид или же…

– Вы могли спуститься по лестнице голой, – перебил я, – и мне было бы решительно наплевать на это обстоятельство.

– Но почему?

– Потому что «быть» и «казаться» – разные вещи, – жестко ответил я.

– Так вы решили, будто…

– Будто вы – избалованная дочь некогда богатой семьи, всю жизнь живущая в достатке? Именно так. И, будучи лишенной необходимости с ранних лет работать, вы читаете книги и выдумываете себе проблемы. Думаю, вы понимаете, к чему я веду.

– К тому, что я сыта, что у меня есть крыша над головой и слишком много свободного времени. Можете назвать мой костюм «нелепым маскарадом» и станете точной копией моего отца.

Я сам не знал, почему сорвался на нее. Возможно, из зависти к теплому дому и сытому детству. Так или иначе, после ее слов мне стало паршиво: превращаться в копию чьего-то отца я точно не хотел.

– Извините. – Я устало потер переносицу. – Сегодня я сам не свой.

– Вы хотя бы настоящий, – спокойно сказала мисс Миллз. – Не строите из себя черт знает кого, пытаясь забраться под мою юбку.

– Поверьте, ваша юбка меня совершенно не интересует. – Я позволил себе слабую улыбку. – Если вы не хотите выходить замуж, боритесь за свою свободу.

– Вы не искренны. – Она вздохнула. – Не верите в то, что говорите.

– Хотите, чтобы я был с вами честен? – Я подошел к ней и взглянул в глаза. – Со мной происходило много скверных вещей, но я всегда был рад, что не родился женщиной.

Она могла вспылить, осыпать меня бранью и фурией сбежать вниз по лестнице. Но мисс Миллз поняла, что я имел в виду, серьезно посмотрела на меня и кивнула, сжав зубы.

Скитаясь по улицам, я видел, что происходит с беспризорными девицами. Многие становились шлюхами, некоторых просто похищали, других насиловали прямо в подворотнях. Несколько раз потные руки пытались добраться даже до меня, но я, хоть и выглядел изнеженным женоподобным ребенком, был мальчишкой, выросшим в Сливене. Я умел драться, умел постоять за себя, меня никогда не учили быть кротким и покорным. А их учили. Бедные девушки даже не думали, что могут попытаться отстоять свою честь. Матери секли их розгами, вдалбливая в голову простые правила женской жизни: не перечь сильным, будь хорошей девочкой. Если матерей не было, этим занимались монахини в приютах.

Моя мать была из их породы – кротость, добродетель, смирение. И что с ней стало?

Сейчас, стоя перед юной наследницей Миллзов, я хотел схватить ее за плечи, встряхнуть и крикнуть: «Будь плохой! О Господи, будь плохой!»

– Мне кажется, Всевышний прислал вас в ответ на мои молитвы, – сказала она.

– Вряд ли. – Я засунул руки в карманы и отошел от нее. – С ним я дел не имею.

– Вы атеист?

– Я верю в то, что видел собственными глазами.

– Мне нравится ваш подход. Не хотите уйти отсюда, Арчи?