Чтение онлайн

Молли чуть не рассмеялась. Очевидно, Леандро много думал о том, что ей от него нужно, и если ошибся, то лишь потому, что ему еще предстоит понять, в чем она больше всего нуждается...

— Может быть, завтра мы так и сделаем, а сейчас мне нужно твое время и твое внимание... и это все, чего я хочу. Нет никакого плана достижения успеха, хотя, как я вижу, тебе хочется, чтобы такой план был, — она принялась расстегивать его рубашку. — Прекрасно то, чего хотим мы оба, что бы это ни было. А мы только хотим получить удовольствие.

Жестом хозяина Леандро запустил руку в копну ее кудрей, а другой крепко прижал ее бедра к своему телу. Он прижался к ее губам таким жарким и жадным поцелуем, что любая попытка сопротивления оказалась напрочь исключена. Молли невольно вздрогнула. Она все же нашла силы оторваться от него и принялась опять расстегивать рубашку. Наконец, она покончила с этим делом, и ее ладонь легла на бронзовую, поросшую жесткими волосками грудь Леандро. Потом ее рука скользнула вниз, вдоль по канавке, исчезавшей за ремнем модных легких брюк...

Дрожа и подавляя собственное нетерпение, она отодвинулась от него, взяла Леандро за руку его и повела его к лестнице.

— Ты тоже меня хочешь, — не скрывая удовлетворения, с трудом выговорил Леандро.

— Заткнись, или будешь изнасилован прямо на лестнице, — предупредила Молли.

В ответ на угрозу Леандро подхватил ее легкое тело на руки и понес в спальню.

На следующее утро они посетили опытного гинеколога, которого Леандро порекомендовали. В той же частной клинике Молли сделали УЗИ. Ее позабавил и тронул восторг Леандро, впервые увидевшего еще не родившегося сына и забросавшего врачей кучей вопросов.

До нее только тут дошло, что напрасно ее мучил страх быть униженной, если она попытается поделиться с ним какой-либо подробностью своей беременности. У нее потеплело на душе от озабоченности Леандро, когда врач предположил, что может понадобиться кесарево сечение, поскольку ребенок крупный, а Молли маленькая.

Леандро рассматривал веселенькое стеганое одеяльце для детской кроватки и недоверчиво морщился:

— Ты уверена, что младенцам нравятся такие яркие цвета?

— Если верить научным изысканиям, да, — заявила Молли.

— Я в цветах не разбираюсь, — невозмутимо признался Леандро, когда они уже во второй половине дня возвращались к машине. Было жарко, и он завел Молли в тень уличного кафе. — Посиди тут, ты устала.

Молли сонно улыбнулась. Если бы он только знал! Да, она устала от беременности, устала повсюду таскать увеличившееся, огрузневшее тело.

Она чувствовала себя больной и неуклюжей. Она каждую минуту боялась споткнуться и упасть. Но все искупило приятное чувство удовлетворения, когда Леандро подозвал официанта и на беглом итальянском заказал ее любимое мороженое, бокал вина для себя и прохладительное для Молли. Они частенько сиживали на этой милой террасе, с которой открывался чудесный вид на долину с виноградниками.

Их поездка в Тоскану подтвердила, что Молли чувствует себя совершенно спокойно, когда Леандро рядом. Он строго следил за ней. Ее очень забавляло, как он старается предугадать малейшее ее желание.

Вчера вечером она снова надела обручальные кольца и заметила, что он частенько поглядывает на ее руку, как будто ему нравится, что они вернулись на ее палец.

За прошедший месяц ее страхи понемногу улеглись, она даже позволила себе быть довольной. Тень Алоиз растаяла, и Молли больше не терзала себя ненужными сравнениями. Даже если Леандро очень любил Алоиз, брак у них не получился. И Молли могла больше не завидовать ушедшей сопернице, не чувствовать себя неровней. И все-таки ее мучило любопытство. Надо бы поговорить с Леандро о найденных в шкафу контрацептивах. Но сейчас она была слишком счастлива, чтобы рисковать теми дивными отношениями, которые между ними установились.

Через полгода после свадьбы у них, наконец-то, потрясающий медовый месяц! Она прогуливалась вдоль городских крепостных валов в Лукке, бродила по средневековым улицам Флоренции и Сиены, иногда останавливалась, чтобы не спеша рассмотреть старинное здание и насладиться грандиозным искусством. У нее останется столько впечатлений, что она никогда не забудет их отдых в «Каса Лимоне». Запах свежескошенной травы всегда будет напоминать ей о том, как они занимались любовью во фруктовом саду, что рос возле дома, и как она, утомленная, почти до обеда лежала на свежем сене в объятьях Леандро. Она жаждала этого замечательного букета ароматов почти так же сильно, как постоянно жаждала Леандро, который забыл, что ночью бывает крепкий и непрерывный сон.

— Ты думаешь о том, что завтра мы улетаем в Испанию? Твоя семья останется с нами на уикенд, — напомнил Леандро.

Молли улыбнулась. Он боится, что она не захочет возвращаться в Испанию? Напрасно. Наоборот, она надеялась, что теперь все будет по-другому. Да и доньи Марии больше в замке нет. Наконец-то дом мужа станет и ее, Молли, домом. Надо отдать должное Леандро, он был потрясен, когда узнал, что ее отстранили от ведения домашних дел якобы по его воле. Выходит, мама опять лгала...

— Ты уже послезавтра вернешься на работу, — с грустью напомнила ему Молли.

Он погладил ее по руке.

— Я не буду зарабатываться допоздна. И никуда не уеду. И по два раза на дню буду звонить. — Самое главное для меня, чтобы ты была счастлива.

— Расскажи мне об Алоиз, — тихо попросила Молли, когда они возвращались после ужина из ресторанчика.

— Она для всех была всем. Она была идолом в своей семье. Коллеги обожали ее. Я относился к ней как к близкому другу. Думал, что мы хотим от жизни одного и того же, а ты знаешь, что я не из романтиков, — сообщил он. — Наши семьи подталкивали нас к женитьбе.

— Значит, у вас был брак по соглашению?

— Я думал, Алоиз придерживается таких же взглядов. Она была влюблена не больше, чем я. Но она была... очень женственная. После свадьбы наша дружба как будто умерла. Не знаю, что было не так... — он еле слышно вздохнул.

Они добрались до виллы. Молли включила свет:

— А что случилось в день аварии?

Леандро бросил на нее непроницаемый взгляд:

— То, что я рассказываю, ты должна держать при себе. Ради ее семьи. Она не хотела, чтобы им это стало известно, — он не знал, куда деть руки, и, наконец, крепко сцепил их. — Я потребовал, чтобы она объяснила, почему относится ко мне как к врагу. В конце концов она сказала, и я вышел из себя... — С губ Леандро сорвался жесткий, невеселый смешок. — Алоиз оказалась лесбиянкой. Когда она призналась, я даже удивился, как сам-то не догадался. Наш брак был сущим несчастьем, но она готова была пожертвовать нами обоими, лишь бы сохранить свою тайну. В тот момент я отвернулся от нее... Она убежала, села в машину и... разбилась. Покончила с собой.