Чтение онлайн

— Не тяни, — рявкнул Конан. — Говори!

— Я хотел лично посмотреть на то, как тебя убьют, — спокойно, с расстановкой произнес король Кофа. — Я, Тсота-Ланти и верные нам люди в Аквилонии уже десять седмиц готовили заговор. Мы уже пытались убить тебя, однако план покушения не удался.

— Деревня Артен! — ошарашенно воскликнул Конан, догадавшись. — Постоялый двор «Корона Аквилонии»?

— Именно, — подтвердил кофиец. — К сожалению, вас было слишком много. Ты вырвался из западни и, как ни странно, теперь я должен благодарить богов за эту случайность. Если бы ты умер, изрыгающее зеленый огонь чудовище прошло бы дальше, через Аквилонию к Офиру. А может быть, и к моей стране.

— Ну ты и мерзавец, — вздохнул варвар.

— А ты лучше? — возмущенно парировал Страбонус. — Мы только что вспоминали о заговоре против меня, который провалился по чистой случайности! Кто был одним из главарей, случайно не помнишь?

— Это случилось давно, — решительно пресек начинающуюся свару Конан. — Итак, меня должны были убить и ты прибыл полюбоваться на то, как меня зарежут или отравят? Какова подоплека? Когда это должно было случится?

— Через сутки, — честно ответил Страбонус. — В твоем дворце. Все подготовлено, остается лишь… Ну, сам понимаешь. Ладно, я открою тебе все подробности…

Я уже несколько раз упоминал о вещах, которые я не люблю. Ненавижу подземелья, кислое пиво, терпеть не могу, когда аквилонские дворянки называют меня «милой собачкой» (это когда я нахожусь в обличье волка) и совсем не переношу сильную жару. Теперь этот список пополнился.

Я ненавижу политиков! Королей, канцлеров, герцогов и прочую шушеру! Они вечно кроят загадочные морды, объясняются намеками, строят какие-то козни, непонятные простому смертному и оправдывают свои бесчестные выходки некоей «высшей необходимостью» и «государственными соображениями»!

Я знаком с Конаном достаточно давно. Он всегда был нормальным человеком. Любил выпить, подраться, втягивал всех приятелей в какую-нибудь авантюру, а потом сам же вытаскивал нас из неприятностей… В принципе, он таким и остался. Но теперь к его положительным качествам добавилось несколько отрицательных. Прежде всего — эта малоприятная черта, которую многоученые мужи называют «государственной мудростью».

В общем, скажу я вам, той ночью Конан надул Страбонуса, будто распоследняя базарная торговка, продавшая лопуху-вельможе крытую амальгамой свинцовую безделушку в качестве древнего кхарийского украшения из белого золота. Я слушал разговор варвара и кофийца, и изумлялся. Неужели король Кофа такой дурак? Или это мы дураки, а он старательно изображает из себя развесившего уши болвана и делает вид, что верит всем словам Конана?

Мне показалось, что Страбонус купился на рассказанную киммерийцем легенду. Варвар с серьезным видом заявлял, что, если трон не будет возвращен законному государю, в «кровавом огне всеобщей войны» сгинут все государства Заката; что Конан (настоящий, имеется в виду) никогда не хотел ни с кем воевать; что если двойник останется на троне, под угрозой будет не только Офир, но и корона Хоршемиша… Словом, варвар старательно изображал из себя несправедливо обиженного, благочестивого и просвещенного монарха. Я старательно кивал, а в самые драматические моменты его сбивчивого рассказа вздымал глаза к потолку, тихонько поддакивал и говорил: «Все образуется, Ваше величество».

Страбонус каменно молчал, а в его глазах искрились льдинки. И смотрел он на нас, будто на двух помешанных.

— Если я помогу тебе вернуть корону, — заговорил кофиец, когда Конан остановился перевести дух перед тем, как начать все сначала, — что я получу взамен на эту услугу?

— Хотя бы собственную жизнь, — усмехнулся Конан. — По-моему, этого достаточно.

— Это только по-твоему, — голосом завзятого лавочника перебил Страбонус. — Обещаешь, что снизишь налоговые сборы с кофийских купцов?

— Обещаю, — варвар кивнул и посмотрел на иноземного венценосца отвратительно правдивыми голубыми глазами.

— Та-ак, — Страбонус задумчиво почесал подбородок. — Еще вернешь разрешение моим торговым кораблям плавать по Хороту и Алимане в пределах Аквилонии. Потом отзовешь из Кофа проповедников-митриацев. Они изрядно мешают моему придворному волшебнику Тсота-Ланти. Старик нервничает…

— А может, тебе еще луну с неба достать? — возмутился Конан. — Между прочим, делами религии занимаюсь не я, а главный жрец Валамир. С ним и договаривайся! Храмы в моей стране королю не подчиняются.

— Досада какая, — вздохнул кофиец. — Хорошо. Ограничимся пока торговыми льготами для купцов Кофа. И последнее, самое важное условие.

— Ну? — насторожился Конан, предчувствуя подвох со стороны Страбонуса.

— Весь следующий день ты будешь меня слушаться, — решительно сказал тот. — Если так боишься, что я убегу или что-нибудь испорчу — приставь ко мне своего цепного пса. В случае чего он сумеет всадить кинжал мне под ребра…

Я громко прокашлялся. Проклятый кофиец будто нарочно обозвал меня «цепным псом». Или догадался, кто я такой.

— Можно и согласиться, — поморщившись, проговорил варвар. — Главное в другом. Каким именно приказам я должен буду подчиняться?

— Любым, — уклончиво ответил Страбонус. — Заговором руковожу я сам и собираюсь… Вернее, собирался посадить на трон человека, верного Кофу. Он не обременен слишком большим количеством мозгов, но у него есть умные друзья, которые в нужный момент подскажут, как поступать… Итак, ты говоришь, что во дворце находится твой двойник? Отлично. Мы подменим двойника двойником.

— Чего? — вытаращился Конан. — Ну-ка объясни…

— Я тут кое-что придумал, — с нарочитой скромностью сказал кофиец. — Буквально сейчас… Если те честолюбивые люди, которые согласились принять мою помощь в устроении заговора, хотят убить короля — мы не будем им мешать. Наоборот, ты, я и все верные слуги, которые остались в твоем распоряжении, начнем способствовать заговорщикам по мере своих сил. Ночью мы, как и положено всяким порядочным злоумышленникам, придем во дворец, убьем тебя, тело унесем и спрячем, а место короля Аквилонии займет двойник.