Чтение онлайн

Я настолько увлеклась разбором записей, что не заметила, как пролетело время, и часы на стене над кафедрой доползли до одиннадцати вечера. А мой невыносимый ученик на занятия так и не явился.

Предположив, что адепт Руэда скорее всего сдался под напором прекрасной половины академии и вынужденно налаживал личную жизнь, я с преспокойной душой отправилась в общежитие.

На завтрак маг, кстати, тоже не явился. Как и на первую лекцию. И вторую тоже. И семинар. И вообще ни на одно занятие.

Быть может, я бы выдохнула с некоторым облегчением от его внезапного исчезновения, но только ленивый не подошел ко мне с вопросом «Где же Винсент?». Причем спрашивали не только адепты, но и магистры! Под конец дня меня настолько допекли этим вопросом, что я с самым решительным видом шагала в мужское общежитие, полная решимости устроить Руэда отменную головомойку. Ну и заодно какой-нибудь постельной грелке, которая, очевидно, приковала бедолагу к кровати и не отпускала на учебу весь день.

Мужское общежитие практически не отличалось от женского по архитектуре и степени обшарпанности за исключением невыветриваемого запаха табака. Конечно, курить на территории академии было категорически запрещено. Но адепты оказались довольно целеустремленными в своем желании угробить собственное здоровье. Настолько, что даже девчонки бегали курить в мужское общежитие.

Определить, в какой комнате живет Винсент, вообще оказалось проще простого. Я поймала первого попавшегося адепта за рукав и спросила:

– Где живет маг?

– Еще одна, – скривился в ответ парень, попытавшись высвободить руку.

Пришлось выразительно вскинуть бровь, как мама учила, при этом продолжая крепко держаться за ткань пиджака.

– Вам что, нормальных парней не хватает? – продолжил бухтеть адепт.

– Да это нянька его, – прокомментировал другой адепт, открывающий дверь в свою комнату, – все поклонницы уже в курсе, куда идти.

– А-а-а-а… – как—то сочувственно протянул первый попавшийся. – Третий этаж, седьмая комната.

– Благодарю, – я отцепилась от рукава и, полная мрачной решимости удавить Руэда за ужасные минуты прилюдного позора, направилась в комнату номер семь.

Поднимаясь на нужный этаж, я невольно ждала толпу девиц, караулящих Винсента. Но нет, никаких экзальтированных особ не наблюдалось. Обычный пустой этаж середины рабочей недели.

Я аккуратно постучала в нужную комнату и принялась ждать. Благодаря скверной звукоизоляции было слышно, что за дверью кто-то завозился, однако открывать мне не спешили. Я постучала еще раз, уже более настойчиво. А потом еще раз. И еще раз. В конце концов я усиленно пинала дверь, заставляя жителей этажа от любопытства выглядывать в коридор.

Мою маменьку, блюстительницу этикета, подобное поведение бы повергло в шок и конвульсии. Девушка ломится в комнату парня и даже не жениха! Немыслимо!

Но, к счастью, маменьки рядом не было, да и вообще кого-либо, способного рассказать о моем вопиющем попрании образа благородной леди.

Спустя минут десять, когда я в очередной раз занесла ногу для пинка, дверь неожиданно распахнулась. Я не успела среагировать, а потому злющий Винсент Руэда получил с хорошего замаха прямо пониже колена.

– Ой… – пискнула я, наблюдая, как парень меняется в лице.

Хотела извиниться, но потом вспомнила, что вообще-то очень зла, и продолжила наступление:

– Ты почему не явился на занятия? Каждая пара сегодня начиналась с вопроса «Лагерра, а где Руэда?» Я тебе в личные секретари не нанималась!

Парень продолжал прожигать меня многообещающим взглядом, и я невольно заглянула ему за плечо:

– Ты не один, что ли?

– Один, – процедил Винсент.

– И? – я скрестила руки на груди.

– Что? – раздраженно спросил он.

– И почему тогда не был на парах?

– Не твое дело, – огрызнулся Руэда и попытался закрыть дверь. Но я выросла с пятью братьями, и шансов отвертеться от головомойки у парня не было никаких. Втиснула ногу между косяком и дверью и прошипела так, чтобы никто из любопытствующих не услышал:

– Очень даже мое. Ты на пары не ходишь, а я как дурочка должна отчитываться за тебя перед магистрами, а потом еще и по прогулянным урокам натаскивать.

Винсент набрал в грудь воздуха для ответа, но заметил, как весь коридор замер в любопытном молчании, распахнул дверь и посторонился:

– Заходи.

Мысленно передавая маменьке пламенный привет, я шагнула за порог. Комната у парня была аскетична. Никаких лишних вещей. Да и личных тоже, если честно. Как будто он приехал пару минут назад и был проездом. На столе красноречиво стояла бутылка вина. Я решительно прошлась по комнате, осматриваясь.

– Ну, Винсент, сколько девиц тут было, что сутки не выходил из комнаты?

– Девиц? – не понял парень.

– Ну, не один же ты все это время тут сидел?

Я внимательно посмотрела на Руада и заметила то, что за собственным возмущением не увидела сразу: щетина, мятая рубашка, поникший вид, потухший взгляд.

– …или один?

Парень равнодушно пожал плечами и сел в кресло. Вот не люблю я задушевные разговоры с мужиками, вечно приходится тянуть калеными клещами по слову.

– Что случилось? – спросила я, осмотрев стул на наличие грязи перед тем, как тоже присесть.

– Ничего, – сухо ответил парень.

– «Ничего» не отдает таким унынием. Рассказывай давай, – потребовала я.

– Тебя это не касается.

– Ты совершенно прав, я не имею права задавать такие вопросы, – согласно кивнула я. И как только парень расслабился, добавила: – Права не имею, но буду. И буду до тех пор, пока не расскажешь.