Чтение онлайн

Армия прошла скорым маршем, миновала Дермад, не задерживаясь… но ведь рано или поздно нелюди возвратятся! А город беззащитен — большая часть мужчин с графом осаждают гномью крепость в Ренбрите. Многие уже увязывали имущество собираясь бежать из города. В какую сторону? Разумеется, на юг, как всегда…

Дартих тоже, едва ситуация стала ясна, потянул парня прочь.

— Идем, сказал, — от греха подальше.

— Тоже на юг? Со всеми?

— Нет, ты что? — коротышка так удивился вопросу, что даже замер на месте. — Совсем, что ли, с перепугу одурел? Пойдем на север. Гномы-то с эльфами на юг ушли, значит — на севере их нет. Это ж ясно! К тому же южная дорога теперь будет местными дураками запружена, а у всех повозки, вьюки, дети орущие, бабье… Нет, лучше держаться от толпы подальше. В толпе все глупости и зверства происходят.

— Какие глупости, Дартих, ты о чем?

— Любые, парень. Любые глупости. Вот, к примеру, укажут на нас с тобой, что мы шпионим для гномов, что тогда? Нас никто не знает, никто не вступится.

— А зачем нас объявлять шпионами?

— С перепугу. От страха люди на любое дерьмо способны, которого потом стыдиться станут. Потому что — люди. Нет, если бы у нас денег не было, я бы с толпой пошел — но только до тех пор, пока не удалось бы чего-то стоящего стянуть. А потом все равно — в сторону! Но серебра у нас вдосталь, так что сейчас от людей подальше нужно держаться.

Первое сообщение — о том, что армия ок-Икерна встретилась с гевцами — не слишком встревожило Алекиана. У молодого императора имелся план, а вдобавок — нерушимая вера в торжество этого плана. Алекиан был до такой степени убежден в правоте собственного дела и в том, что успех неизменно сопутствует правому, что не допускал и минутных сомнений в непогрешимости собственной стратегии. К тому же он слепо верил в полководческий талант маршала ок-Икерна, так, что сама мысль о поражении не могла прийти ему в голову. А потому прибытие второго гонца с известием о предстоящей битве ничуть не обеспокоило Алекиана. Он даже не подумал поделиться новостями с офицерами.

Капитан Валент из Гранлота, которого гвардейцы уговорили спросить его величество, пришпорил жеребца и, съехав на обочину, поскакал вперед — туда, где под алым имперским знаменем ехал Алекиан. Конь капитана двигался тяжелым галопом по раскисшей пашне, расшвыривая из-под копыт влажные комья земли. Поравнявшись с императором, гвардеец осведомился:

— Ваше императорское величество, не будет ли каких-нибудь указаний в связи с новостями, привезенными гонцом?

— Продолжайте движение, сэр, — бесстрастно произнес Алекиан, — маршал ок-Икерн вошел в соприкосновение с гевцами. Это означает, что войска противника сейчас к северо-востоку отсюда, а в Геве нас никто не ждет. Маневр маршала увенчался успехом — мы вступим на вражескую землю, тогда как их войско отправилось навстречу сэру Брудо. Возвращайтесь на свое место, капитан, и следуйте дальше.

В голосе императора не было ни волнения за исход предстоящей схватки, ни даже гордости успехом собственного стратегического плана — только спокойная уверенность. Он выступил сразится за правое дело — а потому победит, и все, что он задумал, осуществится.

Альдиец снова направил коня с дороги в сторону и, дождавшись гвардейцев, занял место в походной колонне. В ответ на расспросы рыцарь пожал плечами:

— На севере маршал встретил гевцев, будет битва. Нам — ничего нового.

Пошел дождь. Мелкая серая морось заткала полупрозрачным саваном пространство между серым небом и серой землей. Серая вереница имперских воинов шагала и шагала по серой дороге под серым дождем. Армия шла день за днем, без остановок, без неожиданных маневров, и многим начинало казаться, что в Мире не осталось ничего, кроме серой дороги да серого дождя, источаемого серым небом… Нет цели у этого марша, нет возможности свернуть, нет даже городов и замков, из которых они выступили в поход. Их нет более, ибо над ними светило в синем небе желтое солнце, а ныне — весь Мир сер.

Третий гонец появился ближе к вечеру, когда солдаты авангарда уже высматривали, не блеснут ли за деревьями огоньки костров в заблаговременно разбитом лагере. Из леса, подступившего к левой кромке дороги, выехал изнуренный всадник на взмыленной лошади. Попона коня была сплошь покрыта брызгами грязи, а плащ наездника насквозь промок под дождем, струйки воды, стекавшие по складкам одежды, оставили на замызганной попоне извилистые потеки. В мокром сером тряпье, облепившем фигуру гонца, под слоем грязи с трудом угадывались имперские цвета.

— Мне нужен император, — прохрипел пришелец, и по его виду латники авангарда сразу догадались, что вести гонец привез вовсе не радостные.

Легко отыскав едущего во главе колонны Алекиана, гонец тяжело выдохнул:

— Ваше императорское величество, я привез недобрые вести… Мы разбиты.

Алекиан, не произнося ни слова, уставился на посланца. Тот продолжал:

— Против нас сражались рыцари Гевы, Дрига и Андруха. На их стороне были тролли и еще какие-то новые чудовища. Их невозможно убить, а оружие, которым они сражаются, зачаровано и пробивает любые доспехи. Когда они прорвали строй ванетской пехоты, маршал велел всем спасаться, где Гилфинг поможет, меня послал к вашему императорскому величеству, а сам бросился навстречу этим уродам… Вряд ли он выжил.

Алекиан, не меняясь в лице, обернулся к оруженосцу:

— Позови капитана Валента.

Когда капитан, снова обогнав колонну, состоящую из оруженосцев, телохранителей и знаменосцев Алекиана, подъехал поближе, император коротко бросил:

— Маршал разбит, его армия, похоже, разбежалась.

— Обозу сэр ок-Икерн велел не приближаться к месту сражения, — вставил гонец, — а когда стало ясно, что нам не устоять, велел прислуге двигаться вам навстречу. И беглецам кричал, чтобы двигались навстречу вашему императорскому величеству… и…

Алекиан снова заговорил, обращаясь к сэру Валенту:

— Выделите небольшой отряд с опытным командиром. Пусть попытается собрать людей маршала, кого только удастся. И главное — обоз. Если обоз уцелел, пусть идет за нами и присоединится к арьергарду. Я уверен, что ок-Икерн вел большой обоз, его припасы нам пригодятся. Ступайте.

— Да, ваше императорское…

— И еще, — перебил рыцаря Алекиан, — пусть этот командир при случае разузнает о судьбе маршала. Если сэр Брудо жив, ему надлежит прибыть ко мне.

— Да, ваше императорское… А что с нами? Мы не развернем колонну навстречу беглецам? Возможно, их преследуют?

— Развернуть колонну? — взгляд Алекиана выражал, пожалуй, удивление. — В этом нет нужды. Напротив, мы двинемся в Геву кратчайшим путем. Если маршал разбит, то, значит, все гевское войско сейчас там, на севере. Было бы очень хорошо, если враги преследуют разбитое войско маршала, это могло бы задержать их. Пусть армия движется, не снижая темпа, путь открыт. Ступайте, сэр.