Чтение онлайн

Артем терялся в догадках, куда же на этот раз забросит его судьба. У него не было плана действий, но одно он решил твердо: Великому Проводнику больше не удастся вести его, как марионетку, к новым сомнительным подвигам. Постепенно бешеный калейдоскоп замедлил свое кружение и из месива красок выделились две: ослепительная голубизна неба, перетекающая в выбеленный солнцем песок.

Артем в растерянности озирался вокруг. Направляясь в виртуальный мир, он готовился к бунту, но Великий Проводник посмеялся над ним. Ни спорить, ни биться было не с кем. Везде, куда хватало глаз, простиралась пустыня. Застывшие волны барханов терялись за горизонтом, и лишь Артем, как обломок кораблекрушения, нарушал безбрежную гладь песчаного океана. Некоторое время он стоял, ожидая, что же произойдет, затем сложил руки рупором и крикнул, как будто кто-то мог услышать его в бескрайнем безжизненном просторе. Поняв, что ждать дальше бессмысленно, Артем двинулся наугад.

Солнце, не жалея сил, пускало в путника стрелы палящих лучей. Ноги утопали в песке, делая каждый шаг мучительно долгим, как в замедленной съемке. Дорога выматывала путника, вытягивая у него силы, а вместе с тем и решимость бороться. Великий Проводник перехитрил его, вновь заставив подчиняться своей воле.

Артем не знал, как долго шел. Время не властно перед вечностью пустыни. Понятие часов и минут отступало как несуществующее. Усталость притупила все стремления, кроме одного — выбраться отсюда.

Черная фигура в плаще возникла так внезапно, словно выросла из-под земли.

— Премьер! — воскликнул Артем и в бессилии опустился на песок.

Собираясь в виртуальный мир, Артем считал Премьера противником, ведь он был приспешником Великого Проводника. Теперь же он обрадовался ему, будто встретил старого друга.

— Приветствуем тебя, герой. Мы к твоим услугам, — поклонился Премьер.

— А где же остальные? — спросил Артем.

Вместо ответа Премьер вдруг раздвоился, потом расчетверился, и наконец перед Артемом предстали все восемь служителей Ордена. Поклонившись, они снова слились в одну фигуру, будто карты в игральную колоду.

— Ничего себе матрешки, — присвистнул Артем.

— Пустыня не любит толпы, герой, — пояснил Премьер.

— Но почему меня сюда занесло?

— Пустыня — это символ одиночества. Разве ты все время не стремился остаться один?

— Нет уж, спасибо. И вообще, что все это значит?

— Это значит, что время истекает.

В воздухе появилась легкая дымка. Сначала зыбкая, она все больше сгущалась, обретая узнаваемые черты. И вот уже мираж предстал во всей красе. Посреди пустыни стояли гигантские песочные часы. Песчинки струились из верхнего конуса в нижний, где уже высилась целая песчаная пирамида. Верхний конус был почти пуст.

— То есть как это истекает время? Выходит, игра подошла к концу? — удивился Артем.

— Можно сказать и так. Сегодня решающий день. Ты должен избавить мир от Большого Зла.

— Я не собираюсь этого делать.

Решительный отказ героя бороться с врагом слегка удивил Премьера, и он с усмешкой произнес:

— Неужели даже ты не смог устоять перед чарами Кави?

— Чары тут ни при чем! Зачем вообще ее уничтожать? С чего вы решили, что она Большое Зло?

— Ты сам так сказал.

Правдивость этих слов шокировала Артема. Он в самом деле указал на Кави как на Большое Зло.

Кто знает, выбери он другого противника, может быть, все сложилось бы иначе? Раскаиваться в содеянном было поздно, и все же Артем сделал попытку пойти на попятную:

— А если я ошибся?

— Исключено. Ты лишь подтвердил мнение Великого Проводника, а он никогда не ошибается.

— Вот как! Значит, он добренький и поэтому хладнокровно посылает меня убить девчонку. Что же тогда считать добром? И чем оно отличается от зла? Я не буду помогать добру, которое стремится уничтожить других. Я не буду никого убивать! — выкрикнул Артем.

— Боюсь, у тебя нет выбора, герой, — спокойно возразил Премьер.

— Что если я откажусь, вы заставите меня силой? — с вызовом спросил Артем.

— Никто не властен заставить тебя сделать что-либо силой. Герой всегда действует по доброй воле, но ты не можешь оставаться в стороне. Если ты намерен защитить Кави, тебе придется уничтожить Великого Проводника.

— С какой стати? Если она этого потребует, я скажу ей то же самое, что и вам.

— Ей не нужно ни о чем тебя просить. Ты сам этого захочешь, — загадочно произнес Премьер.

— Это что, шутка такая? Тоже мне нашли киллера. Мне до лампочки и ваш Великий Проводник, и ваша Кави. Если она у него в печенках сидит, пускай сам с ней и расправляется, — распалился Артем.

Премьер поклонился и бесстрастно произнес:

— Великий Проводник предвидел твой ответ и принимает его. Теперь, когда твое одобрение получено, он будет действовать самостоятельно. Все произойдет без твоего участия.

Смысл слов оглушил Артема, как удар кувалдой.

— Какое еще одобрение? Не давал я никакого одобрения! — в панике воскликнул он, но Премьер жестом остановил его.

— Поздно, герой. Судьба Кави предрешена. Нынешняя вечерняя трапеза станет последней в ее жизни. Никто даже не догадается, что виной тому две крошечные капли, ведь отравиться можно чем угодно, грибами, например.

Он достал из складок одежды небольшой флакон и поглядел его на свет. Темное стекло контрастно выделялось на фоне тонких, бледных пальцев. Солнечный блик упал на гладкую поверхность и, утонув в тягучей черноте, погас.

У Артема пересохло во рту. Он завороженно глядел, как глава Ордена поигрывал флаконом со смертоносным ядом. Нельзя допустить, чтобы его использовали по назначению. Артем прикинул расстояние до рокового флакона. Всего один прыжок — и, если повезет, яд окажется у него в руках. Прежде чем Артем успел хотя бы пошевелиться, флакон снова исчез в складках одежды, а Премьер смиренно сложил руки на животе.

— Это не единственный пузырек с ядом. Наш человек пронес точно такой в замок Кави.

— Вы собираетесь ее отравить?!

— Ты ведь отказался действовать, — напомнил Премьер.

— Если вы можете обойтись своими силами, то зачем вообще я вам нужен?

— Ты — герой. Твое предназначение избавить мир от Большого Зла. Если не сумеешь сделать этого, значит, ты проиграл и не достоин почетного звания. У тебя есть еще время изменить решение и, уничтожив Большое Зло, стать победителем. Пятьдесят на пятьдесят.