Чтение онлайн

— Нет. Даже близко нет.

— Ты лжешь.

— Где твой телефон? — Я вижу, что он торчит в держателе между нами, и хватаю его. — Какой у тебя пароль?

— Я не скажу тебе свой пароль!

— Как ты думаешь, что я буду делать? Читать твои текстовые сообщения и электронную почту? Это может показаться неожиданностью, но меня это не интересует. Нисколько.

Няня отшатывается, как будто мои слова ранят. Я хочу сказать ей, что ей действительно нужно постараться иметь более толстую кожу, но меня не настолько это заботит, чтобы тратить энергию.

— Все пятерки.

Я набираю код.

— Похоже тебе не волнует, что кто-то вломится в твой телефон с таким простеньким паролем… Ого! Кто этот придурок с маленькой Мисс Классные Сиськи?

Няня пытается отобрать свой телефон, но я держу его вне досягаемости.

— Никто.

— О. Еще один никто?

Она вынуждена положить обе руки на руль, чтобы вести машину, а я внимательно смотрю пост в Instagram.

— Ночь, проведенная с бэйбом. — Значит, эти двое – пара. Никто больше не говорит «бэйба». Кто-то должен сообщить об этом Сиськам. — Почему ты так одержима... — Вдруг все встает на свои места. — Тебе нравится этот парень?

Кажется, няня хочет отрицать это, но уже слишком поздно, я могу сказать, что поймал ее.

— Он мой бывший парень.

— И ты хочешь, чтобы он вернулся.

— Я не... то есть... я не знаю… да, наверное.

Внимательно изучаю фотографию. Его нынешняя подружка — секс на каблуках, а маленькая няня... ну, няня в уродливых гребаных кедах.

— Удачи тебе с этим. Эта цыпочка горячая штучка.

— Ясно, хорошо. — Она стискивает зубы. — Спасибо, что напомнил. — Мы въезжаем на стоянку, и она паркуется и поворачивается ко мне. — А тебе никогда не приходило в голову, что некоторые люди могут находить личность человека привлекательной? Что, может быть, дело не в том, как они выглядят снаружи?

Я смотрю на нее со скукой, потому что у меня есть ответ на этот вопрос, но не думаю, что он ей понравится.

Няня протягивает мне руку.

— Верни телефон.

Я нажимаю несколько кнопок, прежде чем передать ей устройство.

— Грязные дела по цене барахла. — Я распахиваю дверь. — Текст песни буквально соответствует ее названию, гений. (прим. имеется в виду созвучие «Dirty deeds done dirt cheap» и «Thirty thieves, thunder chief»)

Она пристально смотрит на меня, и я ухмыляюсь, прежде чем захлопнуть дверь и уйти.

Направляюсь в конференц-зал все еще улыбаясь.

Глава 8.

БЕТАНИ

Когда пастор Бен в последний раз чистил свой морозильник?

Этот вопрос проносится в моей голове, когда я смотрю на свежие пакеты замороженных овощей, сложенные поверх кирпичей действительно старых замороженных овощей, покрытых ледяной коркой.

Бросаю взгляд на Эллиот, которая радостно рисует пальцами, сидя за кухонным столом. Она была занята, пока я чистила шкафы под раковиной, и, судя по ее напряженному взгляду на страницу, у меня есть еще минут пятнадцать, пока она не будет готова двигаться дальше.

Вытаскиваю все из морозилки и выбрасываю все несъедобное. Уверена, что замороженный горошек не должен быть сплошным кубиком льда. Все летит в мусорку. Может, после мы с Эллиот вытащим пластиковый бассейн. Обычно я не предлагаю этого, потому что слишком большая работа – вытащить его из сарая, очистить, а затем наполнить водой, но сегодня у меня есть запас энергии.

Вчера в церкви Уайт появился один.

Один!

Как будто этого было недостаточно, он остановился и спросил, как я поживаю. Некоторые могут сказать, что парень просто был вежлив, и в этом нет ничего необычного. Но дело не в этом.

Уайт улыбнулся, посмотрел мне в глаза, как будто действительно слушал. Я уже собиралась спросить его, где Сюзетта, но решила не напоминать о ней и не лопать наш пузырь.

В прекрасном настроении я готова начать новую неделю на позитивной ноте.

Не знаю, почему люди ненавидят понедельники. Они так же хороши, как и воскресенья, шанс для новых начинаний. И видит Бог, мне нужно новое начало. После целой недели, проведенной с Джесси Ли, мне во многом нужно покаяться. Этот человек просто бесит. Он эгоистичен и не задумывается о том, как его слова могут повлиять на других людей. Бессердечен и высокомерен, и... ладно, он немного забавный. Я имею в виду, когда не смеется надо мной, чего почти никогда не бывает.

Я дала новую клятву!

Я больше не позволю Джесси Ли причинить мне боль.

— Что это такое?

Помяни дьявола.

Вздыхаю и поворачиваюсь к возвышающемуся столбу татуированного торса, стоящего над картиной Эллиот.

— Я рисую балерину. — Эллиот продолжает водить рукой, покрытой синей смывающейся краской, по странице.

— Балерины не бывают голубыми. Они розовые. — Он подходит к кофейнику и берет кружку.

— Не слушай его, Эллиот. Искусство субъективно, а это значит, что балерины могут быть любого цвета, какого захочешь.

Хлопаю дверцей холодильника чуть сильнее, чем нужно, и ругаю себя.

Помни о своей клятве.

Джесси смотрит на меня, и вместо того, чтобы подпрыгнуть от страха, я ухмыляюсь. Широко.

— Желаю тебе доброго утра, Джесси Ли. Надеюсь, ты хорошо спал.

Прохожу мимо него с высоко поднятой головой.

— Да, пока не понял, что очнулся в телешоу 40-х годов.

Прочищаю горло и мысленно стряхиваю его подколку.

— Неудивительно, что ты сумел поразить женщин своим очарованием. — Я закатываю глаза и убеждаюсь, что он смотрит на меня, когда делаю это.

Джесси прислоняется задницей к стойке, и потягивает кофе, слегка улыбаясь из-за кружки.

— То, чем я поразил женщин, не имеет ничего общего с моим очарованием. Это все благодаря моему большому…

— Не вздумай заканчивать эту фразу!

Он щурит один глаз так, как большинство женщин сочли бы очаровательным, но не я.

— Самолюбию. А что, по-твоему, я собирался сказать?

Мое лицо пылает, и я занимаюсь уборкой вокруг Эллиот. Низкий рокот его смеха заставляет меня сжать кулаки и искать что-нибудь, чтобы бросить в него.