Чтение онлайн

— Ты видел миссис Макджеймс? — Так как конюх смотрел на него с недоумением, Роберт добавил: — Такая красивая, рыжеволосая.

Лицо конюха просветлело, и он сказал с чудовищным шотландским акцентом:

— А… эта. Ее лошадь уже была под седлом, так что она вскочила на нее и умчалась, будто за ней гнались бешеные собаки.

— Черт! — Роберт выглянул из дверей конюшни на длинную дорогу, которая вела к дому. — Пошли кого-нибудь за моей каретой. Мой грум выгуливает лошадей неподалеку.

— Простите, сэр, но в карете вы ее вряд ли догоните. Тем более что она поехала не по дороге, а вон туда. — Конюх махнул рукой куда-то через плечо Роберта.

Роберт обернулся, и сердце у него упало, когда он увидел за широким полем густой лес.

— Да-а, — с восхищением продолжал конюх. — Она перескочила через забор и помчалась по полю. Эта девчушка неслась как ветер. Отличная наездница.

— Она отлично умеет трепать нервы, — огрызнулся Роберт.

Конюх хихикнул:

— Что вы хотите от женщины? Они все такие.

Роберт подошел к высокому забору вокруг поля. Стиснув кулаки, он пытался сдержать душившую его ярость.

Опять она от него сбежала.

А ему ничего не оставалось, как вернуться к своей карете.

Густой туман опустился на кривые переулки и узкие улицы района доков Эдинбурга, будто желая скрыть их позор. Мощенная булыжником мостовая была мокрой, и сырость пронизывала Мойру насквозь.

Она пыталась отгонять от себя мрачные мысли, но ей это плохо удавалось. Прошло больше недели с того дня, как она столкнулась с Робертом Херстом, но немногие минуты, проведенные с ним, что-то изменили в ней, сделали ее уязвимой. А это состояние было ей ненавистно. Он заставил ее — не предпринимая никаких усилий — почувствовать себя так, будто она невеста, только что ставшая женой. Слабость вообще была не в ее характере, а сейчас надо быть сильной как никогда.

Роберт все еще в Шотландии и продолжает поиски. Но он ее не найдет. Она всегда умела заметать следы.

Мойра спрятала лицо под капюшоном и остановилась на углу улицы, чтобы оглядеться. Она уже один раз заблудилась и не могла позволить себе заблудиться опять.

Из переулка донеслись звуки пьяного хохота, и на улице, шатаясь, появились двое мужчин. Один из них заметил ее и сказал что-то, от чего его приятель покатился со смеху. Мойра постаралась поскорее убраться подальше.

Она свернула за угол и чуть было не упала, споткнувшись о лежавшую на мостовой фигуру в лохмотьях, от которой разило джином и немытым телом. Было трудно понять, мужчина это или женщина, но, возможно, этот человек нуждался в помощи. Может, на него напали, а потом оставили валяться на земле, посчитав за мертвого? В этом районе было много воров и бандитов.

Она положила руку на небольшой пистолет, спрятанный на поясе под плащом. Это была прелестная вещица с изящной гравировкой на рукоятке и коротким тонким стволом. Пистолет был настолько мал, что мог поражать лишь с очень близкого расстояния. Тем не менее она владела им очень хорошо и не раз убеждалась в том, что он вполне достаточен для защиты. Оглядевшись, она потрясла лежащую на земле фигуру за костлявое плечо.

Фигура зашевелилась, и из лохмотьев показалось грязное женское лицо.

Мойра присела на корточки.

— Как вы себя чувствуете, миссис?

Женщина заморгала, а потом закашлялась.

— Я просто упала.

Она махнула рукой, отталкивая Мойру, будто недовольная тем, что ее разбудили, и, свернувшись клубочком, осталась лежать прямо посреди улицы.

Мойра пошла дальше. Пройдя несколько шагов, она услышала бой часов с прилегающей к улице площади.

«О Господи, я опоздала!» С бьющимся сердцем она побежала в сторону кладбища при церкви. У низких чугунных ворот стоял большой черный экипаж, который в тумане выглядел зловеще. Мойра прижала к груди руку, стараясь унять боль в сердце.

«Я должна успокоиться. Мне надо контролировать ситуацию и оставаться сильной».

Она пересекла площадь, сжимая кулаки. Подойдя к карете, Мойра откинула капюшон и пригладила волосы. Кучер сделал ей знак остановиться.

Ей казалось, что олень в венке из белого вереска, изображенный на дверце кареты, смотрит на нее с глумливой насмешкой. Она ненавидела этот герб и все же всем сердцем хотела его увидеть.

Кучер слез с козел и, минуя двух дюжих лакеев в ливреях, подошел к дверце и постучал. Через мгновение дверца открылась, и из кареты вышел мужчина.

Джордж Энистон был одет как самый настоящий денди: светлые волосы пострижены и тщательно уложены и напомажены, большой галстук заколот булавкой со сверкающим рубином, брюки в тонкую полоску соответствуют последней моде.

Капризная мина делала его в два раза моложе своего возраста.

— Ты опоздала.

— Я заблудилась в тумане. Если бы у меня была карета…

— Тебе известны правила. — У него был молодой голос и гладкое лицо школьника. Когда Мойра с ним познакомилась, она ошиблась, приняв его за слабого, глупого и неумелого человека.

Правда, ошиблась она всего однажды.

— Значит, шкатулки там не было? — спросил он.

— Кажется, ты не удивлен.

Он, конечно, уже знал, что ее там не было. Мойра не стала показывать ему, что разочарована. Ей никогда не удавалось быть хотя бы на шаг впереди Энистона. Он всегда знал. И именно этим был так опасен.

— После того как ты уехала из города, мне сообщили, что артефакт, который я ищу, был продан какому-то коллекционеру в Шотландии.

— Значит, у Бэнкрофта шкатулки никогда не было. — Внутри у нее все кипело от негодования. — А ты послал меня неизвестно зачем. Просто так.