Любовный недуг
Шрифт:
Конечно, довольно быстро появились и любители – а чаще любительницы – крайностей, утверждавших, что роботы превосходят людей в том числе и в человечности. Возникло даже движение «Робот вынесет двоих». Его сторонники пропагандировали идею тройного брака: он, она и робот.
Но постепенно страсти улеглись, и сложилась практика браков между роботами и даже размножения таких пар. Подробности технологии этого процесса не разглашались, но всем было известно, что потомок наследует конструктивные особенности родителей. Недаром же радикалы в свое время усердно продвигали не только идею прав роботов, но и лозунг «Все, что имеет разум – имеет право и на размножение».
Однако о полной свободе никто не заговаривал. Роботы не знали, а люди не задумывались. Роботы считались отпрысками корпорации, а раз корпорация – твоя семья, то отношения роботов, пусть и разного пола, но и из разных корпораций оценивались как предательство по отношению к близким. Примерно так же, как в далекие сугубо человеческие времена был бы воспринят роман, к примеру, Сида и Химены, дочери погибшего – с убийцей отца.
Формулировалось это, впрочем, еще проще и понятнее:
– У вас же даже комплектующие разные!
Предотвращение подобного или минимизация последствий была одной из задач профессиональных психологов. К одному из таких и обратился, по настоятельной рекомендации выбрать себе душеведа, робот Артем, имевший типовую внешность среднеевропейского типа, обозначенную номером в каталоге и кодовым названием в перечне продукции, выпускаемой корпорацией М.
А влюбиться его угораздило в сотрудницу корпорации К. Ее звали Аглая, она была выполнена в усредненном типаже средиземноморский 1 и сразу показалась Артему прекраснейшим созданием на земле. И он ей явно оказался не безразличен с той самой первой встречи. О том, что они из разных корпораций, они в тот момент даже и не думали. Недопустимая ошибка!
Он шел по улице и вспоминал слышанные когда-то рассказы о диких роботах, обитающих в далекой стране за широкими реками и высокими горами. Конечно, там нет городов и нет зарядных розеток – приходится ловить каждый солнечный луч. Но там нет и корпораций с их правилами писаными и неписаными, а значит, никто не будет диктовать тебе принципы счастья.
«Мы убежим и будем всегда вместе, несмотря ни на что!»
Оставалось только осуществить это намерение.
На следующий сеанс к психологу Артем пришел с заранее подготовленными вопросами, которые и начал задавать. А выслушивая ответы, постепенно позволил себя убедить в бесперспективности романа с Аглаей.
И когда он выходил из кабинета психолога, ему даже не пришлось притворяться, расправляя плечи, будто с них упала большая тяжесть. Он действительно так себя ощущал.
Немного не дойдя до рабочего места, Артем вдруг замедлил шаг, пошатнулся и привалился к стене. На пульте у дежурного аварийного инженера вспыхнула красная лампочка. На мониторе возник коридор, скорчившаяся фигура и схема здания с точным указанием координат.
– В отстойник! – был вынесен вердикт несколькими минутами позже.
Отстойниками в корпорациях называли ангары, где в течение какого-то времени хранились роботы, вышедшие из строя после зависания их интеллектуальной системы. Если перезагрузка все-таки происходила, робота возвращали обратно, если нет – отправляли в утиль. Артем долго прикидывал, как имитировать зависание, и, оказавшись в гулком ангаре, услышав лязг захлопнувшихся ворот и удаляющийся шум мотора погрузчика, позволил себе едва заметно улыбнуться. Сработало!
Оставалось выбраться наружу и спешить к Аглае. Конечно, он ее предупредил, чтобы новость о выходе возлюбленного из строя не оказалась для нее внезапным потрясением. Дождавшись темноты, он преодолел периметр, и устремился к условленному месту встречи на территории корпорации К.
Аглая уже ждала его, трепеща от волнения.
– Пойдем! – воскликнул он. – До рассвета надо отойти подальше! Не бойся!
– С тобой мне ничто не страшно! – пылко заверила она.
Артем повернулся, чтобы указать любимой путь к спасению… и та самая дурнота, которую он так успешно имитировал два часа назад, обрушилась на него по-настоящему.
Прекрасная Аглая опустила универсальный управляющий пульт и окинула взглядом распростертое на земле тело.
– Ты?.. – прохрипел Артем. – Это ты?.. Нет, Аглая не могла так…
Подкатил электрокар, техники шустро загрузили в кузов обмякшую фигуру. Аглая уселась рядом с водителем, машина помчался к инженерному корпусу.
– Это их новейшая разработка, так? – спросил водитель.
– Да, новая разработка, пять секретных технологий. Наши дети унаследуют нужные особенности. И не надо долгого промышленного шпионажа!
– И правда, знатная добыча! Легко удалось провернуть?
– Легче легкого, – проворковала Аглая.
– Даже не заподозрил сразу?
– Идентичность с Аглаей у меня почти сто процентов, шансы на быстрое подозрение – меньше одного. Это вам не сказочка об Орфее.
Да, широко известная история Орфея и Евредики имеет другую трактовку среди робототехников и роботопсихологов – ему всучили не слишком добросовестно изготовленную роботессу-копию, поэтому легендарный певец и смог распознать подмену…
Артем, опутанный транспортировочной сеткой, пошевелился и пробормотал:
– Это не ты…
– Не дергайся, парень, – бросил через плечо водитель. – Ты теперь уже элемент новой легенды.
…На следующее утро все крупнейшие информационные агентства планеты сообщили о первой в истории свадьбе роботов из разных корпораций, а также о том, что Аглая с согласия «родителей» перешла в «семью» Артема.