Любимчик Судьбы
Шрифт:
— Постой, постой, Бон! — взмолился Майкл, поднимая руки. — Мы, как я погляжу, все же неумолимо приближаемся к тяжелым пулеметам? Мы не готовим революцию, гражданскую войну или правительственный переворот. Мы просто собрались потрясти барыгу. Вот и все. Я надеюсь, что никого вообще убивать не придется. Так, может, если только пальнуть разок-другой в воздух, да и то необязательно.
— Я понял, землячок! Значит, «дайтону» убираем? — согласился темнокожий. — Гранаты, как я понимаю, ты тоже не будешь брать?
— Ты маньяк, — заключил Майкл. — Впрочем, я, наверное, не первый, кто это понял. Ты сам-то с чем ходишь?
— Я не ношу с собой оружия, землячок. Ладно, с «Ультрой» тоже проехали, — сдался Бон, стремительно оставляя позиции. — Тогда только для такого клиента, как ты, специально для такого бескровного случая...
Торговец со счастливым видом достал матово-черное оружие, выглядящее как помесь древнего автомата Томпсона и ручного гранатомета с двумя рукоятками. Короткий ствол большого калибра, «банка» магазина снизу, складной металлический приклад...
— Смотри, землячок! «Штурм 12-12». Автоматическое гладкоствольное ружье двенадцатого калибра с барабанным магазином на двенадцать патронов. В настоящий момент патроны снаряжены картечью. Эффект просто ошеломляющий. Если ты просто пару раз пальнешь из него по потолку или полкам, в супермаркете все обделаются по полной программе. Можешь даже предварительно о проценте с ближайшей прачечной сговориться. Впрочем, если придется стрелять по противнику на расстоянии до тридцати метров, это грозное оружие. А как выглядит, ты только посмотри.
— Для двух выстрелов по полкам мне вполне хватило бы обреза охотничьей двустволки с заячьей дробью, — съязвил Майкл, рассматривая действительно серьезно выглядевшее ружье. — Хотя выглядит оно и вправду достойно.
— Тебя с обрезом и заячьей картечью примут за хулигана из вандерской рабочей школы. Я тебе, землячок, плохого не предложу, — гордо заверил Бон. — Так что? Будешь что-нибудь брать?
— Ружье возьму, — сдался в свою очередь Майкл, гладя рукой матовый вороненый ствол. — А чего-то попроще, чем «глоки», у тебя есть? Дороговато больно.
— Извини, землячок, сейчас нет, — печально развел руки торговец. — Если подождешь немного, я тебе под заказ что угодно подтяну. А то и прийти должна партия хлама дешевого. Быстро разбирают такое. У нас район-то тут не шибко богатый и еще меньше разбирающийся в достойном оружии. А ведь сейчас без волын только дошколята еще бегают. А ты что, в супермаркете только на жвачку бабла стрясти собрался? Займи у кого-нибудь. Стволы — это вложение быстро окупаемое.
— Не парь мне мозги, Бон, — нахмурился Майкл. — Они скорее как презервативы одноразовые. Один раз выстрелил — и выкидывать приходится.
— Это если ты все же обчистил кого. А коли просто в банде бегаешь и таких же конченых ублюдков мочишь, то никто твой ствол и искать-то не станет. Можешь подождать чуток. Дня два-три, — напомнил темнокожий. — Должно много чего прийти. Будет тебе и дешевые производители, и даже секонд-хенд.
— Нет уж, спасибо, — решительно отказался Майкл. — Секонд-хенд меня в этом вопросе интересует меньше всего. Я возьму у тебя это ружье и три «глока».
— Майк, ты спишь? — прошептала Кэт, едва касаясь плеча Майкла.
Вместо ответа Майкл открыл один глаз и улыбнулся. Он не спал, но ему не хотелось сейчас даже разговаривать— только лежать и наслаждаться тем усталым бессилием, которое он испытывал после недавнего бешеного, вседозволенного и долгого секса с Кэт. И из этого ощущения счастья ему не хотелось выныривать ни при каких условиях.
— Я хотела сказать... — начала девушка, но замолчала, то ли подбирая слова, то ли передумав.
— У меня нет сил говорить, зайка, — блаженно оскалился Майкл, с трудом справляясь даже со своим языком. — Но если ты не будешь заставлять меня отвечать на вопросы, я с удовольствием тебя послушаю.
— Да нет, ничего, — печально качнула головой девушка. — Просто вдруг глупые женские фантазии накатили. А мужчину лучше не грузить ими. Мне очень хорошо с тобой.
Она подвинулась, ложась головой ему на живот, чтобы он не видел грусти в ее глазах. Однако движение это вызвало «побочную» реакцию. Майкл, почувствовав струящиеся по его животу волосы, вдруг представил совсем не невинную картину и ощутил, что почти готов к продолжению. Не говоря ни слова, он коснулся ее затылка, слегка подталкивая. Так же молча, как и Майкл, девушка поняла, чего он хочет, устремляясь навстречу его желанию...
Здоровенный парень со вздувшимися огромными мускулами не жалея сил лупил руками и ногами по большой тяжелой груше, снимая с этих мускулов забитость после тренировки со штангой и большими гантелями. После каждого удара груша, казалось, готова оторваться от удерживающей ее цепи, но крепили ее в свое время на совесть, и гулкие звуки ударов раздавались с частотой перестрелки. Неожиданно запиликал коммуникатор, заставляя прервать тренировку. Мало кто знал номер Майкла, да и все мелодии были выставлены индивидуально, поэтому с первых трелей он уже знал, что звонит Крыса Рик.
— Чего тебе? — без приветствия спросил Майкл, восстанавливая дыхание. — Надеюсь, ты не дурные вести хочешь сообщить?
— Привет, Майк, — заблеял на другом конце Рик. — У меня тут проблемы.
— Какие? — напрягся Майкл, гадая, в какое дерьмо Рик мог вляпаться в этот раз.
— Я тут немного расслабился, но, видать, лишку принял... — мямлил Крыса. — В общем, свалился я тут и ногу здорово сломал. Короче, в больничке сейчас валяюсь, на регенерации.
— Ну отлично! — завелся Майкл. — Ты, Крыса, подлянку круче этого не мог подкинуть? Завтра день работы. Моногравы уже в помойке. Все на мази. И тут ты нажираешься, как свинья, и ногу себе ломаешь. Жаль, что шею не свернул. Намного полезнее для всех это было бы.