Чтение онлайн

— Какова же ваша цена? — вернул его к действительности вопрос Энтони.

— Прежде чем ответить вам, — сказала мисс Тулиф, — я от лица компании обязана осведомиться у мистера О'Кифа, действительно ли он желает продать эту монету.

Рэмзи загадочно улыбнулся и, помедлив, не епеша осмотрев свои новые изящные туфли на мягкой подошве и будто пригладив двумя пальцами воображаемые пышные усы, наконец решил, что выдержал достаточную паузу, и снисходительно кивнул головой:

— Да.

— Хорошо, — сказала терпеливо ждавшая его решения Клэрис. — Мистер Уэйнрайт, я выполнила вашу просьбу и узнала сегодняшние цены на частных аукционах. Я опросила потенциальных покупателей из тех, что могут позволить себе такую роскошь, и цены с утра значительно возросли. Вот, — она достала из портфеля какие-то бумаги, — два наиболее выгодных предложения.

Рэмзи взял у нее из рук два листа бумаги и просмотрел то, что на них написано. Лицо его покраснело, затем побелело, после чего приняло странный зеленоватый оттенок. Он вновь привстал с кресла и хрипло пробормотал:

— Вы издеваетесь надо мной?

— Я не понимаю, что вас смущает, — пожала плечами мисс Тулиф, — Аукцион проводился на конкурсной основе. И предложенные цены вполне достойны такой редкой находки.

Цвет лица Рэмзи продолжал оставаться таким же зеленоватым. Он недоверчиво покачивал головой и нервно постукивал по полу ботинком.

— Вы принимаете предложенные цены? — спросила его Клэрис.

— Да, — тихо пробормотал он, но потом справился с голосом и повторил это громче, передав бумаги с любопытством наблюдавшему эту сцену Энтони.

— Ну, Рэмзи, — весело произнес тот, насмешливо поглядывая на него, — каково чувствовать себя таким неприлично богатым?

«Странные люди живут в двадцатом столетии», — подумал О'Киф, переминаясь с ноги на ногу, пока мисс Тулиф доставала из портфеля еще одну бумажку.

— Мы знали, что вы согласитесь, — сказала она, протягивая ее еще не пришедшему в себя клиенту, — поэтому моя компания уполномочила меня вручить вам чек на означенную сумму.

Словно в тумане Рэмзи подписал протянутый ему чек и, обессилев, медленно опустился в кресло. Клэрис удивленно посмотрела на него. В силу своей работы она видела самые разные реакции клиентов на те или иные сообщения, но чтобы взрослый мужчина столь могучего телосложения падал в обморок при вручении ему денег — такое с ней было впервые.

— Приятно иметь дело с таким выдержанным человеком, — сказала она, пряча монету в небольшой бархатный мешочек и убирая его вместе с бумагами в портфель. Щелкнув замочком, она пожала на прощание руки обоим джентльменам и не спеша отправилась к двери. Остановившись на пороге, мисс Тулиф оглянулась и деловым тоном произнесла:

— Если у вас будет еще какое-либо дело ко мне, то вы знаете, как меня найти. — Она кивнула и закрыла за собой дверь.

Энтони проводил ее взглядом и подошел к О'Кифу, все так же ошеломленно созерцающему полученный чек.

— Забавно, не правда ли? — сказал Тони, с улыбкой глядя на его растерянное лицо.

— Да, — невнятно пролепетал тот, словно не совсем понимая, что он говорит. — Минуту назад я был нищим, а теперь поди ж ты…

Энтони усмехнулся и добродушно похлопал его по плечу. Он был доволен, что сумел помочь Рэмзи. Подойдя к невысокому шкафчику, он достал из него бутылку золотистого ликера и разлил вино по бокалам. Когда он обернулся, то увидел направленный на него пристальный взгляд О'Кифа.

— Почему ты беспокоился обо мне? — спросил тот, недоверчиво покачав головой. — Ведь ты ничем мне не обязан.

— Потому что надеюсь стать тебе другом, — ответил Тони, протягивая ему бокал с ликером.

— Насколько я знаю, так поступают финны. Но ты, кажется, не финн.

— Упаси меня Боже! Ты опять сосватал меня с каким-то чужим мне народом. А ведь я уже несколько раз говорил тебе, что я по национальности валлиец.

Ничего не отвечая на это, Рэмзи просто протянул Энтони руку. И тот с воодушевлением пожал ее.

— Спасибо, Тони. Я не забуду твоей услуги. Еще сегодня утром я ломал голову, как оплатить этот пиратский счет. — О'Киф вынул из кармана маленькую бумажку и помахал ею в воздухе. — А теперь знаю, что делать.

— Все это ерунда, — отозвался Уэйнрайт. — Но теперь тебе надо заняться лондонским агентом. А это деле может оказаться нелегким.

— Ничего, я приму этот вызов судьбы, Рэмзи приподнял бокал с ликером, приглашая выпить за благополучное решение всех проблем. И они, не долго думая, осуществили этот торжественный обряд. «А он — крепкий орешек», — подумал Энтони, гадая, как О'Киф справится с новым делом. Ведь лондонская фирма, от лица которой было передано послание, давно уже стала легендой в деловом мире. Начинала она со страховки морских судов и их грузов, теперь же стала едва ли не самой престижной страховой компанией, занимающейся в том числе оценкой картин, бумаг, документов и даже отдельных людей и частей их тела, подлежащих той или иной форме страхования. Компания существовала уже более двух сотен лет. И каждый ее сотрудник очень гордился ее значительностью и деловой репутацией. Так что Тони, как и Бейли, не верил в то, что они могли допустить ошибку. И думал, что Пенелопе волей-неволей придется разбираться с их посыльным.

Энтони прекрасно понимал ее беспокойство. Никто во всем свете ничего не знал о ее происхождении. Лучшие детективы, нанятые, чтобы хоть что-нибудь выяснить в этом вопросе, лишь беспомощно разводили руками. Получить же послание, пришедшее из прошлых столетий, казалось теперь совсем невероятным. И все же было любопытно, что содержит загадочный конверт, какие секреты об их прошлом таит он в своей глубине. Быть может, именно там скрываются ответы на все еще не разрешенные вопросы.

Тони покачал головой и нажал кнопку звонка. Через некоторое время дверь комнаты распахнулась, и на пороге появилась Пенни, за спиной которой виднелась сосредоточенная физиономия Бейли. Увидев Рэмзи, она резко остановилась, вглядываясь ему в лицо. Его широкая сияющая улыбка вновь поразила ее. Он стоял, прислонившись к стене и скрестив руки на груди, небрежно выставив вперед полусогнутую ногу. Вся его фигура дышала неукротимой силой и уверенностью в себе. Он высился в углу комнаты, словно памятник извечной мужской красоте. Так, что хотелось возложить венок на алтарь его совершенства. Горделиво поглядывая на Пенелопу с высоты своего роста, он будто ждал, что та принесет дары восхищения к его милостиво попирающим ее ногам.

— Ага, — недовольно проворчала она, заметив на столе полупустую бутылку ликера, — выпиваете по утрам? Не слишком ли рано, джентльмены? Я вижу, встреча прошла удачно.

— Еще бы, — отозвался О'Киф, подмигнув Уэйрайту.

Тони рассмеялся и пригласил Бейли присесть в большое кожаное кресло у стола. Тот, ни минуты не колеблясь, принял его приглашение и, положив на стол огромный черный портфель, видимо, доставленный ему курьером из отеля, вынул из него не менее огромный, запечатанный круглой печатью пакет, а следом за ним — какие-то покрытые мелкими буквами листы бумаги. Пенни с любопытством следила за его манипуляциями, думая о том, что не пожалела бы и трех золотых монет, подобных той испанской, которую им показывал О'Киф, лишь бы тайна, что так деловито готовился раскрыть Бейли, так навсегда и осталась бы тайной. «А впрочем, — подумала она, не спеша присаживаясь в одно из стоящих в комнате кресел, — пусть делают что хотят. Эти мужчины слишком любопытны. Они все равно не успокоятся, пока не выяснят все до конца».

Рэмзи опустился в кресло рядом с ней. Медленно покачав головой, он внимательно оглядел ее с ног до головы и, наклонившись, тихо сказал на ухо.

— Весь век бы смотрел и смотрел на тебя.

Ее ушко слегка порозовело от смущения. И, заметив это, он подумал, что теперь, когда его финансовые проблемы так удачно разрешились, ничто не мешает ему заняться более планомерной осадой еще не окончательно павшей крепости.

Решив не откладывать осуществления своих стратегических планов надолго, он тут же пустил в дело тяжелую артиллерию страстных взглядов и любовных вздохов. Не ожидавшая такой стремительной атаки, Пенни почувствовала, как вздрогнуло ее пораженное любовью сердце. Она с удивлением наблюдала решительную перемену, произошедшую в настроении атакующего ее кавалера. Еще совсем недавно он казался удрученным и испуганным какой-то известной лишь ему опасностью, теперь же его лицо излучало сияние уверенности и полного довольства собой.