Чтение онлайн

Сенсей чуть улыбнулся и вздохнул:

– Ну, показывайте, что у вас там?

Я расстегнул молнию на чехле и вынул два свёртка: один длинный и объёмный с мечом и второй, маленький, с цубой. Аккуратно положил их перед сенсеем и замер.

– Разворачивайте-разворачивайте, – покивал он.

Лаковые ножны блеснули черным изгибом в свете ламп. Потом я развернул резную, почти воздушную цубу. Лёгкий меч, изящный, почти как произведение искусства. Мне вдруг стало стыдно перед оружием, что я вот такой непутёвый, купил, а обращаться с ним не умею.

– Да, действительно, очень хороший. Красавец или красавица? – уточнил сенсей. – Тень мастера, если не ошибаюсь. Частично ручная работа, очень хорошо сделан. Видел такой на «Тозандо» в каталоге. Вам повезло, что в Будо-шопе он был вживую. Такое только по заказу привозят, люди несколько месяцев ждут. Но вам придётся ждать гораздо дольше, прежде чем сможете с ним заниматься. Он ещё и заточен!

– А можно собрать его? Вдруг там что-то не так, баланс, например. – Я уже ожидал чего-то подобного и решил привести в исполнение простой план: сенсей соберёт меч, а я утащу его домой и буду потихоньку и осторожно тренироваться.

– Можно, надо сходить за инструментом, – сенсей было поднялся, но я остановил его.

– Да у меня в рюкзаке молоточек, штифты и ещё веревочка какая-то. Сейчас принесу. Забыл совсем, – я с трудом удержался, чтобы не перейти на бег, пока выходил из зала.

К моему приходу сенсей уже надел цубу на положенное место и закрыл хвостовик рукояткой. Он взял молоточек, аккуратно вогнал бамбуковые штифты в дырочки на рукояти и спрятал их под оплёткой.

– Ну вот, – он взял меч и вытянул перед собой, направляя остриё в предполагаемого противника. А потом вдруг резко с шагом назад поднял руки над головой, и меч метнулся вверх стальной молнией. Описал дугу и рассёк воздух дважды, двигаясь по каким-то немыслимым траекториям. Я не успел отследить, как сенсей менял стойки во время ударов. Всё произошло слишком быстро. Зато успел услышать еле слышный звук – лёгкий такой свист.

– Хороший меч, со своим голосом, – заметил сенсей, убирая Тень мастера в ножны.

– Голосом?

– Да, звук при ударе. При правильной динамике удара меч звучит. Вы слышали? Не каждый меч, конечно, издаёт звук. Но такие, как ваш – обязательно. Качественная работа.

– Спасибо, – я принял меч. – Отнесу домой, буду хранить его, пока не придёт пора заниматься.

– Я вам покажу кое-что, сейчас. – Сенсей ушёл в подсобку и через некоторое время вернулся с другим йайто. Грубым и тяжёлым по сравнению с моим. Вроде тех, китайских, которые мне продавец показывал.

– Меч вынимается так. – Сенсей вставил йайто за пояс с левой стороны. Левой рукой он взялся за ножны, а правой по широкой дуге вытянул меч.

– В ножнах, как вы заметили, изгиб, – пояснил он. – Поэтому нужно работать корпусом и хорошенько разворачиваться, чтобы не повредить их.

Я слушал очень внимательно и внутренне улыбался. Молодец всё-таки сенсей. Официально разрешить заниматься со стальным мечом он мне не может. Но понимает, что дома всё равно до этого дело дойдет. Вот и объясняет!

– У новичков с этим проблемы. Они плохо работают корпусом, да и движения ещё не отточены. Поэтому получается вот такое. – Сенсей повернул ко мне ножны и указал на глубокий пропил внутри. К краю ножен плотное дерево совсем истончилось, и намечалась щель.

– С этим мечом тренировались год. Учтите, что он даже не заточен. И ножны не как у вас, а из толстого дерева. А в вашем мече использована старинная методика изготовления: половинки скреплены всего в двух местах и покрыты лаком. При неправильном извлечении такие ножны просто разламываются.

Такой поворот был неожиданным, и внутри у меня начало зреть нехорошее предчувствие.

– Но это ничего, – добавил сенсей таким беспечным тоном, что я решил, будто он издевается. Только что рукой не махнул. – Если вы захватываете ножны близко к краю, можно порезаться вот здесь: внутренняя сторона ладони между большим и средним пальцем. А если хват неправильный, то пальцы повредить. При хорошо заточенном мече достаточно глубокие раны получаются.

Он на мгновение задумался.

– Ещё удары. «Мэн», например. – Сенсей закинул руки с мечом наверх, но иначе, чем в дзёдане, будто сложился и подобрал ноги на одну линию. А потом резко опустил меч. Я видел этот удар со стороны в исполнении учеников. – Вот тут, если заметили, лезвие проходит близко к левому уху. Очень красивый срез может получиться. У новичков, которые тренируют этот удар, левое ухо такое красное бывает! Но я вам удар «мэн» ещё не показывал?

Я помотал головой, стараясь сохранить лицо, а внутри уже расползалось отравляющее душу разочарование, досада и почему-то обида.

– Так, ну а остальное – порезы и уколы разных частей тела, зависит от одарённости ученика. И при вкладывании меча в ножны то же самое, ладони страдают и ножны конечно. Потому что делать всё нужно правильно. – Сенсей поднёс основание меча к ножнам, обхватил спинку лезвия большим и указательным пальцами, и, скользнув по ним, меч сам упал в ножны. – Поэтому сначала вы занимаетесь с деревянным оружием, потом с незаточенным и самым простым йайто. Пока научитесь, меч испортите. То, что вы купили – хороший меч, прекрасный, но это – оружие для мастера. Поберегите и себя, и его.

Сенсей посмотрел на меня и улыбнулся. Я с удивлением обнаружил, что от этой улыбки стало как-то легче. Она не была ни торжествующей, ни насмешливой, наоборот, открытой и даже доброй. Так улыбается отец, глядя на попытки маленького сынишки сесть за руль настоящего взрослого автомобиля.

– Я понял. Можно мне оставить меч в зале, на хранение? Не знаю, смогу ли дома удержаться, чтобы не попробовать.

Сенсей оценивающе посмотрел на меня и строго сказал:

– Если будете регулярно посещать тренировки.

– Обязательно!

Он кивнул и принял у меня Тень мастера и чехол.

– Не подумайте, что я вам страшилки рассказываю. Травм я видел много и самых разных. – Сенсей серьезно посмотрел мне прямо в глаза, а потом добавил: – У меня такое ощущение, что вы слишком торопитесь, куда-то спешите. Избавьтесь от этого стремления, путь открывается с течением времени. Всё должно происходить естественно.

Я кивнул, стараясь сохранить спокойное выражение лица. Не рассказывать же ему про ведьму. Один раз уже рассказал – Катька дуется до сих пор.