Любой ценой
Шрифт:
То, что я узнал об амулете Херстов, завораживает меня и еще больше укрепляет в желании найти его. Происхождение амулета все еще является загадкой. Наша мама наделяла амулет магической силой фей, оживляла его парой-другой проклятий и уверяла, что он украден у белой ведьмы, но я уже давно вышел из того возраста, когда верят в то, чего нельзя ни потрогать, ни увидеть.
Все же интересно отметить, сколько людей — и среди них немало тех, кто обладает могуществом, — завладевали этим амулетом, но только для того, чтобы поскорее от него избавиться, словно он жег им пальцы. Это странно и заставляет задуматься.
Мойра проснулась оттого, что лучи солнца упали на кровать и плечам стало тепло. Она повернулась на бок, чтобы еще больше насладиться теплом солнца, и обнаружила, что постель было теплой даже там, где солнечного света не было. Она приподнялась на локте и увидела, что матрас рядом слегка вдавлен. Роберт.
Она оглядела комнату, пытаясь собраться с мыслями. Гостиница. Обед с Робертом. И… Ничего другого в голову не приходило.
Она не помнила ни как оказалась в спальне, ни как разделась, ни даже как легла в постель.
«Но я же выпила совсем немного бренди. Я что… уснула?»
Должно быть, так. Другого объяснения не было. Положив голову на руку, она посмотрела на лежавшую рядом подушку. Как же так? Он был так близко, а она спала. Она уже так давно просыпалась в пустой постели, что ей казалось странным, что можно ее с кем-то разделить. В их маленьком домике Ровена, конечно, часто прибегала утром к ней в комнату и просила разрешения лечь с ней под одеяло.
Мойра сглотнула комок в горле. Где теперь Ровена? Перед глазами Мойры появился образ спящей Ровены, которая устроилась у нее под боком. Ее маленькое сердечко бьется совсем рядом с ее сердцем… Слезы подступили к глазам Мойры, и она прикусила губу, чтобы не расплакаться.
«Никаких слез. Просто достань шкатулку». А когда дочь вернется к ней, она заставит Энистона заплатить за все. «Думай только об этом и ни о чем другом».
Слезы не пролились, но они все еще давили на глаза. Она никогда не привыкнет к тому, что Ровена не с ней.
Каждый раз, когда она думала об Энистоне, ее начинала душить ярость.
Мойра стиснула зубы и села.
Стук копыт во дворе гостиницы заставил ее обернуться. Она быстро вылезла из постели и подошла к окну. Грум Роберта и еще какой-то человек запрягали лошадей. «Черт бы тебя побрал, Роберт! Ты не уедешь без меня!»
Она протянула руку за одеждой и остановилась. Ей нужны седельные сумки, где у нее есть два платья и гребешок. Хотя платье наверняка помялось, все же оно больше подходило, чем вчерашний мужской костюм. Она натянула отделанную кружевами рубашку, застегнув ее у ворота. Может, позвать служанку и попросить принести седельные сумки и?..
В дверь постучали. «Это служанка! Наверно, она принесла завтрак? Я бы перекусила…» Мойра открыла дверь, спрятавшись за нею.
— Пожалуйста, пошлите кого-нибудь за моими седельными…
Седельные сумки ударились об пол у ее ног, и дверь закрылась.
Она смотрела на Роберта, который был уже выбрит и одет. Он выглядел как никогда спокойным и хладнокровным и был одет по последней моде. Она не верила своим глазам.
— Доброе утро, — произнес он, оглядев ее. — Мне нравится эта рубашка.
У Мойры запылали щеки, и она поспешила оттащить сумки к кровати. Открыв одну из них, она достала аккуратно завернутый в оберточную бумагу пакет.
— Я видела, что уже запрягают лошадей, и подумала, что ты собираешься уезжать.
— Я посылаю своих людей с поручением. Оказалось, что почтовая карета сюда не доезжает, так что мои люди должны будут ее где-нибудь перехватить.
— Почтовую карету? Зачем?
— Ты путешествовала в карете Энистона, поэтому я понял, что слуги были его. Я не хочу, чтобы они за нами шпионили. Вчера Лидс, Стюарт и я убедили людей Энистона, что они больше не нужны, и я посылаю их обратно к хозяину.
Она не могла не понять логики Роберта.
— Жаль, что я не увижу реакции Энистона, когда они к нему вернутся.
Глаза Роберта блеснули.
— Я тоже об этом жалею. А пока… я принес твою одежду и приказал принести тебе ванну. Хозяин гостиницы сказал, что понадобится час, чтобы подогреть воду, так что у тебя есть время позавтракать, если хочешь.
— Спасибо. — Она развязала ленту, которой был перевязан пакет. — Я не думала, что просплю так долго.
— Сон был тебе необходим, но я рад, что ты наконец встала. У нас много дел перед тем, как мы отправимся за шкатулкой.
Он так тепло улыбнулся ей, что Мойра не нашлась что ответить. К тому же ей не хотелось слишком подробно анализировать то чувство счастья, которое вызвал тот факт, что дело у них с Робертом наконец общее.
Она развернула пакет и достала из него светло-зеленое муслиновое платье, отделанное зелеными лентами.
— Мне надо послать за чемоданами и… — Она осеклась, увидев, что он улыбается. — Ты уже это сделал?
— Я еще рано утром послал человека, чтобы он забрал твои чемоданы в доме сквайра и отправил их в Балнагон. Он должен приехать вскоре после нас.
— Ты обо всем подумал.
— Я стараюсь. Надеюсь, в твоих чемоданах есть все необходимое для этой экспедиции?
— Да. Мы будем отличными партнерами, — удовлетворенно заключила она.
— Посмотрим.
Он сел в кресло у камина, с восхищением наблюдая за Мойрой, одетой лишь в ночную сорочку и белую рубашку. Когда она подошла к умывальнику, солнце осветило ее сзади, и на мгновение стали видны ее длинные стройные ноги.
Черт! Роберт заерзал в кресле. В отличие от Мойры, проспавшей всю ночь, он почти не сомкнул глаз. Он все время чувствовал теплые изгибы ее тела, прижатые к его спине. Он намеренно лег к ней спиной, чтобы не выдать предательской реакции своего тела, и так уже слишком заметной.