Чтение онлайн

– Селена...

Она растаяла в его объятиях.

– Селена, а о чём ты писала?

Вот, ну надо же - забыла, совсем забыла! Она неловко подгребла к диктофону, выпавшему из расстегнувшейся сумки и неподвижно зависшему посреди кабины.

– Лёня, я совершенно растерялась. Внимание, интервью, - Селена щёлкнула красной клавишей и принялась задавать "учёные" вопросы. Подыгрывая ей, Лёня моментально превратился в этакого космонавта-героя: стальные глаза, волевой подбородок, широкие скулы. Только этот современный ковбой, запросто укрощающий космических мустангов, почему-то иногда нетерпеливо посматривал на часы...

После "учёных" начались вопросы личного характера:

– Ваш возраст?

– Тридцать три.

– Возраст Христа! А чего же вы достигли? Он обратил многих в свою веру, вы же...

– Я сделал нечто более полезное: "обкатал" пятнадцать ракетных двигателей.

– Ваш любимый цвет?

– Лунный, - он зыркнул на часы и недовольно поджал губы.

– Каково самое нелепое имя или прозвище, которым вас называли?

– Хоакин.

– В самом деле? А это что: имя или прозвище? - Селена мастерски притворилась, что не знает этой истории.

– Имя.

– Но ведь оно соответствует имени "Аким"...

– Так назвал меня некий глуховатый старичок-иностранец на одном из международных симпозиумов.

Так. А теперь, после "артподготовки", можно переходить к вопросам, которые и составят сущность интервью.

– Спасибо. А какой полёт был у вас самым сложным?

– Последний.

– Расскажите, пожалуйста, поподробнее.

– С удовольствием, - Лёня напустил на себя ужасно учёный и неприступный вид. - Полёт "рамы" только кажется простым: старт, движение по строго заданной траектории в строго заданном режиме, запланированные маневры, посадка. На самом же деле в этой кажущейся простоте и кроется вся сложность. Этот корабль недаром прозвали "рамой". Здесь всё подчинено одной цели: предельно уменьшить вес. Ничего лишнего! Узкая кабина, начинённая самым необходимым оборудованием, во второй секции - минимальная система жизнеобеспечения, - Лёня удовлетворённо оглянулся кругом.

– Прочные кронштейны извне. К разъёмам крепятся баки с горючим и испытуемый двигатель. Ничего лишнего: горючего, или в случае с плазменным двигателем азота - по минимуму.

– Тогда в чём же сложность полёта? - спросила Селена, воспользовавшись паузой. Вообще-то об этом можно было и не спрашивать. Она прекрасно знала, за что её благоверный любит "раму" и за что не любит. Но репортаж не для неё, а для слушателей, так что не задать этот вопрос она не могла.

– Во время последнего полета произошло нечто неожиданное, из ряда вон выходящее. Ну, просто внештатная ситуация: на борт прошмыгнул "заяц", точнее "зайчиха", - Лёня многозначительно взглянул на Селену. Она все ещё ничего не понимала. - Хрупкая такая "зайчиха", красивая. Но в ней всё же наберётся добрых шестьдесят пять килограммов в одежде и шлеме. Если не больше. Прибавим рюкзачок с водой, пищей, ноутбуком, диктофоном, кассетами и запасными блоками питания. Где-то я слышал, что хорошенькие миниатюрненькие хрупкие журналисточки умудряются таскать за плечами по два-три пуда. Не ли так?

– Это что, интервью? - в груди зашевелились недобрые предчувствия. Лёня снова посмотрел на часы.

– Всё вместе, как минимум, лишний центнер. В седую старину капитаны утверждали, что женщина на корабле приносит несчастье. В своём последнем полёте я получил вполне наглядное тому подтверждение, и даже больше неопровержимое доказательство их мудрости. Лишнюю массу тоже ведь нужно разгонять. Не следует забывать, что испытатели проверяют роботу двигателей не просто в критических, а в сверхкритических режимах. Поэтому при оговоренных выше условиях последнего моего полёта лишние сто двадцать килограммов привели к увеличению затраты азота почти в полтора раза. На первых порах отклонение было почти незаметным, зато, когда азотные баки опустели, оно сделалось очевидным. Чтобы не нарушать график полёта и как можно дольше выдерживать заданную скорость, мне пришлось повысить расход азота, вот и всё! Теперь же весь запас азота исчерпан, двигатель замолчал, в результате чего на борту наступила невесомость. Что мы и наблюдаем.

Лёня повёл вокруг рукой и сказал:

– В общем, затормозить мне совершенно нечем. "Рама" в зоне притяжения Луны. Так что, "зайчиха", марш в капсулу.

Говорил очень спокойно, с родительской улыбкой на устах. Селену поразила эта неуместная улыбка и нежность. Диктофон уже давно остановился, но она даже не заметила этого.

– Но же есть резервный двигатель! - произнесла с надеждой.

– Есть небольшой, - согласился Лёня, - но я давно уже хотел испытать тройную смесь азота, водорода и кислорода: она больше напоминает по составу воздух, такую смесь получить легче и дешевле, чем чистые компоненты. Поэтому с согласия "Полигона" я опустошил резервные баки. Только в спасательной капсуле осталось немножечко горючего. Но по большому счёту, этой капельки не хватило бы даже для осуществления простейшего маневра "рамы". Пойми, я израсходовал всё топливо, приготовился к аварийной посадке и уже хотел покинуть "раму", как вдруг появилась ты. Так что хватит заниматься болтовнёй. Марш в капсулу!

– А ты?!

– Селена, пойми, капсула - не лодка, где один может грести, а другой будет плыть в воде и держаться за корму. Капсула рассчитана только на одного человека - на пилота "рамы". Ступай в капсулу. А я что-нибудь придумаю.

Селена пристально всмотрелась в непроницаемые глаза мужа и вдруг поняла: он обманывает её. Выхода нет.

– Лёня!!!

– Довольно. Через час от "рамы" останется куча металлолома... Поэтому нужно торопиться. Если вовремя не отчалить, капсула не успеет затормозить, и тогда случится непоправимое.

От безысходности у Селены голова пошла кругом: выходит, Лёня знал обо всём еще с того момента, когда она выплыла вверх тормашками из-за пульта. Знал - и не сказал ей ни слова, ни разу не упрекнул. Лгун бессовестный! Правда, на первых порах он орал как оглашенный, да только кто бы сдержался в такой ситуации?! А Селена ещё обижалась на него! Да если бы она знала, если бы только смутно догадалась о том, что натворила!..

А Лёня держался молодцом, пестовал, ласкал, целовал свою любимую. Свою ненаглядную жену, которая его фактически... убила...

Ну, что же теперь делать-то?! Неужели и надеяться уже не на что? Надежда... Любовь... Надежда? Вздор! На что? Нет никакой надежды... Расспросить... А может?..

Любовь, любовь... Она всегда спасает, спасёт и сейчас. Да только как?!

– Селена, давай, не задерживайся, - настаивал Леонид, - поцелуемся на прощанье - и... В общем, всё, некогда.

И совершенно неожиданно Селена поняла, что нужно делать! Да, любовь это единственная зацепка. Нельзя упускать такой шанс!

Она очень натурально разревелась и пробормотала сквозь всхлипывания:

– Лёня, Лёнечка, я никуда не пойду. Мы разобьёмся. Наши кости смешаются и истлеют вместе...

– Нет смысла... если один из нас может спастись, - он пожал плечами. Капитан последний покидает корабль, мужчина уступает место женщине. Марш в капсулу и не говори ерунды! За меня не волнуйся, я что-нибудь придумаю.

– Я не смогу запустить её! - запротестовала Селена.

– Ерунда, я запущу. Здесь нет ничего сложного.

– Но ты остаёшься на "раме"...

– Капсулу можно запустить и отсюда. На пульте есть кнопка аварийного сброса, нажмёшь - капсула отстрелится. Так что обещаю: тебе, дорогуша, ничего не придётся делать.