Чтение онлайн

— Вы двое выглядите хорошо отдохнувшими, — сухо заметила Клиа

— Как и ты, госпожа, — галантно ответил Серегил, стараясь не рассмеяться при взгляде на смущенного Алека. — Это кстати:

нам всем сегодня придется быстро соображать.

В зале заседаний, по мере того как собирались кирнари и их советники, все больше ощущалось ожидание чего-то. Усевшись вместе с Алеком на свое обычное место позади Клиа, Серегил оглядел лица ауренфэйе и ощутил странное, еле заметное напряжение, которого не было неделю назад. Катмийцы казались необычно жизнерадостными, акхендийцы угрюмыми — и то, и другое не-предвещало ничего хорошего Скале. Тайная интрига Юлана определенно принесла плоды Первым должен был выступить Элос-и-Ориан. Он помедлил, поправляя концы своего коричневого с белым сенгаи, нагнетая напряжение, и заговорил с уверенностью человека, заранее хорошо отрепетировавшего свою речь.

— Клиа-а-Идрилейн, ты выказала величайшее терпение, — приветствовал он поклоном принцессу. — Ты гордость своего народа, а нам ты принесла новое понимание событий в мире. — Элос повернулся к ауренфэйе. — Разве мы, члены лиасидра, не осознаем той боли, которую промедление причиняет нашей гостье и ее людям? В этом зале мы обсудили многое, все могли высказать свое мнение. Что еще можем мы сделать? — Он умолк, давая собравшимся возможность выразить свое одобрение. — Воля Ауры и нашего народа должна быть выполнена. Для этого я предлагаю провести голосование у Вхадасоори через семь дней.

Один за другим кирнари выразили единодушное согласие.

— С тех пор, как мы здесь, они в первый раз оказались в чем-то согласны, — пробормотал Алек.

Принятое решение положило неожиданный конец дебатам. Чинный порядок нарушился, люди свободно бродили по залу, большие и малые кланы смешались между собой. Некоторые, и среди них акхендийцы, поспешно ушли. Другие остались, перебрасываясь шутками и задирая друг друга.

Скаланцы и боктерсийцы вышли вместе и двинулись в сторону своей тупы.

— Юлан проявил большой такт, когда велел своему зятю предложить голосование, — кисло заметила Адриэль.

— Ты думаешь, он рассчитывает извлечь выгоду из тех сомнений, что посеял? — спросила Клиа.

— Конечно, — ответил ей Серегил. — Как ты полагаешь, давно ли он задумал свой маневр? Обрати внимание: Юлан последним дает пир в твою честь.

— В мою честь только формально, — заметила Клиа. — Он пригласил всех, кто ни есть в Сарикали.

— Я бывал на пиршествах, которые устраивают вирессийцы. Они могут вышвырнуть нас из Ауренена, не дав ничего, но сначала всячески ублажат. Ты согласен, благородный Торсин?

Торсин в этот момент опять закашлялся, поэтому ответил не сразу. Вытерев губы платком и улыбнувшись, он проговорил:

— Здесь Юлану не удастся блеснуть чужеземными развлечениями, как обычно, но я не сомневаюсь: этого вечера долго никто не забудет.

— Если он так уверен в том, какое решение примет лиасидра, зачем было заставлять Элоса-и-Ориана предложить провести голосование через неделю? — спросил Алек. — Почему не завтра?

— Обычай не позволяет сделать это быстрее, — объяснил Саабан-и-Ираис. — Вы все уже заметили, что ауренфэйе не любят спешить ни в чем. К тому же семь дней — счастливое число — это четверть лунного месяца, время, которое луна пребывает в каждой из своих четырех фаз.

— Интересно, для кого это число счастливое? — протянула Клиа.

— Одна и та же луна светит всем, — ответила пословицей Мидри.

— Верно, — согласился Серегил. — И дело еще не кончено. По крайней мере у нас есть некоторое время на то, чтобы перетянуть на свою сторону тех, кто еще колеблется. Охота, которую хаманцы организуют завтра, кажется мне счастливым случаем. Назиен-и-Хари уже давно симпатизирует тебе, Клиа. Он был бы очень ценным сторонником. Если Назиен перейдет на нашу сторону, при голосовании его мнение может оказаться решающим.

— Но тогда он лишится поддержки Лапноса и многих членов собственного клана, — напомнил Торсин. — Я не стал бы особенно полагаться на его поддержку.

— По правде говоря, госпожа, мне не очень нравится, что ты отправишься с ними в безлюдные холмы, — пробормотала Бека. Адриэль покачала головой.

— Какая бы кошка ни пробежала между нашими кланами, я уверена: Назиен — человек чести. Он будет присматривать за вашей принцессой так же старательно, как если бы она была гостьей его фейдаста.

— К тому же со мной будете вы с Алеком и целая декурия солдат, — жизнерадостно добавила Клиа. — После целых недель бесконечных формальностей я с таким нетерпением предвкушаю хорошую скачку!

Убывающая луна висела низко над горизонтом, когда скаланцы и члены клана Боктерса двинулись к тупе Вирессы. По совету Серегила все участники разоделись в самые богатые свои одежды.

— Не стоит выглядеть бедными родственниками на пиру, — предостерег он скаланцев, хорошо зная, что ждет их этим вечером. Поэтому Клиа выбрала наряд, которого не постыдилась бы и царица. Когда, опираясь на руку Торсина, она вышла из дома, ее шелковое платье изысканно шуршало, а на шее, запястьях и пальцах сверкало множество ауренфэйских драгоценностей. Золотой обруч с бриллиантовым полумесяцем у нее на голове горел огнем даже в слабом свете луны и звезд. Клиа надела также скромные амулеты, подаренные ей в Акхенди.

Остальные оделись не менее нарядно. Даже Алек на улицах Римини сошел бы за члена царской семьи. Бека, которой предстояло выступать в качестве адъютанта Клиа, выглядела очень элегантно в облегающей военной форме с начищенной цепью на шее и в медном шлеме.

Дойдя до Вхадасоори, гости увидели, что вокруг дома вирессийского кирнари ярко горят огни. Процессия во главе с Клиа и Адриэль обогнула широкий водоем и, пройдя между двумя каменными исполинами, вышла к колоннаде у входа, которую чья-то искусная рука украсила гроздьями волшебных светящихся шаров.

— Тут все выглядит совсем иначе, чем в прошлый раз, — пробормотал Алек.

— По крайней мере на этот раз ты войдешь в дом через дверь, — шепнул ему Серегил.

— Ну какой же в этом интерес?

Гостей встречала жена Юлана, Хатхия-а-Тана, в сопровождении группы детей, украшенных цветами; каждому из прибывших дети вручили маленький бумажный фонарик на сине-красном шелковом шнуре.

— Какое милое волшебство! — воскликнула Клиа, рассматривая переливающийся мягким светом подарок.