Чтение онлайн

Я оттолкнула это воспоминание. Вспоминать об этом выше моих сил. Тоска по маме была слишком острой.

Натянув одеяло на плечи, я подоткнула его под подбородок и прислонила голову к стене. Глаза Уэста будто преследовали меня. Неужели никто из друзей не замечал его поведения? Или они просто принимали все как должное?

Увидев его днем, целующимся с Рейли, – очевидно, к последнему уроку ее злость на парня испарилась, и она ластилась к нему всем телом – на мгновение мне захотелось оказаться на ее месте. Теперь, когда я знала, каково находиться в его объятиях, в момент слабости мои мечты были лишь о том, чтобы он оказался тем парнем, каким он мне увиделся в пятницу вечером. Но потом я вспомнила, как он целовал девушку, с которой вел себя отвратительно. Или это было его извинение перед Рейли? Она так легко простила его? Возможно. Я видела подобные нездоровые отношения у родителей. Если бы она только знала, к каким ужасным последствиям они могут привести.

Парни с внешностью как у Уэста заставляли девушек забывать о себе. Я подмечала это много раз. Когда ты молчишь, легче увидеть чужие ошибки. Да и люди чувствуют себя в большей безопасности, делясь тем, что обычно не говорят, потому что знают, что их слова не повторят, или потому что путают немоту с глухотой.

Например, сегодня двое из шести моих учителей говорили со мной громче, чем с остальными, будто я их не слышу. Это было забавно. Сейчас я уже к этому привыкла, но в глубине души продолжала посмеиваться.

Интересно, каково будет засмеяться снова в полный голос. Почувствовать этот звук у себя на языке. Но, зная, что мамы больше нет, а я заставила отца ответить за свое преступление, как я могу смеяться снова? Могу ли услышать свой голос и не рассыпаться на миллион осколков?

Стук в дверь спальни застал меня врасплох. Обернувшись, я увидела медленно поворачивающуюся ручку. На моих глазах дверь приоткрылась, и из-за нее появилось лицо Нэша. На фоне темной кожи его глаза были сногсшибательными.

– Составить тебе компанию? – спросил парень с застенчивой улыбкой.

Он флиртовал со мной. Сегодня он несколько раз подходил ко мне поболтать, зная, что я не отвечу. Я не ожидала такого внимания к себе, но Нэш совершенно точно проявлял такую заботу. Поначалу я относилась к этому парню с подозрением, но он был лишь добр ко мне. Никогда не заставлял меня испытывать дискомфорт, да и я видела, как он ведет себя с другими. Было очевидно, что все в школе любили Нэша. Даже учителя.

Я пожала плечами, хотя у меня не было настроения общаться, и то, что он оказался в моей комнате, едва ли казалось хорошей идеей. Это нельзя было назвать приглашением, но я надеялась, что не покажусь ему при этом грубой.

– Отлично. Парни внизу наводят на меня скуку, – отозвался он.

Я попробовала выдавить из себя улыбку, но безрезультатно.

– Знаешь, – продолжил Нэш, усаживаясь на край кровати лицом ко мне, свернувшейся на подоконнике, – благодаря тому, что сегодня в школе можно было видеть тебя, там не было так отвратительно.

Опустив голову, я не отрывала глаз от одеяла, которым была укрыта. Он опять хотел пофлиртовать. К этому я не привыкла. Конечно, раньше я встречалась с парнями… до того, как все произошло. Хотя все было иначе. Мы не целовались и не гуляли вместе. Скорее это было повседневное общение в школе или вечером по телефону. Мама всегда чрезмерно меня опекала и запрещала встречаться с парнями до моего шестнадцатилетия.

Раньше я состояла в группе поддержки, и у меня было полно друзей. Но все изменилось, и за последние пару лет я утратила эту часть своей личности.

– Я не хотел смутить тебя или поставить в неловкую ситуацию. Прости. Просто хотел облегчить тебе переход в новую школу.

Он был красив и мил. В моей прошлой жизни такой парень мне бы понравился. Собственно, он приглянулся бы любой девушке. Я могла бы проигнорировать его, и Нэш ушел бы, но я не собиралась быть грубой. Он дружил с моим двоюродным братом, и пока был единственным моим почти-другом в городе.

Я потянулась за блокнотом и ручкой, которые оставила рядом, доделав домашнюю работу. Он заслуживает моего ответа. Мне бы хотелось иметь здесь друга. Кого-то, кто не смотрел бы на меня, как на уродца.

Спасибо. Что ты так добр ко мне. Этот день мог бы быть гораздо труднее, но ты был мне другом.

Я протянула ему блокнот, чтобы он прочитал записку.

Пробежавшись по строчкам, он расплылся в улыбке еще до того, как поднял глаза мне навстречу.

– У тебя есть телефон? Чтобы мы могли переписываться? – спросил Нэш.

Кивнув, я сунула руку в карман, чтобы выудить мобильный. Его мне подарила крестная Джори, когда я переехала к ней после всего случившегося. Два года с ней никак нельзя было назвать умиротворяющими. Я была для нее помехой, и она понятия не имела, что со мной делать. Когда я так и не заговорила, она наконец-то сдалась и позвонила дяде Буну поинтересоваться, не хочет ли он по-прежнему меня приютить. Они с тетей Корали тут же откликнулись. Не прошло и недели, как Джори упаковала мои вещи и подготовила все к переезду. С тех пор она даже ни разу не позвонила узнать, как мои дела. Хотя я ничего не меняла, у меня был тот же номер, который она мне оформила. Правда, теперь за него платили дядя с тетей.

Нэш протянул руку.

– Можно я запишу свой номер?

Я снова кивнула и позволила ему забрать телефон.

Сфотографировавшись, он ввел свой номер в телефонную книгу. Я услышала звонок, и он улыбнулся мне.

– Отправил себе сообщение. Теперь у меня тоже есть твой номер. Можно я сделаю твое фото, чтобы прикрепить к контакту?

Эта идея была мне не по душе, но я не собиралась отказывать ему. Я слегка кивнула, и Нэш поднял телефон.

– Улыбочку, – сказал он.

Мое выражение лица не изменилось, но он все равно сфотографировал меня.

– Все в порядке, – ухмыльнулся Нэш. – Улыбаться необязательно.

Дверь распахнулась, и мы оба увидели, как Брэйди вошел в комнату с искаженным от ярости лицом.

– Убирайся отсюда к черту, Нэш, – заявил он, указывая на дверь и при этом пристально глядя на друга.

Нэш поднял руки вверх.

– Успокойся, брат. Мы с ней просто болтали. Мы же друзья, да, Мэгги? Ничего больше. Я не собирался больше ничего делать, клянусь.

– Мне плевать. Проваливай, – повторил Брэйди, по-прежнему указывая на выход.