Лягушка Баскервилей
Шрифт:
– Все вы, мужики, одинаковые, что на двух, что на четырех ногах, – за жрачкой помчитесь, про любовь забудете.
– Какого черта, старая ведьма, ты раньше колбаску не вынула? – тихо спросил хорошо поставленный баритон.
– Так думала, справитеся, – хмыкнула бабка. – Эка трудность, собак прогнать. Вы мне, кстати, колбасу теперь должны.
– Помогите… – простонал начальник, выпутываясь из пыльных тряпок.
Подчиненные ринулись на зов. Андрея Сергеевича подняли, стряхнули с него кошку, сняли остатки занавески и усадили на стул.
– Задержите ее, – простонал начальник.
– Кого? – засуетились милиционеры.
– Бабу! Такую… ну… в общем, женщину! Это она все устроила, – закричал Андрей Сергеевич.
Я ужом скользнула внутрь отделения. Так, надо спасаться… Но не могу же я уйти без Зифы! Где она, кстати?
Чем дольше я бежала по коридору, тем тревожнее становилось на душе. В конце концов почти добралась до двери с номером «15», пнула ее и увидела в предбаннике Зифу… в компании с дальним родственником ротвейлера.
– Как вы сюда попали? – вылетел машинально вопрос.
– Гав, – ответила Жозефина.
Дальний родственник ротвейлера опустил голову.
– Ну и что нам теперь делать? – занервничала я.
Мопсиха завиляла хвостом. Слишком довольный вид Зифы навевал нехорошие подозрения, но я быстро успокоила себя. Кобель слишком велик, чтобы заняться любовью с мопсихой, ему придется для этого лечь на пол. Нет, мне в голову лезет невероятная глупость… Но как покинуть отделение, минуя дежурку? Озлобленный Андрей Сергеевич жаждет крови, хотя, если разобраться, ну чем я виновата…
– Гав, – буркнула Зифа.
– Bay, – подхватил кобель.
– Немедленно замолчите, – прошептала я и схватила Зифу. Слава богу, ярко-красный пиджачок сидел на мне свободно, и не слишком большая Жозефина легко влезла под одежду.
Пока я засовывала Зифу под майку, ротвейлер сорвался с места и исчез. Издалека полетели крики:
– Держи!
– Хватай!
– Бей его!
– Собак поймать не способны! Уроды!
– Мяууу!
— А-а-а!
Дзынь, дзынь, дзынь!
– Я осколки собирать не стану. И верните колбасу!
– Заткнись!
– Во дает! В окно сиганул и даже не порезался…
– Идиоты, кретины, дебилы!
– Сюда, сюда, Андрей Сергеевич…
– Ведите его в кабинет.
– Осторожно!
– Дайте холодной воды.
– Лучше водки.
– Я дежурку убирать не стану. И верните колбасу!
– Заткнись!
– Вызовите врача.
– Аккуратненько!
Захлопали двери, потом стало тихо. Крепко прижимая к себе присмиревшую Зифу, я дошла до выхода. Около вконец разгромленной дежурки маячил незнакомый милиционер. Беременная женщина, двумя руками придерживающая снизу большой живот, не вызвала у него никаких подозрений.
Я благополучно миновала пост и, сопровождаемая издали причитаниями лишившейся колбасы уборщицы, вышла на улицу. Зифа высунулась из-под футболки. Мопсиха живо сообразила, что опасность миновала и можно спокойно вылезать.
– Где твоя хозяйка? – занервничала я, возвращаясь к тому месту, откуда началось приключение, и тут же услышала бойкое:
– Заждались? – Из-за угла выруливала Лерочка. – Не устали?
– Нормально, – процедила я.
– Муж позвонил, козел, пришлось разговаривать. Вы в порядке? Она пописала?
– Да, причем не один раз.
– Ой, спасибо! Ну, пока!
— Желаю удачи, – помахала я в ответ рукой и пошла к своей машине.
– Гав, – понеслось мне в спину, – гав, гав. Я обернулась.
– Она говорит «спасибо», – удивилась Лерочка. – Интересно, за что?
Глава 7
Квартира Розалии была опечатана, я внимательно оглядела бумажку. Похоже, ее не трогали, сбежавшая женщина домой не заглядывала. И что делать дальше?
Сходив на улицу, я купила в киоске журнал «Друг», уселась на ступеньки возле двери и стала читать статью про тойтерьеров. Минуты бежали, в конце концов стало понятно: Розалия не придет. Вдова неглупа: она, конечно же, сообразила, по какому адресу в первую очередь отправится наряд милиции.
Признав свое поражение, я стала звонить Федосееву.
– Сейчас не могу болтать, – нервно ответил Иван, – подъезжай к отделению через час.
Отсоединился следователь сразу, даже не выслушав мой ответ, а мне меньше всего хотелось возвращаться. Встреча с помятым в потасовке Андреем Сергеевичем не сулила ничего хорошего.
Желая изменить место встречи, я упорно пыталась снова соединиться с Федосеевым, но его телефон столь же упорно повторял: «Данный номер временно не обслуживается».
В общем, я доехала почти до нужного места, припарковалась на противоположной стороне улицы и увидела лоток, торговавший всякой всячиной.
– Кепка есть? – поинтересовалась я у продавщицы, толстой бабы в темно-оранжевой футболке.
– Слева гляди, – мрачно ответила торговка.
Я поворошила бейсболки.
– Они грязные.
– Знаю!
– Чистой не найдется?
– Нет!
Бабища явно не хотела общаться с покупательницей. Мне следовало уйти прочь, но желание изменить внешность перевесило естественную обиду.
– Может, панамку дадите?
– Тама, справа!
– Ой, они тоже в пыли.
– В курсе! Хорош выкобениваться! Не нравится – вали вон!
– Послушайте, – обозлилась я, – если станете вести себя подобным образом, ничего не заработаете. Хочу шляпу, с козырьком или с полями, еще темные очки и футболку, но только вещи должны быть чистыми, без пятен.