Чтение онлайн

— Не уверен, получится ли скопировать это, мистер Кохрейн, но мне хотелось бы иметь фотокопию для более тщательного изучения, — сказал он, передавая констеблю папку. — Не возьмете ли сии труды на себя? Только ни в коем случае не дотрагивайтесь до этого.

— Нет проблем, сэр, — сказал Кохрейн, — хотя мне потребуется время, чтобы найти свободный копировальный аппарат. Насколько я понимаю, лучше обойтись без свидетелей.

— Вы совершенно правы, — ответил Адам. — А о времени не беспокойтесь. Если надо — подождем.

Когда Кохрейн ушел выполнять последнее поручение, Адам снова повернулся к Маклеоду и легко дотронулся до запястья инспектора. Маклеод, казалось, спал, но предательский трепет движения под закрытыми веками говорил, что он на самом деле все еще в трансе и часть его полностью сознает окружающее.

— Ноэль, я надеюсь скоро увести вас отсюда. А прежде чем мы попытаемся двинуться, немного укрепим вашу защиту. Хорошо?

Не открывая глаз, Маклеод пробормотал:

— Угу.

— Молодец. Тогда погрузитесь еще глубже в сон.

Закрыв глаза, Адам глубоко вздохнул, чтобы и самому войти в транс. Изменение восприятия на миг притупило внешние чувства, но уже со следующим вздохом он смог открыть внутренние глаза. Перед ним предстала картина: ослабевший Маклеод стоит в кольце колючих кустов диаметром с вытянутую руку.

Тени танцевали на терниях, как черное пламя. Прошептав мольбу к Свету, Адам шагнул в круг к Маклеоду. Сила изливалась из него, как источник. Сосредоточив эту силу в правой руке, он начертил в воздухе охранительный знак.

Движение руки оставило пенистый след. Клубящиеся тени с шипением отхлынули от нарисованного символа. Усилив сосредоточенность, Адам пошел по кругу вправо, останавливаясь в каждой из оставшихся четвертей, чтобы повторить охранительный знак. Расход энергии был ощутимым. Заканчивая запечатывать круг, он уже дрожал от напряжения.

Но нарисованный круг держался крепко. Убежденный, что на данный момент Маклеод защищен от дальнейшего ущерба, Адам отступил в центр круга и вышел из него в той же точке, где вошел. Изменение сознания сопровождалось знакомым приступом головокружения.

Маклеод не шевелился, но дышал теперь легче, хотя лицо по-прежнему было воскового цвета. Рядом стоял сильно встревоженный Перегрин. Увидев, что Адам очнулся, художник спросил, понизив голос:

— Теперь он будет в порядке?

— Окончательно он придет в себя, лишь когда будет уничтожено само заклинание, — сказал Адам. — Но этим я не намерен заниматься здесь.

Он спокойно сидел, продолжая укреплять защиту Маклеода пока не вернулся Кохрейн с требуемой фотокопией.

Осторожно убрав скрепки защищенными шелком пальцами, Адам высвободил позолоченную бумагу и листок с подписью и, используя палочки, бросил их обратно в сделанное из носового платка гнездо. Следом отправились полоски пенопласта; Адам смог сложить их более компактно, потом завернул в платок, сунул все в другой конверт и запечатал его. Копию он сунул вместе с конвертом в нагрудный карман. Пиджак был с шелковой подкладкой, что обеспечивало дополнительную защиту.

— Пора выводить его отсюда, — сказал Адам молодым помощникам, поглядев на карманные часы. — Сейчас уже почти конец рабочего дня. Будем надеяться, что в следующие четверть часа столько народу будет приходить и уходить, что мы сможем выскользнуть, не привлекая особого внимания.

Перегрин потянулся за пальто и шарфом. Тем временем Адам обратился к Маклеоду через порог гипнотического транса:

— Вы со мной, Ноэль? Кивните, если слышите меня. Прекрасно. Через минуту-другую мы выйдем из здания. По моему слову вы полностью очнетесь, вспомнив все, что произошло, но не выказывая внешнего нездоровья. Я знаю, что вы все еще очень плохо себя чувствуете, но вы не поддадитесь недомоганию, пока не доберетесь до машины. Если кто-то задаст вопрос, вы скажете, что, кажется, подхватили грипп…

Они надели на Маклеода пиджак и пальто. Кохрейн проводил их из кабинета, закрыл дверь и запер с небрежностью, заслужившей похвалу Адама. Благодаря постгипнотическому внушению Маклеод сам спустился по черной лестнице и дошел до автостоянки, и ноги у него не подгибались, хотя кое-кто из коллег бросал на инспектора странные взгляды. Пока Кохрейн сходил забрать медицинский саквояж Адама из полицейской машины и «повестку» из «моррис-майнора», Адам и Перегрин нашли черный «БМВ» Маклеода на выделенном для него месте и, воспользовавшись ключами инспектора, открыли двери. С помощью Адама Маклеод залез на пассажирское сиденье и со вздохом положил голову на подголовник.

Через минуту к ним подошел Кохрейн. Передав Адаму черный саквояж, он наклонился к окну машины и бросил на начальника последний озабоченный взгляд.

— Мне неприятно об этом говорить, сэр, — сказал констебль, пытаясь казаться несерьезным, — но вряд ли вы будете в форме, чтобы присутствовать сегодня вечером в Ложе на обряде святого Андрея.

— Ты, пожалуй, прав, — уныло согласился Маклеод. — Извинись там за меня.

— Охотно, сэр. Какие-нибудь последние указания, пока я не ушел?

— Ага. В следующие двадцать четыре часа непременно сходи в бар и поставь себе пинту пива, — сказал Маклеод. — Ты это более чем заслужил.

Адам отвез Маклеода домой на «БМВ»; Перегрин ехал следом на своей машине. Джейн Маклеод на мгновение встревожилась, увидев, как Адам ведет ее мужа по дорожке, а следом за «БМВ» останавливается вторая машина, но Маклеод сам успокоил ее, использовав придуманное Адамом еще в участке объяснение.

— Похоже, нынешний вирус гриппа в конце концов добрался до меня, — объявил он со слабой усмешкой. — Адам утверждает, что я буду жить, но в данный момент картина не самая привлекательная.

— Ваш супруг, — скривился Адам, — не самый дисциплинированный пациент… хотя вряд ли для вас это новость. Постарайтесь удержать его на несколько дней в постели.

— О, это будет нелегко, — довольно резко сказала Джейн, беря Маклеода за другую руку и помогая Адаму вести его в дом. — Мужчины иногда просто невозможны. Но ты немедленно отправишься в постель, Ноэль Маклеод, и если вдруг позвонят из управления, я скажу им, что тебе наскучила городская жизнь и ты сбежал в море!