Чтение онлайн

— Когда я услышала, что ты попросила миссис Котлер взять тебя на роботу, я не думала, что тебе улыбнётся счастье, — продолжала мать Майры, отпивая кофе. — Думаю она скорее всего не знает о наших родственных отношениях.

Майра уронила вилку. У нее вдруг заныло под ложечкой.

— Ты хочешь сказать… она ужасная старая ведьма? Тогда почему ты позволила мне согласиться?

— Я не сомневаюсь, что она будет очень добра к тебе, — торопливо заговорила мать, возможно, сообразив, что ей не следовало рассказывать Майре о пребывании миссис Котлер в больнице. — Ты говорила, что она тебе показалась очень любезной, когда вы беседовали.

— Да. Она была очень мила, — отметила Майра.

— Она так щедро платит, — добавила миссис Барнс и, подойдя к раковине, сполоснула чашку под краном. — Я говорю о пяти долларах в час за то, что ты приберешься в доме, приготовишь обед и почитаешь ей вслух. Ну и везет же тебе, Майра.

— Я подумаю, — сказала Майра и, подумав, что надо как-то избавиться от яичницы, залпом выпила стакан апельсинового сока.

— Тут нечего думать. Пойми, нам эти деньги очень пригодятся. Твой отец, где бы он ни был, не присылает нам ни пенни. — На лице миссис Барнс мелькнула горькая усмешка — в этот миг она казалась старше своих тридцати девяти лет.

— А почему мне нельзя работать? — спросила Ким. Вокруг ее тарелки расплылись лужицы молока. Майра всегда была опрятна и аккуратна, а Ким во всем являла собой полную противоположность сестре.

— У тебя уже есть работа, — передразнила ее Майра. — Нужно стать хорошенькой маленькой девочкой.

— Дура, — огрызнулась Ким.

С улицы донесся гудок автомобиля.

— Это автобус детского сада! — крикнула миссис Барнс, бросившись к двери, чтобы предупредить водителя, что Ким уже выходит. — Ты собрала сумку? Все взяла?

— Да, мам, — ответила Ким и, схватив парусиновую сумку, направилась к двери.

— А ботинки? Как ты думаешь, обуваться не надо? — спросила миссис Барнс, указывая пальцем на ноги младшей дочери. Ким чуть не уехала в лагерь босиком.

Спустя несколько минут Ким уже выходила с Сумкой … и в ботинках. Миссис Барнс вернулась на кухню, где Майра домывала тарелку и стакан. Она воспользовалась отсутствием матери, чтобы отправить остатки яичницы в мусоропровод.

— Мне пора в больницу, — сказала миссис Барнс, поправляя швы на белых чулках. — Ты готова взяться за новую работу?

— Конечно, нет. Особенно после того, что ты мне рассказала! — воскликнула Майра, вытирая руки. — Пожалуй миссис Котлер станет обращаться со мной как с настоящей рабыней. Посадит на цепь или заставит вычистить свой камин зубной щеткой!

— Опять ты со своими дикими фантазиями… — вздохнула мать. — Не надо было ничего рассказывать. Я забыла, какая ты мастерица на выдумки и преувеличения. Зачем представлять всё в худшем свете, если на самом деле нет ничего страшного.

— Значит, ты так обо мне думаешь? — спросила Майра. Слова матери немного задели её.

В ответ миссис Барнс поцеловала дочку в лоб, взяла свою сумку и пошла к выходу.

— Тебя подвезти?

— Нет, спасибо. Хочу пройтись и сжечь калории от яичницы.

— Миссис Котлер живёт на улице страха, так? Но ведь тебе не страшно, надеюсь? Тем более с утра…

— Да, она живет у озера. Но днем я не боюсь улицы Страха, — ответила Майра. — Да и что может случиться?

— Ах, мои бусы!

Хейзел, черная кошка миссис Котлер, на кухне стащила у Майры бусы. Они рассыпались и с шумом покатились по полу.

— Что случилось, Майра? — раздался голос миссис Котлер из столовой.

— Ничего. Это мои бусы, — ответила Майра и наклонилась, чтобы собрать бусинки. Кошка, испугавшись опустившейся на четвереньки Майры, выбежала из кухни. «Я люблю эти бусы», — подумала Майра про подарок своего нового дружка Уокера, который принес его перед отъездом с родителями на каникулы. Бусы были из стекла бледно-голубого цвета, очень напоминающего опал. Она обещала носить бусы постоянно и всё время думать о Уокере. Однако теперь…

— А… твои бусы рассыпались. — В дверях появилась миссис Котлер. — Помочь?

— Нет. Я, кажется, уже всё собрала. — Майра встала, держа бусы в сложенных горстью руках.

— Позволь, я помогу тебе нанизать их. — Опираясь на трость, миссис Котлер протянула перед собой руки, которые были удивительно гладкие и совсем не походили на руки старой женщины. Шелковистая белая кожа, тёмно-красные губы и чёрные как смоль волосы делали миссис Котлер гораздо моложе своих лет. Только трость выдавала её возраст. В длинной ситцевой юбке с цветным узором и желтой как масло блузке она смотрелась по-летнему ярко.

— Нет, спасибо. Ничего не нужно, — возражала Майра. Мне это нравится, — я обожаю нанизывать бусинки. Пожалуйста, дай их мне. Полезно занять чем-нибудь эти старые руки.

Майра неохотно передала бусинки миссис Котлер. Старая женщина довольно улыбнулась и отправилась с ними в столовую.

— Налей ещё супа и поешь вместе со мной, — предложила она.

Был четверг, третий рабочий день Майры у миссис Котлер. Они хорошо поладили, что Майру искренне обрадовало.

Настроение миссис Котлер иногда менялось, и она имела склонность часто повторять одно и тоже. А Майре она всё время делала комплименты. Миссис Котлер говорила, что Майра очень хорошенькая, особенно когда в её рыжих волосах отражается солнце, что, когда она читает, ее голос звучит прекрасно. Хвалила её даже за простые обеды, когда та готовила.

— Да это всего лишь лапша с консервированным цыплёнком, ветчина и бутерброды с сыром, — возражала Майра, смущенная тем, что похвала миссис Котлер не знает границ.