Любовь против мести

– Женщина-конгрессмен Фишер звонит по второй линии, Дерек Мид все еще ждет на третьей линии, а Оуэн Уинстон – на четвертой, – сообщила пожилая секретарша Клэр своему боссу Маку Валентайну, развалившемуся в кресле в современном и роскошно меблированном кабинете.

Клэр работала у Валентайна уже восемь лет и очень любила наблюдать за ним в те моменты, когда он готовился уничтожить какого-нибудь конкурента. Она считала его безжалостным, неустрашимым бизнесменом и иногда даже называла черногривым, чернооким демоном, испытывающим своих служащих.

Мак улыбнулся. Его секретарша была права. Если служащие не соответствовали его высоким требованиям и не справлялись с работой, то он сразу же увольнял их.

Клэр посматривала на Мака, будто ребенок, ожидающий десерта.

– Мистер Уинстон говорит, что звонит вам уже второй раз, сэр.

Он взял телефонную трубку.

– Скажите женщине-конгрессмену и Миду, что я им скоро перезвоню. И хорошенько закройте за собой дверь.

– Конечно, сэр, – сказала явно разочарованная Клэр и вышла из кабинета.

Мак откинулся на спинку кресла.

– Слушаю вас, Оуэн.

– Наконец-то! – раздался раздраженный голос собеседника. – Я ждал уж слишком долго. Что вы хотите от меня?

Услышав дрожь в голосе пожилого Оуэна, Мак почувствовал удовлетворение. Он повернулся в кресле, чтобы видеть в окно небо Миннеаполиса.

– Я не стану терять время, спрашивая, зачем вы все это делаете.

– Не понимаю.

– Я также не буду вынуждать вас признавать очевидное, – сказал Мак. – Вы стараетесь подорвать репутацию конкурирующей фирмы, и все потому, что выдохлись и потеряли деловой нюх.

Мак уже представлял, как мрачнеет лицо Оуэна.

– Вы не понимаете, о чем говорите, Валентайн...

– И что еще вам остается? – холодно продолжал Мак. – Вот вы уже начали паниковать, Оуэн.

– Что за чушь! – пробормотал Оуэн.

Мак продолжал, будто не слыша собеседника:

– Уважающий себя бизнесмен должен признать, что устал, и удалиться от дел. По утрам ему следует играть в гольф, а после обеда сладко спать.

– Уважающий себя бизнесмен, Валентайн, – Оуэн горько рассмеялся, – не стал бы предоставлять наиболее выгодные условия сделок привилегированным клиентам, а именно длинноногим и пышногрудым особам.

– Я могу привлечь тебя к суду, Уинстон.

– Ты с твоим острым умом не допустишь, чтобы эти мои слова стали известны суду, поэтому процесс надолго затянется. А это еще хуже отразится на твоей репутации.

Мак несколько мгновений собирался с мыслями, потом заговорил поразительно спокойным голосом:

– Возможно, с тобой придется действовать иначе, нежели через суд.

– Какой же ты умница, Валентайн! А теперь уже поздно, у меня...

Мак поднялся и шагнул по направлению к двери.

– Я найду другой способ, – прервал он Оуэна, – чтобы заставить тебя заплатить за содеянное.

– Уже восьмой час, Валентайн, – натянуто проговорил Оуэн. – Я должен идти на ужин.

– Конечно, отправляйся домой, к семье, – Мак открыл дверь кабинета и жестом подозвал Клэр. – У тебя милая дочурка, как ее зовут?

Оуэн не ответил.

– Вспомнил! – Мак повел бровью, подавая знак Клэр. – Ее зовут Оливия. Красивое имя.

Мак наблюдал за тем, как Клэр подошла к компьютеру и принялась отыскивать нужную информацию.

– Мне говорили, что она красива и мила, любит своего отца и не замешана в скандалах. Интересно, как скоро удастся испортить такую благонравную особу?

Клэр взглянула на Мака. На ее лице отражалось одновременно уважение к боссу, любопытство и ужас.

– Не приближайся к моей дочери! – взвился Оуэн.

– Я не религиозен, Оуэн, но считаю, что в случае с тобой лучше всего действовать по принципу «око за око», – Мак вернулся кабинет. – Возможно, я надменен, эгоистичен, но не занимаюсь мошенничеством. Каждому из моих клиентов я предоставляю жесткую гарантию вне зависимости от пола. Ты же зашел слишком далеко.

Мак отключил телефон и подошел к окну. Над городом нависли грозовые тучи.

– Она владеет компанией «Домашний уют для холостяков».

Мак даже не повернулся к секретарше.

– Что это еще за компания?

– В журнале «Миннеаполис мэгэзин» в прошлом месяце была опубликована статья с фотоснимком на обложке. Три женщины – шеф-повар, художник по интерьерам и устроитель вечеринок – создали...

– Фирму по обслуживанию неженатых клиентов, желающих получить уют в доме и домашнюю еду, – продолжил он.

– Верно.

Мак повернулся к секретарше и кивнул.

– Отлично! Назначьте встречу с Оливией Уинстон на этой неделе. Похоже, мне нужны ее услуги.

– Вы читали статью, сэр?

– Не помню... кажется, видел ее мельком.

– Эти женщины очень независимы и пользуются уважением в деловой среде. Они решительно отвергают все попытки мужчин завести с ними роман.

Мак усмехнулся про себя.

– Назначьте мне с ней встречу на завтрашнее утро.

Закусив губу, Клэр кивнула и вышла из кабинета.

Мак расположился за письменным столом и принялся просматривать документы клиентов, которые отказались сотрудничать с ним после того, как услышали измышления Оуэна Уинстона два дня назад. Интересно, удастся ли их когда-либо вернуть?

Маку хотелось уничтожить ублюдка Уинстона, однако быстрая расправа оказалась бы для того слишком легким наказанием. Оуэн опорочил имя Мака, значит, он, в свою очередь, воспользуется его дочерью.

Пусть это жестоко, но дочурка Оуэна ответит за потерю Маком и его служащими прибыли, а также за глупость своего отца.