Чтение онлайн

Потом он вспомнил про пушку. Браунинг остался где-то в пабе. Парш обронил его между первым и вторым ударом. Поднявшись на ноги, он сообразил, что ему больно дышать. Ребра у него ныли, хотя он и не знал почему. Чертыхаясь, он вернулся в переполненный паб и подошел к стойке.

– Отдай мне гребаную пушку.

Поглядев на него, Сноуи вздохнул. В изучающем взгляде владельца паба Парш прочел сожаление. Сноуи кивнул кому-то, кого Парш не видел, но почувствовал, как дружеская рука поддержала его за локоть. Оглянувшись посмотреть, кто это, Парш увидел Заглушкера.

– Больше ты никакую кашу тут не заваришь, – строго сказал Заглушкер.

– Отвези его в больницу, ладно? – взмолился Сноуи. – Очень тебя прошу.

Заглушкер кивнул. Парш на мгновение опустил голову – кровь закапала на половицы. Потом Заглушкер вывел его на улицу.

Паршу совсем не хотелось в больницу, он утверждал, что дома ему будет лучше, но на полпути туда снова вспомнил про пушку и попытался вернуться.

– Она мне нужна.

– У меня твоя чертова пушка, – не выдержал Заглушкер. – Вот, возьми эту дрянь. Не знаю, где ты ее взял, и знать не хочу.

– А пошел ты.

– Послушай. Не возвращайся сегодня в паб. Понятно? Предоставь Сноуи мне, я сам все улажу. Дай ему остыть, через пару дней он успокоится. Но сегодня ты сидишь дома. О'кей?

– Просто отвали, сечешь?

Парш прижимал пистолет к груди, пока они не оказались перед входной дверью. Заглушкер спросил, нужна ли ему еще какая-нибудь помощь. Парш на него замахнулся, промазал и растянулся на собственном пороге. Заглушкер ушел, с отвращением покачав головой на прощание. Парш с трудом поднялся на ноги, нашарил по карманам ключ и вошел. Зажег свет и лег на диван. И, все еще сжимая браунинг, отключился.

Кучерявого толстяка, которому Злыдень съездил по физиономии, звали Джонни Медкрофт по кличке Жирдяй. Во второй вечер Злыдня на дверях Медкрофт все-таки заступил на службу: глаза заплыли, на носу пластырь.

– Просто не поверишь, мне врезал какой-то псих. Псих в лыжных очках. Ничего глупее в жизни не видел. Дал мне раза, а одному нашему парню отстрелил ногу. Первое правило вышибалы: если придурок выглядит как тупой урод, это еще не значит, что он не опасен.

Жирдяю было лет сорок пять. Называть новичка Абрахамом он отказался, заявив, что это имя для гомика, поэтому обращался к нему по фамилии, Стокер. Вскоре его примеру последовали остальные.

В молодости Жирдяй подавал надежды как боксер, но не удержался в рамках своей весовой категории. Сорок тысяч пирогов с мясом спустя Жирдяй был самым позорным с виду вышибалой, которого только встречал Злыдень. Жирдяй непрерывно курил, а в заднем кармане штанов всегда держал фляжку с бренди.

Пока они охраняли вход, третий вышибала по имени Сайрус патрулировал коридоры и зал на предмет драк и пушеров. Свои пергидролизные волосы Сайрус стриг "ежиком" и вообще выглядел как мелкий злодей из фильмов про Джеймса Бонда – один из тех бедолаг, кого бросают пираньям и кому до конца жизни больше не удается попасть ни в один фильм.

Сегодня была дискотека. Жирдяй ненавидел дискотеки – не за лазеры и шум, а потому что на них всякие прохвосты пытаются сбагрить безмозглым богатеньким ребятишкам из Брэмхолла и Чидлгульма тальк под видом наркоты. Приходится обыскивать карманы и сумочки, а на это требуется время, и на дверях их только двое.

– Почему мистер Пономарь не наймет больше людей?

– Потому что у него нет денег, – буркнул Жирдяй.

– Как это? На клубе же можно сделать состояние.

– Ага. Но Малькольму достается только малая доля. Львиная уходит большому дяде.

После того как они обыскали автобус ребятишек из Рочдейла, Жирдяй пошел выпить чашку чая и передохнуть. Вскоре появился Маленький Мальк спросить у Злыдня, как идут дела.

– Отлично, мистер Пономарь.

– Хорошо, – сказал Маленький Мальк, распространяя вокруг себя аромат цитрусового одеколона. – Не пойми меня неправильно, но я должен тебя обыскать.

Злыдень нахмурился.

– Я думал, вы уже это сделали.

Не переставая потирать руки, Маленький Мальк бросил Злыдню хитренький взгляд.

– Если ты пришел чистым, еще не значит, что ты и сейчас чист.

– Хорошо. Просто мне бы не хотелось, чтобы вы обыскивали не того...

Маленький Мальк уставился на него свирепо.

– Слушай, ты! – Внезапно его голос зазвучал в точности как у отца, да и сам он стал на него похож. – Ты просто шестерка с дурацким именем, мать твою. А после сегодняшнего вечера, возможно, и того меньше.

Жирдяй вернулся с перерыва как раз в тот момент, когда Маленький Мальк гневно потопал прочь, так и не обыскав новичка.

– С ним такое бывает, – сказал он. – Не бери в голову. Он по несколько дней жены не видит. Любой мужик начинает цепляться по пустякам, если ему некого трахнуть.

Настала очередь Злыдня идти на перерыв. Он толкнул дверь в мужской туалет, но она не поддалась. Выбив ее ногой, он увидел, как кто-то в смокинге отлетел к дальней стене. "Кем-то" оказался Сайрус. Двести пятьдесят фунтов перекатывающихся мускулов, а мужик не способен даже удержать дверь.

Униженный и рассерженный, Сайрус рявкнул на Злыдня:

– Вали в сортир наверху.

Расширенные глаза у него блестели, будто ему только что явилась Дева Мария. Но Злыдень решил, что дело скорее в кокаине, которого он нанюхался.

Злыдень не шелохнулся, поэтому Сайрус попытался его подтолкнуть. Злыдень не любил, когда его трогают – особенно мелкие злодеи из фильмов про Бонда. Он врезал Сайрусу в пузо, и с громким "Уф!" Сайрус сложился пополам. Вот это Злыдня удивило: он-то считал, что "Уф!" говорят только в комиксах. Потом он посмотрел поверх поверженного вышибалы еще на двух типов, которые стояли возле раковины. Между ними лежал черный дипломат. Открытый. Содержимого Злыдень не разглядел, но парочку узнал. Это были братья Медина. Они смотрели на него во все глаза: не шевелились и от удивления даже забыли разозлиться.