Чтение онлайн

Дверь открылась, и вошел Уиннер. Пока он собирал грязную посуду, кошка ловко спрыгнула на пол и выскользнула в приоткрытую дверь.

— Как?! — напряженно прошептал Анеба. — Неужели?

— Она принесла мне бумагу и ручку, — тихо объяснила женщина. — Думаю, с ролью почтальона эта киска тоже справится.

Магдалина ласково поглядела на мужа. Анеба поцеловал жену. Впервые за много дней они чувствовали себя почти счастливыми.

— Я бы на вашем месте не больно радовался! — едко заметил Уиннер. — Скоро вас привезут! Вот тогда посмотрим, как вы будете смеяться! Я вас передам ребятам из отдела персонала и погреюсь пару недель где-нибудь на Гавайях вместе с миссис Уиннер. А вас тем временем доставят к самому исполнительному… — Толстяк осекся. — Я чуть было не проговорился об исполнительном ди… Ну вот, опять! Что же, ваши новые обязанности он вам сам разъяснит. Когда речь заходит о подборе персонала, он, говорят, становится очень придирчивым. По правде, я рад, что не работаю на него. Пока, голубки! Приятного отдыха!

Чарли ругал себя на чем свет стоит. Дурак! Зачем ему понадобилось звонить Рафи?! Да еще целых два раза! Теперь Рафи знал, что его сообщения дошли до адресата! Мало того! Теперь он знал, что Чарли там, где есть львы! Это ведь сужает круг поиска, да еще как! Теперь Рафи точно не оставит его в покое!

И все же это было здорово.

Около полудня корабль вошел в один из заливов Гавра. Чарли несказанно обрадовался возможности снова увидеть сушу. Как только «Кирка» причалила, мальчик сбежал по сходням, надеясь отыскать в порту хоть одну кошку. Его ноги уже настолько привыкли к зыбкой палубе, что отказывались ходить по земле, то и дело норовя предательски подогнуться или спружинить.

— Эй, малыш! — окликнули его с палубы.

Чарли обернулся. Майор Тибодэ махал ему рукой.

— Забирайся-ка обратно! — добродушно приказал майор. — Увольнительную заслужить надо! Иди, помоги Маккомо. Работы еще много.

Мальчик разочарованно направился к кораблю, но тут же замер в изумлении. На набережной был укреплен огромный красно-белый кран. Длинная рука крана склонилась к «Кирке». У подножия одной из мачт суетилась практически вся команда. Крюк крана зацепил мачту и бессильно провис.

Вдруг над кораблем пролетел крик. Матросы разбежались, а мачта поднялась и… повисла в воздухе.

— Что происходит? — спросил Чарли у одного из портовых рабочих.

— Отойди! — прикрикнул на него тот. Мачта качнулась в опасной близости от мальчика. — Не стой тут! Отойди, тебе говорят!

Чарли вытаращил глаза и испуганно отскочил.

Кран повернулся, и огромная мачта мягко легла на берег.

— В чем дело? — спросил мальчик, на этот раз у какого-то матроса.

— Снимаем мачты, — невозмутимо ответил мужчина. — Мы же не пройдем под мостами на Сене с такими великанами. Они пока тут полежат, на складе. На обратном пути заберем. Иди, малыш, не путайся под ногами.

Чарли встал немного поодаль, завороженно наблюдая, как кран отцепил вторую мачту, а вслед за ней и третью, уложив их рядом с первой. В этот момент Маккомо позвал помощника и велел сходить к кладовщику, чтобы напомнить о доставке свежего мяса для львов. Денег у дрессировщика, правда, пока не было, но он обещал расплатиться при первой же возможности. Затем мальчик должен был сбегать в табачную лавку за черной папиросной бумагой для отвратительных сигарет, которые так любил укротитель.

Чарли обрадовался возможности сойти на берег.

У причала кипела жизнь: на суда грузили свежий хлеб и овощи. Тонкие шланги, извиваясь, как гигантские змеи, тянулись к резервуарам с водой. Мальчик быстро разыскал «Табак» — магазинчик всевозможных курительных принадлежностей. Оказалось, что французским он владеет вполне прилично; во всяком случае, продавец его понял без труда. По пути Чарли пытался выискать кота или кошку. Как назло, все четвероногие будто сгинули с причала. Раньше мальчику казалось, что порт должен кишеть кошками всех мастей, но нет — никого. Чарли даже позволил себе сделать небольшой круг на обратном пути, однако удача так и не улыбнулась. Задерживаться надолго было опасно, Маккомо мог рассердиться.

Мальчик не заметил дремавшую за ящиком сардин ужасно толстую кошку. Звали ее Клодина, а из-под ее внушительного пуза торчал обрывок листка… Дело было вот как: кошка согласилась передать записку за половину обеда той рыженькой, что жила на подводной лодке. Так как Клодина уже успела пообедать и до этого, то после еды ей захотелось спать. Веки отяжелели и… закрылись. А рыжая кошка убежала. Она спешила на катер, чтобы успеть добраться до подводной лодки. К тому же она решила, что поручение все равно будет выполнено.

Клодина всегда была ленива. Она проспала целый день.

Вечером суета понемногу стихла. Чарли выпил с Маккомо шоколаду, почтительно слушая истории про старых дрессировщиков, улыбаясь и кивая головой. Затем он сходил к майору Тибодэ и поблагодарил за все — и за то, что взял на корабль, и за то, что определил ко львам. Мальчик немного поболтал с близнецами, что-то спросил у Джулиуса и покрутился среди неугомонных итальянцев. Лючиди играли на мандолинах и пели. Понемногу вокруг них собрался почти весь корабль. А ночью, свернувшись на тесной полке, Чарли думал, как претворить в жизнь новый план.

Клодина же все спала…

На рассвете корабельный мотор ожил и заворчал. Начинался прилив, который должен был направить «Кирку» вверх по Сене — прямо в Париж. Пахло жареным беконом, над кораблем с криками носились чайки.

К причалу подковыляла толстая кошка на коротеньких лапках. Увидев, что алый корабль уходит, она села и жалобно мяукнула. Ее мордочка демонстрировала неподдельное страдание. Рядом сидел потрепанный черный кот. Он бросил на кошку презрительный взгляд и в довольно грубой форме посоветовал ей не ныть.

— Не смей так говорить со мной! — вскинулась кошка. — Не видишь, что ли, кто я? Не про твою честь!

— Если не про мою честь, так что ты тут забыла? — заявил кот ледяным тоном. — Не вернуться ли вам на свою бархатную подушечку, мадам Не-про-нашу-честь?

Кошка возмущенно мяукнула и сквозь слезы поведала непрошеному собеседнику, что, во-первых, она имеет полное право находиться тут, и он ей не указ, а во-вторых, она обещала передать письмо мальчику, у которого украли родителей, а мальчик этот только что отплыл вон на том алом корабле. Клодина была уверена, что, если бы незнакомый нахал оказался в подобной ситуации, он наверняка бы растерялся. Что уж говорить о ней — слабой и чувствительной?