Лучезарный
Шрифт:
Потом задумчиво почесал бровь, стер несколько надписей, подчеркнул «Евгран» и тяжело вздохнул. Надо было посетить Северного Хозяина. Убедиться, что тот, по-прежнему, «сидит за ледяной стеной».
Он разровнял слой пепла. Поднялся. Представил белую непроницаемую плоскость, поставленную на ребро — магический щит, окружающий владения Евграна. И шагнул в пустоту.
«Хорошо, что поменял облик, — Буллфер довольно прищурился, разглядывая подземные владения высшего родственника. — Дивное местечко…»
С одной стороны простиралась бескрайняя пустыня, продуваемая всеми ветрами. С другой — бесконечная стена изо льда, уходящая в черное, беззвездное небо… Если бы инквизитор заявился сюда в человеческом обличье — стужа за мгновение сожгла бы тонкую кожу, метель завалила, вихрь оглушил. А теперь лишь поднялась шерсть на спине, да копыта увязли в снегу.
— Евгран!! — позвал турвон мысленно.
Его услышали, он это почувствовал. Но не отзывались долго, видно обдумывая, пускать ли гостя. Наконец, из ледовой кладки вырвалась оскаленная белая морда, напоминающая волчью. Пасть клацнула острыми зубами, уши на вытянутой голове прижались, шерсть из полупрозрачного снега поднялась дыбом.
— Кто хочет видеть Владыку?! — рявкнул Страж, выпячивая на посетителя алебастровые бельма глаз.
— Верховный турвон, — ответил демон нехотя.
Волк глухо зарычал. Буллфер знал, что это всего лишь нечто вроде магического дверного замка — кое-кого пустит, остальных, неугодных Хозяину, попытается уничтожить. На всякий случай он приготовился ударить огнем по гигантской пасти. Но стена неожиданно стала полностью прозрачной. Его пропускали.
Инквизитор сделал шаг вперед. В его животе на мгновение возникло ощущение сосущей пустоты, как при падении, в глазах потемнело. А потом вспыхнул яркий свет, и демон очутился в просторном зале. Его стены, потолок, колонны и барельефы были выточены из снега и льда. Все искрилось, переливалось и сочилось холодом.
По полу текла вода. Над ней поднимался тонкий парок, и казалось, будто трон в конце зала парит в пустоте, окруженный жемчужным туманом.
Буллфер пошел вперед, ощущая, как ледяной поток омывает копыта, а пар оседает на шкуре кристаллами льда. Стылый мертвый холод проник даже под его шерсть, и дыхание тоже смерзалось.
Когда турвон оказался в середине зала, на льдисто-прозрачном троне возникла фигура, закутанная в белые меха. Евгран, Хозяин Севера. Вернее… Хозяйка.
Никто из темных повелителей не знал, что властелин Иллинеи — Высшая демоница. Она скрывала это. Буллфер случайно узнал тайну, но верно хранил ее, за что Евгран, как будто, была ему признательна.
— Здравствуй, — произнесла она мелодичным, негромким голосом, кутаясь в белоснежную шубу. Лилейное, как снег, красивое, неподвижное лицо, с прозрачными ледяными глазами без зрачков и радужки было окутано молочной опушкой капюшона. И Буллфер никак не мог решить — одежда это или собственная шерсть? Защита от холода, или королевская мантия? Алебастровые руки, обнаженные по локти, лежали на подлокотниках трона, ноги также скрывал мех.
— Приветствую, госпожа, — турвон приблизился и сдержанно поклонился.
— Ты — единственный, кто осмеливается приходить ко мне. — Произнесла она, почти не разжимая губ.
— Вас это удивляет? — Буллфер сотворил кресло, поставил его в воду и присел. — Друзлт и часа не проживет, оторванный от своего океана. Каракалл, как все пауки, боится мороза. Впрочем, летучие мыши и крокодилы любят его не больше. А Савр примерзнет жирным брюхом к этому полу.
— Ну, а ты? — она улыбнулась едва заметно.
— У меня густая шерсть и каменные копыта. Хотя и меня пробирает до костей в твоем царстве, Ледяная королева.
Она чуть шевельнула рукой, и поток, текущий по полу, отступил от кресла, разбегаясь на ручьи.
— Зачем ты пришел на этот раз?
— Некрос вызвал неудовольствие Хозяев, они хотят выступить против него, пока он не набрался сил, чтобы уничтожить их. И я хотел…
— Меня это не интересует. — Она с истинно королевским достоинством повела головой. — И не интересовало никогда. Мелкие игры ничтожных меня не влекут.
— Не такие уж и мелкие. — Буллфер попытался передвинуть стул, но понял, что тот примерз к полу. — Скоро начнется война…
— Пусть воюют. Пусть суетятся. Я буду наблюдать со стороны. Моя стихия — покой и созерцание. Белая смерть.
— Будут освобождаться земли, — осторожно начал турвон, внимательно наблюдая за Евгран. — Неужели ты не хочешь?
— Те земли мне не нужны. Жаркие, гнилые, населенные суетливыми людьми. Я двигаюсь в другую сторону. К полюсу. В страны вечного снега над корой льда. И если ты хочешь оскорбить меня предложением вступить в борьбу за жалкие куски полуразложившейся материи…
— Нет, Великая. — Поспешил отступить Буллфер. — У меня и в мыслях этого не было.
— Было, — она улыбнулась бескровным ртом. — Но, к твоему счастью, ты быстро одумался. Если хочешь забрать те землисебе… Забирай, мне все равно.
— Нет, госпожа, — турвон, стряхнул иней со шкуры. — Я не могу их забрать, для этого я недостаточно силен.
— Неужели? — Она медленно поднялась. Меховая опушка соскользнула, сложившись за спиной в длинные пушистые крылья. Открывшееся тело было совершенным и стылым. Буллферу показалось, что он видит, как она мчится над северной страной, раскинув свои «меха» на полнеба, сея вниз ледяную порошу, покой и смерть. Глаза демоницы засияли, как звезды, а Высший вдруг почувствовал, что холод начинает пробираться в самое его сердце, и то замедляет свое биение. По всему телу разлилась лень, усталость затуманила голову. Тяжесть оцепенения легла на плечи…
Усилием воли турвон прогнал наваждение и вскочил. Евгран рассмеялась тихо, снова укрылась мантией и повторила:
— Неужели…?
Она резко взмахнула крылом, и Буллфер понял, что каким-то невероятным образом вновь очутился напротив стены. Его замело снегом до пояса, шерсть смерзлась сосульками, пальцы на руках скрючило от холода.
Действительно ли он видел Евгран? Или ему приснилось? Или проклятая демоница «влезла» в его голову, наслав видение? Но теперь было понятно одно — она (или все же он, Дьяво л разберет северного владыку), действительно, не будет вмешиваться в игру.