Чтение онлайн

Во-первых, я, возможно, впервые по-настоящему почувствовал себя дядькой. А ведь мне всего лишь двадцать девять! Эти словечки, этот сленг прям-таки выбили меня из колеи. Конечно, я понимал, о чём шла речь между теми двумя, но в то же время я чётко осознавал и то, что это происходит исключительно по инерции. Ведь ни я, ни круг моих знакомых так уже не общается. Ещё каких-то пять лет – и я окажусь сильно оторванным от мира молодёжи.

Но ещё больше меня впечатлило другое. Мой телефон гордо сообщал, что за весь день я натаксовал целых три тысячи рублей. Отнимаем отсюда расходы на бензин, еду и комиссию приложения – остаётся полторы тысячи рублей чистого дохода. Это стоимость более-менее приличного букета цветов для моей Катюшки. Если же верить словам одного из этих парней, то он, не вставая с дивана, всего за несколько часов заработал в два раза больше!

А его брат? Как бишь его… Санька! Санька за месяц заработал целых три моих зарплаты! Вот жеж сопляки! Мелочь пузатая на ровном месте заколачивает бабки, палец о палец при этом не ударяя, в то время как другие едва концы с концами сводят, зарабатывая лишь седину и геморрой.

Чем больше я об этом думал, тем сильнее меня захлёстывала ядовитая смесь из зависти и обострённого чувства несправедливости. Однако чем ближе к дому несло меня авто, тем большая усталость овладевала телом и разумом, вытесняя всё остальное.

Уже у двери подъезда под немое одобрение полной луны я закурил сигарету. Её хрустящее тление в ночной тиши было сладкой отрадой для ушей, уставших за день от несмолкающего гула машин, рёва их двигателей и гудения клаксонов.

Катя встретила меня так же, как и проводила: безмятежной спящей улыбкой. Потратив последние калории на тихий поцелуй её щеки, я забылся глубоким сном. Завтра, едва Солнце выглянет из-за горизонта, я вновь нырну в бурлящий транспортный поток весеннего цветущего города.

День не задался с самого утра. Сердце так и упало, когда, подойдя к машине, я обнаружил спущенную шину у одного из колес. Позже, отдавая треть вчерашнего заработка бессердечному мастеру в грязной робе, я отчаянно матерился и клял всё, на чём свет стоит. Погода в тот день, несмотря на май, в прямом и переносном смысле поддавала жару моему скверному настроению, раскаляя тонкий металл кузова и выгоняя телесную влагу из пор кожного покрова.

К обеду число в графе «заработок» всё ещё было крайне неудовлетворительным, однако желудок ворчливо и настойчиво требовал внимания. В тени запылившегося дерева, возле ларька с выгоревшей вывеской «Шаурма», я устроил перекус из заветренной сосиски в жирном тесте и ледяной Кока-Колы. Как раз, когда последний кусок пищи свинцовым комом отправился в путь по пищеводу, раздался судьбоносный звонок. С лёгким недовольством я взглянул на экран. Звонил старший единокровный брат, отбывающий тюремный срок в лагере строгого режима.

Как видно из обозначения выше, у нас один отец, но разные матери. Отец развёлся с бывшей супругой, оставив её одну с маленьким ребёнком на руках, и ушёл к другой женщине – моей маме. Чуть погодя в этом союзе родился я. Большую часть детства я и не подозревал, что у меня есть старший брат, так как отец не поддерживал общение с первенцем. Смутно я, конечно, улавливал что-то такое из разговоров старших, но в силу малого возраста и счастливого детства не придавал туманной тайне должного значения. В подростковом возрасте откровенный разговор с отцом всё же состоялся. Ну а дальше любопытство и юношеское бунтарство сделало своё дело: через соцсети я нашёл брата и наладил с ним общение. После ухода отца у брата так и не появился человек, который смог бы занять место папы, и безотцовщина наложила густую тень на его судьбу. Тимур – так зовут брата – всегда знал о моём существовании, но никогда не стремился выйти со мной на связь. Однако моей инициативе познакомиться он очень обрадовался. Мы сдружились, пусть и не близко, и до его ареста периодически виделись. Иногда даже весело проводили время. Но всегда в общении с Тимуром над нами довлела невысказанная вслух аксиома: я рос в полноценной счастливой семье, а он нет. Этот факт почему-то заставлял меня чувствовать вину перед старшим братом. Будто я сознательно присвоил себе что-то, принадлежащее ему. Сам же Тимур никогда эту тему не поднимал.

Итак, звонил Тимур. Я был абсолютно уверен, что сейчас он попросит занять денег, которых не было. Почти всегда он звонил именно за этим. Всё же я нажал «ответить».

– Салам, братец! Как ты? – раздался голос в динамике.

– Здорова! Да ничего, по тихой. Кручусь-верчусь как белка в колесе. Устал немножко.

– Что так?

– Да всё тыркаешься-пыркаешься, пытаешься какую-то копеечку сколотить, на ноги встать, а чёт ни хрена не получается. Кредиты душат, аж дышать тяжело, – сказал я, и этим дал понять, что денег одолжить не смогу. Но в то же время жалоба моя была искренней. После короткой паузы я добавил: – Ну да не мне тебе жаловаться. Ты-то там как? Что у тебя нового?

– Живы-здоровы, да и слава богу. А ты… ты, Игорёк, ничего… ты парень с мозгами. Всё у тебя наладится.

А вот этим словам искренности явно недоставало. Окончив вступительную часть, брат перешёл к сути звонка:

– Слу-у-ушай! Я что звоню-то? Есть к тебе одно дельце…

– Едрить-колотить! Тимур! Ты же знаешь, что я в твои мутки не вникаю. Сто раз же уже говорил.

– Да погоди ты! Тут всё ровно, ты только дослушай до конца, – поспешил успокоить Тимур.

И я скрепя сердце, только из уважения к нашей дружбе согласился выслушать очередную бредовую идею.

– У нас тут один парнишка сидит, который на воле зарабатывал на жизнь тем, что делал ставки на спорт, – начал свой рассказ Тимур. – Он в этом деле тему сечёт, как никто другой. Понимаешь?

– Так, допустим, – без особого интереса подтвердил я.

– Ну так вот. Ему для этого дела нужен только телефон с хорошим интернетом…

– И ты хочешь, чтобы я достал тебе телефон? Откуда у меня…

– Да погоди жеж ты! Дослушай до конца!

– Ну, ОК, ОК. Продолжай.

– Мобила есть, но так как мы заключённые, у нас нет паспортов. А без паспорта мы не можем зарегаться в легальной букмекерской конторе. Можем делать ставки только у пиратских букмекеров. Понимаешь?

– Допустим. Пиратские – это те, чью рекламу в сети в каждую дырку суют?

– Да-да.

– Так и в чём же проблема?

– Да там бабки не дают выводить. Только стоит начать выигрывать, как они нас тут же блокируют. Вот. Но если бы на воле был свой человек, который зарегает в легальной конторе аккаунт на своё имя…

– И ты хочешь, чтобы этим человеком стал я?

– Именно, мой юный друг!

– Ну и на кой хер мне это делать? Я не хочу лишний раз светить паспортными данными.

– Так ведь и я тебя не просто так прошу! С каждого вывода денежки тебе причитается процент.

Такой поворот многое менял. Я заинтересовался:

– Сколько?

– Десять процентов. Немного, конечно… но это только на первый взгляд. Бабки там будут ворочаться нормальные, потому и тебе перепадёт неплохо. Так что подумай. Тем более что ты ничем не рискуешь. Надо лишь зарегаться и скинуть мне логин с паролем. И получай себе денежку на ровном месте, гаси свои кредиты… Ну? Что скажешь?