Лучик надежды

В церкви было темно и прохладно. Холод, казалось, сочился из каждого кирпича, из каждой церковной скамьи. Хотя за стенами царила теплая погода, внутри стоял ноябрьский холод. Почему на похоронах всегда холодно, даже тогда, когда светит солнце?

Матильда Белл окинула все вокруг беглым взглядом и плотнее укутала покрытые гусиной кожей руки в тонкую ткань шерстяной кофты. Было еще рано, но несколько членов семьи уже собрались. Приглушенная беседа и печальные выражения на лицах демонстрировали их единение в горе. Матильда ощутила себя еще более одинокой. Пока никто ее не заметил. Когда заметят, какой будет их реакция? Она не знала. Когда-то, до скандала, до этой глупой ошибки, она была его любимицей…

Стараясь держаться в тени, женщина спряталась за высокой каменной колонной, покрытой резьбой. Тем, кто сидит на первых скамьях, разглядеть ее будет непросто. Это была старая церковь, хранящая воспоминания и неразрывно связанная с историей ее семьи. Впрочем, важнее было то, что здесь любил молиться он. Ей казалось, что его имя выбито на стенах этого здания. Это знакомое с детства местечко всегда было теплым, но сегодня, когда образ деда уменьшился до имени, произносимого скорбящими приглушенным шепотом и напечатанного на программе богослужения, тут казалось холоднее, чем в могиле. Охваченная грустью, Мэтти вздохнула, вполне серьезно ожидая, что ее дыхание заклубится паром.

«Я останусь до того момента, как допоют последний гимн, – подумала она. – Я ускользну прежде, чем меня увидят».

Матильда могла бы вообще не прийти, если бы сестра не позвонила ей на прошлой неделе и не сообщила о том, когда состоятся похороны. Хотя никто из членов семьи ни в чем ее не упрекал, Матильда знала, что большинство из них о ней думают: она разбила старику сердце и ускорила его конец. Все это было чушью, конечно. В результате посмертного вскрытия была обнаружена злокачественная опухоль, которая поразила его хребет в области поясницы и с пугающей быстротой распространила свои метастазы на печень. Но в глубине души Матильда понимала, что чудовищная ссора между ней и дедушкой Джо не могла не ускорить его конец. Женщина винила себя не только за ссору, разрушившую отношения, которые она прежде считала нерушимыми, но и за то, что не смогла понять, что дед абсолютно во всем прав. Если бы она хотя бы на секунду забыла о своем упрямстве и уязвленной гордости, то смогла бы еще тогда все понять. Но Матильда Белл думала, что знает лучше, она всегда так считала, и теперь потеряла все, что прежде любила.

А в церковь все прибывали новые и новые прихожане – не только замечательные и добропорядочные, но и вызывающие кое-какие сомнения жители Кингс-Санбери. Дедушка Джо любил их всех, а они обожали его. Каждый новый пришедший занимал место перед Мэтти, тем самым закрывая и оттесняя женщину от покойного. Голос в голове укорял ее, напоминая, что все эти люди не подвели старика при жизни. Они не пренебрегали дедушкой Джо…

Но время для «если бы» навсегда осталось в прошлом.

– Мэтти! Я так и подумал! Почему ты сидишь тут одна? Вся семья сидит впереди.

Матильда тупо уставилась на своего двоюродного брата Джека, который бочком продвигался по узкому проходу между двумя рядами скамеек к тому месту, где она сидела.

– Привет. Мне и здесь неплохо.

Кузен, всегда отличавшийся радужным оптимизмом, явно не собирался принимать всерьез ее отговорки.

– Чепуха! Твое место – среди нас. Не важно, что было в прошлом.

Увидев выражение ее лица, Джек присел рядом.

– Они меня во всем винят, – сказала Матильда.

Горькие слезы щипали ей глаза.

– Не винят.

– Я виню.

– Матильда! Все в прошлом. Что сделано, то сделано. Они от тебя не отвернутся, что бы ты там себе ни воображала.

– Я разбила дедушке сердце…

– Он умер из-за рака, а не из-за разбитого сердца. В этом плане ты не лучше своей мамы. Она тоже все болезни мира приписывает собственным просчетам. Открою тебе секрет: ты не настолько могущественна, Матильда Белл.

Теплая рука двоюродного брата накрыла ее руку. Он улыбнулся.

– Пошли со мной вперед. В этот день вся семья должна быть вместе. Мы все о нем скорбим.

Ей ужасно хотелось поверить Джеку, поверить в то, что общее горе позволит забыть о разногласиях, возникших в семействе Белл, однако чувствам не прикажешь. Матильда догадывалась, что в глубине души они считают, что, поругавшись с дедушкой, она порвала со всеми ими. Ее подруги завидовали близости, царящей в их семье, но теперь Мэтти в полной мере ощутила: ссора привела к разрыву и восстановить прежние отношения будет куда как непросто – такова обратная сторона медали.

– Нет, мне здесь на самом деле как-то спокойнее.

– В таком случае я посижу с тобой.

– Нет, Джек, не стоит.

– Я знаю, что не стоит, но сегодня я не оставлю тебя одну. Как бы не так! Поэтому перестань пререкаться и обними меня.

Мэтти импонировало упрямство Джека. Этим двоюродный брат напоминал ей дедушку Джо, вот только Джек никогда не выдвигал ей ультиматумы относительно ее личной жизни. Хуже всего было то, что сегодня она не могла объяснить семье истинную причину, которая разбила ей сердце.