Чтение онлайн

Куда делся бархатный и шелковый Артур? Сжатые кулаки, красное, искаженное гневом лицо…

Ее этот гнев ни в чем не убедил.

Они пошли дальше, уже через несколько шагов он снова положил руку на ее плечи.

— Прости. Не сдержался. Обидно. Посмотри лучше, какой закат!.. В России таких не увидишь, да?

Этот день настал. Артур особенно тщательно затушевал число в своем календарике и многозначительно посмотрел на Наташу.

Ее бросило в жар, зазнобило. Наверное, Артур истолковал ее румянец и дрожь в свою пользу.

На самом же деле в эту минуту она пыталась успокоить себя. Что ж теперь делать, ведь на протяжении многих веков огромное число женщин встречались с такой же, как у нее, бедой. Бедой под названием «близость с мужчиной».

А через несколько дней они вернулись домой. Их встретили даже не на вокзале в их городе, а в Москве, в аэропорту.

— Это инициатива Кирчонка! С него и спрос! — радостным голосом объявила Ольга Викторовна.

А Кирилл бросился на шею Наташе. К ней первой подбежал, не к отцу.

И Наташа сразу поняла, что только с ним ей тепло и уютно. Не с заботливым мужем. Не с ласковой свекровью. С Кирюшкой — навязанным ей обманом чужим сыном, избалованным и оттого не слишком здоровым мальчишкой.

И покатилась привычная жизнь с выходными, когда Артур вывозил семью к своим родителям в загородное «имение». Там Наташу теперь холили и лелеяли почти так же, как Кирюшку. И опять она не могла остаться в одиночестве, ее все время опекали и развлекали. И однажды пятничным вечером она решилась:

— Артур, можно, я не поеду с вами? Не обижайтесь на меня, я просто хочу… — слова «побыть одна» почему-то не выговорились. — Я хочу посидеть за компьютером. Мне, наверное, стоит поискать тему… Может, я диссертацию писать начну…

Артур удивленно поднял брови, посмотрел на нее пристально, озабоченно покусал губы и наконец сказал:

— Мама расстроится. Она к тебе так прониклась, я даже удивляюсь. Ну… ладно, оставайся.

И вот суббота. И свобода. Артур с Кириллом приедут только через два дня. И эти два дня — ее!

Она дозором обошла владенья. В квартире порядок, разве только пыль смахнуть. Продуктов полны закрома. Значит, магазины тоже на сегодня отпадают.

И чем заняться? Почитать? Поваляться перед телевизором? Нет, лучше вот что — сходить в кино.

Наташа тщательно оделась. К этому она себя сознательно приучила. Поняла, наконец, что встречают по одежке. Модные короткие брючки — как раз до тех пор, где начинаются голенища замшевых сапожек на небольшом каблучке, короткая норковая шубка с сильно расклешенной спинкой. Вот с головой что делать? Мама с детства твердила: без шапки нельзя, еще менингит подхватишь. А все модные женщины ходят без шапок — и ничего, не подхватывают. Ну, и она не подхватит.

Наташа повертелась перед зеркалом и осталась собой довольна. Гораздо приятней хорошо выглядеть. Даже взгляд другой — не затравленный, а смелый и веселый.

Запел ее мобильник. Артур. Спросил, чем она занимается и как ее здоровье-настроение.

— Все нормально, иду в кино, — ответила она, чувствуя, что настроение как раз и поблекло.

— А хотела диссертацию писать, — хмыкнул он. — Да ладно, отдыхай! У нас тоже все хорошо. От мамы привет! Пока?

— Пока.

И, больше не глянув в зеркало, она вышла из дому.

Ехать пришлось в переполненном троллейбусе. Видимо, фильм и впрямь так хорош, как его рекламируют.

— Девушка, на следующей выходите? — услышала Наташа за спиной ужасно знакомый голос— и обернулась. И расплылась в улыбке.

— Ленка, Бульдя, ты?!

Перед ней была однокурсница и соседка по комнате в общежитии, самая, пожалуй, близкая приятельница.

Троллейбус остановился, толпа пассажиров вынесла девушек на тротуар.

— Лен, ты что, не узнаешь меня?

Ленка смотрела-смотрела во все глаза и вдруг охнула:

— Морозова, это ты? Ну, ни фига ж себе! Да ты прям фотомодель!

— Ленка, как я рада тебя видеть! Ты куда?

— В кино намылилась. Мне надо рецензию сделать. Я ж в газете — ты знаешь? А ты? Что, где, когда?

У Наташи испортилось настроение.

— А нигде. Замужем.

— Ну, это мы, положим, помним. А работать что, муж не пускает или самой неохота?

— Не приставай. Я тоже в кино иду.

— Одна?

— Артур в командировке.

Они пошли к кинотеатру, вспоминая своих однокурсниц. Ленка была в курсе всех событий их жизни, рассказывала, смеялась. А Наташа все спрашивала то об одной девчонке, то о другой и делала вид, что слушает с огромным интересом. Лишь бы Ленка ей вопросов задавать не начала.

Почему, ну почему ей так стыдно рассказать кому-нибудь — не только подружке, а даже маме, даже сестре — о своей семейной жизни?

Но вот стыдно — и все.

После окончания картины Ленка сказала:

— Извини, Натах, но я недавно только на эту работу устроилась. Пока изображаю высокую сознательность и тому подобное… В общем, разбежались, угу? Не обидишься? Давай свой мобильный номер, созвонимся.

— Ну, конечно, я понимаю, — ответила Наташа, втайне испытывая огромное облегчение.

Они обменялись телефонами, и Наташа поехала домой, купив по пути любимого мороженого. Она с почти детской радостью предвкушала, как сейчас попьет чайку, потом съест мороженое, потом что-нибудь почитает…

Она даже не успела достать ключи, как дверь распахнулась. На пороге стоял Артур.

— Сюрприз! — радостно воскликнул он и галантно посторонился.

Она прошмыгнула мимо и тут же наклонилась, чтобы расстегнуть молнии сапожек. И чтобы он не увидел ее слез досады.