Лунное сердце
Шрифт:
– Темира? Ты идёшь? – хмурясь, спросил он, и вот, Мелисса уже всунув амулет в руку девушке, тут же потеряла к ней всякий интерес.
Теперь она с завидной ловкостью оказалась возле Анриша, как будто только и ждала момента.
На щёки его легли её ладони, и тут же заскользили по лицу, бессовестно лаская.
– Так вот ты какой, сын Келбера, не признала сразу… Хорош, хоть и зелен. А на отца совсем не похож. Глаза её, и скулы, и даже нос. Вестина – красавица как есть. Вот только разлучила нас не она, а ты…
Анриш опомнился, когда худые белые пальцы оплели его шею, слегка касаясь волос. Он схватил Мелиссу за руки, останавливая, и она, будто подчинившись, покорно улыбнулась, делая шаг назад.
– Темира, нам пора. – громко обратился он к так и стоявшей с раскрытым ртом девушке, и протянул ей свою крепкую руку.
Потом, скосив глаза к безразличной ко всему происходящему покойнице, буквально вытащил из дома совершенно растерявшуюся Темиру.
26
Неловко было обоим. Анришу – от неприятных и совершенно бестактных прикосновений чужой женщины, да ещё на глазах той, что уже была ему не безразлична. Темире от всего увиденного и услышанного. Помимо страха, в груди ещё поселилась невесть откуда взявшееся жалящее чувство ревности. Да, она прекрасно видела, что Мелисса, потеряв всякое бесстыдство, бессовестно сама вешалась на молодого парня. Но, с другой стороны, куда ей было тягаться с такой опытной и во всех смыслах притягательной женщиной.
– Ты как? – шмыгнув носом от вечерней прохлады, спросил Анриш.
Темира неопределённо качнула головой.
– Верховная Мать вернула мне амулет. Оказывается, всё это время он был у неё.
– Это же хорошо… да? – неуверенно произнёс охотник, чувствуя совершенно иной настрой девушки.
Темира ответила не сразу.
– Она угрожала мне. Если я скажу о том, что слышала их последний разговор с Шанной… Мелисса может подставить меня, обвинив в причастности к её смерти! Но ведь это не правда, Анриш! Ты всё видел, мы же были тогда… вместе…
Последнее слово она произнесла в жутком стеснении, вновь почувствовав, как заполыхали щёки. Да что ж это такое! И когда это прекратится…
– Так чего же ты боишься? – Анриш зашёл чуть вперёд, чтобы преградить ей путь. – Если понадобится, так и скажем: мы были вместе.
Девушка внимательно и напугано уставилась на него с открытым ртом:
– Ты же знаешь, в чём тебя тогда обвинят? Или нас…
– Знаю. – усмехнулся парень.
– И тебя заставят на мне жениться! – Темире казалось, что она кричит. На деле же её слова были тихим шёпотом.
– Так я же и не против…
Вот теперь Темира совсем лишилась дара речи, едва не забыв захлопнуть рот. В тот миг её мысли потекли совсем по другому руслу, и она забыла и про Мелиссу с её коварными помыслами, и про мёртвую Шанну. Лишь Анриш со своим почти что признанием, и она, уже примеряющая в своих мечтах свадебное платье. Это всё, о чём она сейчас могла думать, разом позабыв о серьёзных насущных проблемах.
Но до конца не верилось, и она лишь смогла тихо прошептать:
– Зачем тебе это?
Теперь пришла очередь Анриша запинаться и краснеть. Благо, темнота опять выручила, а на внезапно возникший дефект его речи Темира не обратила никакого внимания.
– Нравишься ты мне. Очень нравишься.
Девушка закрыла глаза, чтобы проверить, не сон ли это. Открыла. Не сон. Анриш стоял рядом, и надо было идти дальше. Но ноги сделались почти ватными от волнения.
Кажется, он ждал ответа. Но как ему было объяснить, что теперь он был постоянной неотъемлемой частью её мыслей? Ежесекундной, приятной, волнительной. Что она уже сходила с ума, представляя, как их тела сойдутся воедино и вместе они получат неизведанное доселе наслаждение, показанное ей в странных чувственных видениях?
И предпочла промолчать. Дойти оставалось совсем немного, и в такой недосказанной тишине они добрели до дома.
Анриш, казалось, загрустил, и Темира, понимая, почему, внутренне обругав себя последними словами, не прощаясь, поспешила в дом. Но перед самой дверью, собравшись с отвагой, окликнула его, уже собиравшегося уходить, и охотник замер в надежде, обернувшись.
– Ты мне тоже. Нравишься. – тихо произнесла она, и стремглав бросилась в дом, чтобы не дай бог встретится сейчас с Анришем взглядом.
Тот же, разом повеселев, не собирался догонять её. Сегодня они и так много сказали друг другу, а впереди была ещё целая жизнь для слов и чего более приятного.
А сейчас нужно было идти спать.
27
Но планы Анриша на скорый сон были нарушены. Едва он зашёл на сеновал, то сразу же заслышал громкие стоны и всхлипы, и поначалу схватился за меч, висящий на поясе, решив, что друг в беде. Но вскоре понял, что на Яна никто не нападал, это он забавлялся с очередной подружкой – об этом кроме стонов свидетельствовали ещё и шлепки, издаваемые обнаженными телами.
И поспешил, пока его не заметили, выйти на улицу.
Смотреть на окна Темиры можно было бесконечно. Но, плотно занавешенные, они не пропускали ни света, ни тени, и Анриш мог лишь догадываться, чем занята его зазноба. Скорее всего, уже легла в постель, обняв свою подушку. Думала ли она о нём? Наверное, да. Поди же разбери, что у этих девчонок на уме! Но… Эта была особенной. Анриш был в этом уверен.
С сеновала всё громче доносились громкие возгласы, и, на миг испытав что-то вроде зависти, охотник отогнал это чувство прочь. С Темирой он так не хотел. Вернее, хотел, но не так, прячась по сеновалам да рискуя попасться на глаза другим. Сначала они произнесут клятвы перед богами, а уж потом, будучи законными мужем и женой, будут с полной страстью познавать друг друга, и вот тогда его никто не удержит.
Если, конечно, она согласится стать его женой.
Радужные мечты об их с Темирой будущем настойчиво сменило недавнее вспоминание о Верховной Матери. Что хотела от него эта женщина? Он ни слова не понял из её бессвязной речи. Что-то про отца, про него самого, и его мать, которую он никогда не видел.
Келбер не единожды с детства повторял ему, что он сильно похож на мать – сам старейшина был груб с лица, некрасив, но оттого и смотрелся более мужественно и сурово. Анриш же казался миловидным, черты его были мягкими, глаза большими, и оттого был не по нраву себе сам. Оставалось надеяться, что с возрастом это пройдёт, и он будет более похож на настоящего мужчину.