Ловушка для чародеев
Шрифт:
Мимо них торопливо прошла молодая женщина. Сэр Чедвик, Хильда и Эбби осторожно выглянули из своего укрытия.
Они смотрели, как более юная Хильда решительно направляется к служебному входу в театр «Альгамбра». Неподалеку от дверей стоял, наслаждаясь теплым вечером, какой-то седовласый господин с роскошной бородой и курил сигару.
Потом они увидели, что Хильда протягивает ему записку и он пробегает ее глазами. Затем господин жестом пригласил Хильду войти в театр. В тот момент, когда он распахивал перед девушкой дверь, записка выпала у него из рук. Набежавший ветерок понес ее в сторону Эбби.
Девочка подхватила листок бумаги и прочла:
Дорогой Майкл!
Пожалуйста, окажи мне дружескую услугу и прими эту молодую леди в труппу театра.
А потом постарайся забыть о том, что нанял ее по моей просьбе.
Навеки твой,
Сэр Чедвик с улыбкой взял записку из рук Эбби и сунул в карман.
— Мы только что стали свидетелями знаменательного момента, — изрек он. — Эпизода, который вошел в историю театра. Как трогательно!
Через несколько минут они уже устроились в партере, и занавес поднялся.
Позже, в поезде, который вез их в Торгейт, Хильда в сотый раз воскликнула:
— До чего ты был хорош, Чедвик! Ты играл потрясающе, просто потрясающе. И спектакль изумительный.
Сэр Чедвик улыбнулся и погладил Хильду по руке.
— Ну так как, из меня получился неплохой старина Лир?
— Я никогда не видела лучшего исполнения, любовь моя.
— Жалко, что я заснула, — подала голос Эбби.
— Эта пьеса не рассчитана на твой нежный возраст, дитя мое, — заметил сэр Чедвик. — Но, надеюсь, я неплохо сыграл.
— Я проснулась оттого, что вы плакали, сэр Чедвик, — сообщила Эбби. — Взгляда не сводили со сцены, и по щекам у вас текли слезы.
— Ничего подобного, — возразил сэр Чедвик. — Я вовсе не плакал. Просто в глаз попала соринка.
Он с улыбкой посмотрел на Хильду:
— Ты тоже выступила замечательно, моя дорогая. Превосходный дебют!
— А я и не знала, что вы тоже выходили на сцену, Хильда! — сказала Эбби. — Да уж, зря я уснула!
— Я всего-навсего била за сценой по железному листу, изображая гром, — усмехнулась Хильда. — Для первого раза мне доверили шумовые эффекты.
— И ты справилась с ними отлично! — с пылом заверил сэр Чедвик.
— Да, да, — закивала головой Эбби. — Вы били очень громко. Я даже проснулась.
Перед самым Торгейтом поезд вошел в туннель. Сэр Чедвик сунул руку в карман, намереваясь достать билеты, и наткнулся на конверт, который вручил ему швейцар в министерстве совпадений.
— Надо же, совсем из головы вылетело, — пробормотал он, вынимая из конверта пыльный листок бумаги.
— Что это, Чедвик? — спросила Хильда.
— Справка из министерства совпадений, моя дорогая, — сообщил сэр Чедвик, просматривая документ. — Подумать только! Здесь идет речь о тебе.
Минуту спустя он воскликнул:
— Да, подобного поворота я никак не ожидал! Послушайте только, что здесь говорится!
И сэр Чедвик прочел вслух:
«Данная справка удостоверяет, что ребенок, похищенный у сэра Дэвида Хардкастла и леди Хардкастл, был найден в доме Урика и Лючии Чизмен, в Дремучем лесу.
Мистер и миссис Чизмен категорически отрицали свою принадлежность к чародеям тьмы и утверждали, что их сын, Снивел Чизмен, является выпускником колледжа Мерлина в Оксфорде.
В процессе проведения расследования Урик и Лючия Чизмен бежали, бросив ребенка на произвол судьбы.
Ребенок, девочка по имени Хильда, был передан на временное попечение Дэйзи и Фредерика Блубелл, чародеев света, проживающих в городе Торгейте. Согласно принятой в таких случаях практике, они должны были начать обучение Хильды в качестве чародейки света, несмотря на то что кровные ее родители являлись обычными людьми. Затем ребенка предполагалось вернуть настоящим родителям.
Однако прежде, чем это намерение осуществилось, Хильда и ее приемные родители погибли во время пожара, полностью уничтожившего дом Дэйзи и Фредерика Блубелл.
В совершении данного преступления подозревались Урик и Лючия Чизмен, однако никаких доказательств их вины обнаружить не удалось».
Закончив читать, сэр Чедвик задумчиво почесал макушку.
— Видишь, что получается, Хильда. Согласно сведениям, имеющимся у волшебников, ты мертва. Скажи, а ты помнишь своих приемных родителей?
— Нет, — прошептала Хильда. — Я помню только сиротский приют.
— Однако ты сохранила фамилию Блубелл?
— Она написана вот здесь, — пояснила Хильда, протягивая сэру Чедвику золотой медальон на тонкой цепочке, что всегда висел у нее на шее.
Открыв медальон, сэр Чедвик увидел, что внутри выгравировано имя — Хильда Блубелл. Он протянул его Эбби.
— Ой, медальон становится горячим! — изумленно воскликнула девочка, взяв его в руки.
И тут из медальона раздался голос:
— С вами говорит Дэйзи Блубелл. Если вы слышите мое сообщение, значит, медальон оказался в руках поистине великого чародея света. Согласно наложенному мной заклятию, только в этом случае откроется магическая сущность медальона.
Над девочкой, которую теперь зовут Хильда Блубелл, нависла смертельная опасность. Чародеи тьмы охотятся за ней. Насколько нам известно, они уже знают, что ребенок находится у нас. Чтобы спасти девочку, мы с моим мужем Фредериком тайно передали ее в сиротский приют Торгейта.
Настоящими родителями Хильды были сэр Дэвид Хардкастл и его супруга, убитые чародеями тьмы Уриком и Лючией Чизмен. Темные чародеи подменили девочку своим собственным отродьем. Хильда нуждается в защите, ибо чародеи тьмы не успокоятся, пока не разделаются с ней.
— Поразительно, — тихо произнес сэр Чедвик. — Медальон заговорил, оказавшись в руках поистине великого чародея света!
— Наверно, вы привели в действие магический механизм прежде, чем отдали его мне, сэр Чедвик, — смущенно ответила Эбби.
— Как знать, — задумчиво сказал сэр Чедвик и, закрыв медальон, передал его Хильде.
— Теперь я знаю, кто я на самом деле, — сказала Хильда. — Тайна, мучившая меня все эти годы, наконец раскрыта! Значит, сэр Морден Хардкастл — тот самый подменыш, которого мои родители приняли за собственного сына, околдованные магическими чарами. А Вулфбейн — не кто иной, как его родной брат, Снивел Чизмен!
Тут паровоз запыхтел, выпуская клубы пара, и состав остановился у платформы Торгейта.