Чтение онлайн

В пещере лешеньки уже не было, один аспид лежал — глаза закрыты, а вот ладони в кулаки сжаты, дышит тяжело и сразу ясно, что не спит он, и не отдыхает. Он борется, с огнем чародейским, что впитал в себя, сражается неистово.

— И вот зачем влез-вмешался? — вопросила горестно. — Неужто непонятно было, что коли на себя всю беду взяла, значит то беда всамделишная да страшная?

Промолчал аспид, только зубами скрежетнул, и все на этом. Плохо ему было, совсем плохо. И чем помочь ему я не ведала. Подошла, одеялом легким укрыла, матрас рядом постелила — самой перенести аспида мне было не по силам. Голову с трудом приподняла, полушку просунула.

— Достаточно, — с трудом выговорил аспид.

Помолчал, пока растерянно стояла на коленях, еще рук от подушки да головы его не убрав, да добавил:

— Спать буду сейчас. Не буди.

Солгал. Как есть солгал — не спать он сейчас будет, а в беспамятство провалится, сознание потеряет. И вот зачем врать то нагло так? Но спрашивать было уже не у кого — разжались черные ладони, изменилось дыхание… теперь только ждать и оставалось.

Я отошла, из кувшина в таз налила воды немного, рубашку мокрую скинула, ополоснулась, в сменную переоделась и тут взгляд на себе ощутила. Обернулась недоуменно, да так и замерла — аспид не спал, и в беспамятстве не был, он сидел, упираясь руками в колени, и… за мной беспечной подглядывал. И я то конечно подальше отошла, в полумрак самый, но у аспидов зрение преотличное. И хотела уж высказаться, а этот обратно на подушку рухнул и сказал укоризненно:

— Просил же — не буди.

— Так, а ты не спал! — возмутилась вполне обоснованно.

— Так, а кто спать будет, коли рядом женщина любимая, да еще и без одежды? — меланхолично вопросил аспид.

И вот сказала бы ему, много чего сказала, но… плохо ему сейчас было, так что потом все скажу.

— Уже переоделась. Спи, коли собрался.

Он усмехнулся и вдруг спросил:

— Веся, тебе ядовитая какая-нибудь гадость, навроде змеи, опасна?

— Нет, — ответила, подхватывая сброшенную рубашку. — Мне, аспидушка, в моем лесу ничего не опасно, а пещера, почитай, на моей территории.

— Это хорошо, — отозвался он, — а то там в углу, куда ты переодеваться стыдливо ушагала, змея, и судя по всему ядовитая.

Мигом я к нему «пришагала». По правде говоря прибежала, потому как змеи то мне не опасны, это так, но боюсь я их страсть как!

Аспид усмехнулся и произнес:

— Сказала бы просто глаза закрыть, и я б закрыл и не подглядывал, я же все понимаю.

— Угу, — ответила, в темную часть пещеры вглядываясь, — в следующий раз так и сделаю.

Улыбнулся, зубы белые на черном лице сверкнули.

— Весь, я на каменном полу полежу, мне сейчас так лучше, а ты ложись на матрас, тебе отдохнуть нужно.

— Тттут змеи, — прошептала нервно.

— Ко мне ни одна змея не подползет, я для них враг смертельный да самый опасный. Ложись, одеялом поделюсь.

Мне спать вовсе не хотелось, но тут аспид сказал:

— Да и заснуть смогу, мне надобно, а не выходит никак.

Ну, раз надо то надо.

Подхватила подушку вторую, легла, аспид галантно одеялом поделился, за руку меня взял, да и заснул почти сразу же. Или в беспамятство провалился, кто его знает.

А я лежать осталась, в потолок растерянно глядя…

Страшной беды сегодня избежали, действительно страшной. Как представлю, что случиться-то могло, холодок ужаса по спине пробегает. И страх остается. Холодный липкий страх…

Леший появился бесшумно, на меня, да на аспида спящего поглядел укоризненно, но будить нашего воина огненного не стал, сказал мысленно:

«Тихон еду передал, я еще воды принес. Поставил у входа в пещеру».

«Спасибо, лешенька, — ответила с улыбкой благодарственной».

«Как он? — недобро на аспида глянув, вопросил леший»

«Врет, что спит, — правду сказала».

«Врет, — подтвердил лешенька, — тяжело ему, огонь внутри не гаснет. Того гляди в бреду бессвязном метаться начнет».

Предостерегающе сказал, меня предостерегал.

«Справлюсь, — ответила решительно, и тоже соврала».

Не ведала я справлюсь али нет, но вот что знала точно — одного его не оставлю.

Леший тихо, осторожно, стараясь не скрипнуть корой, не затрещать суставом, сел поближе ко мне, в глаза посмотрел напряженно, настороженно.

«Веся, это что ж выходит, в любой день, в любой миг погибнуть со всем лесом нашим Заповедным могли?»

«Вот и меня эта мысль тревожит очень, — ответила ему. — Почитай жили не тужили, только со всем лесом разобрались, только жизнь-то наладилась, я со своими обязанностями справляться научилась, ты определился где по правилам делать что, а где лучше меня послушать, и тут напасть такая… Как подумаю, что пропустить могла Саврана с грузом его в тот день, так дурно становится».

«Вот и мне… неспокойно», — сказал лешенька.

«Других то нет… навроде, — предположила неуверенно».

Уже неуверенно, потому как ни в чем уже уверена не была.

«Лешенька, а помнишь славу страшную Агнехрана-архимага?»

«Такое не забыть, — хмыкнул друг верный».

«Так вот он мне о деревеньке рассказывал, которую упырица за ночь всю изничтожила, да только выяснилось, что упырица та год, цельный год, лешенька, в подполе у ведьмы прикованная провела».

«Да быть того не может, чтобы ведьма и…» — начал было соратник мой.

Да и умолк.

«Чтобы ведьма — быть не может, а чтобы чародейка — то вполне», — подтвердила я мысли его худшие».

«Никого не щадят, — ожесточенно-озлобленно высказался леший. — Ведуний лесных погубили, леса Заповедные погубили, ведьм вот сейчас губят, и выходит, что людей губили тоже. Одного не пойму — зачем им это?».

Поразмыслив, предположила:

«Нежить видать требовалась…»

И саму от мысли такой передернуло, да только боюсь верная она, мысль эта.

Села я осторожно, чтобы аспида навродь спящего не потревожить, руку его все так же держа, да и попыталась мысль свою обосновать: