Чтение онлайн

Мисс Торнтон все время издавала какие-то жалобные звуки, похожие на сдерживаемое рыдание. Герцог был раздражен, так как видимо не испытывал желание вести какие-либо разговоры с гувернанткой в данном месте и в данное время. В конце концов, Блэйкстоун объявил в несколько жесткой форме, что мисс Торнтон в ближайшее время ждет расчет. Затем немного смягчившись, видя переживания женщины, он пообещал подыскать ей другое место и дать соответствующие рекомендации. На вопрос о том, кто будет заниматься воспитанием девочки после ее отъезда, мужчина ответил, что, вероятно, Виолла отправится в пансионат для благородных девиц за границей, где и продолжит свое обучение.

Мисс Торнтон попыталась что-то возразить, но Блэйкстоун резко прервал женщину и велел отправляться в замок. Та, смирившись, тихо удалилась. На какое-то время воцарилась тишина, девушке даже показалось, что птицы смолкли, и ветерок перестал шелестеть в листве деревьев. Тем более неожиданным для нее оказался голос герцога, произнесший несколько ироничным тоном:

– Мисс Уэлсон, можете больше не прятаться, поднимайтесь в беседку!

Лизабет вздрогнула, и хотела пуститься наутек, но вспомнила о своем намерении поговорить с герцогом на чистоту. Судорожно вздохнула, поправляя букет из листьев. Затем медленно обошла беседку, поднялась по ступенькам и предстала перед мужчиной.

– Ваша светлость, - она сделала небольшой книксен, от которого Блэйкстоун поморщился, как будто проглотил что-то кислое.
– Я не ожидала вас здесь встретить.

Герцог молчал какое-то время, бесцеремонно разглядывая девушку, начав с ее лица, затем его взгляд пробежался по платью, задержался на листьях в руках, как на самом ярком пятне на фоне черного, и снова вернулся к лицу. Он немного хмурился, поджав губы, и было отчего. Девушка была слишком красива, даже в этом мрачном наряде. Фиалковые глаза были широко открыты, темные длинные ресницы таинственно обрамляли их, оттеняя белоснежную кожу. Алые губы были немного приоткрыты и блестели, видимо, девушка облизала их от волнения. Герцог не мог оторвать взгляд от этих полных губ, вспомнив вдруг поцелуй "на прощание" в Лондоне. Кровь в венах забурлила и ударила в голову. С трудом взяв себя в руки и напомнив себе, что он шел за мисс Уэлсон не для совращения, а с целью выяснения отношений, мужчина произнес охрипшим голосом:

– Мисс Уэлсон, надеюсь, вы не считаете меня глупцом?

Лизабет грустно вздохнула.

– Нет, не считаю...думаю, должна объясниться. Только прошу не перебивать меня, ваша светлость.

– Хорошо, тем более, что я очень хочу услышать ответ на вопрос - почему после столь необычного знакомства и вашего исчезновения, вы снова оказываетесь у меня на пути, да еще в моем собственном замке?
– запальчиво произнес мужчина и жестом руки предложил присесть.

Лизабет присела напротив герцога на скамью и начала говорить, объясняя, как случайно прочла объявление в утренней газете о сдаче в аренду апартаментов в Даркхолте, затем вступила в переписку с миссис Бигли, не будучи знакома ни с самим герцогом, ни с его владениями. Мужчина, молча слушая ее голос, закинул ногу на ногу и положил руки, сомкнутые в замок, на колени. Легкое недоверие читалось на его мужественном лице. Упрямая челка упала на широкий лоб, вызвав у Лизабет желание прикоснуться к ней.

– Вы можете мне не верить, но я не искала встреч с вами... То, что я оказалась в вашей карете, скорее можно расценить необдуманностью с моей стороны или безрассудством, это уж как вам будет угодно, но, будучи в сильном волнении. Я мало что соображала на тот момент. Единственным моим желанием было укрыться где-нибудь поскорее...

– От кого вы бежали из оперы? Вы должны мне сказать, если хотите, что бы я вам верил, - обеспокоенно потребовал ответа Блэйкстоун.

Лизабет нервно облизала губы, чем опять невольно спровоцировала интерес мужчины к ним.

– Я не могу вам сейчас рассказать всего, но ...хм-м...в общем, меня преследует один человек...

– Мужчина?
– уточнил герцог, подавшись немного вперед и подумав при этом "и почему меня это не удивляет?".

– Да, - только и ответила она, посмотрев на листья в руках.

– Ничего удивительного в этом нет, как мне кажется, - вдруг заметил Блэйкстоун, и усмехнулся.
– Трудно забыть такую девушку, как вы, мисс Уэлсон...кстати, а ваша фамилия должно быть вымышленная, да? Ну, конечно, иначе отчего бы вы вдруг так покраснели, - глядя на смущенную девушку, герцог вновь нахмурился.
– И давно он вас преследует и с какой целью, хотелось бы мне знать?

Лизабет удивленно посмотрела на мужчину.

– Зачем вам это?
– спросила она.

– Ну, хотя бы для того, чтобы оценить степень опасности для моих домочадцев, мисс Уэлсон. К тому же ... мне неприятно думать, что при встрече с этим человеком, а такую возможность не стоит сбрасывать со счетов, я не узнаю его и приведу прямо к вам. Мне бы очень хотелось оградить вас от подобного риска. Расскажите об этом мужчине, кто он, что из себя представляет и почему преследует вас?

Лизабет с каждым произнесенным им словом испытывала возрастающее чувство удовольствия, что герцог переживает за нее и беспокоится. "А вдруг это игра, - испугалась она, - чего он добивается, вызывая во мне расположение? Нет, ничего я вам не расскажу, ваша светлость, по крайней мере сейчас..."

– Вряд ли он может представлять какую-либо опасность для вашей семьи, ваша светлость, - и, улыбнувшись немного грустно, девушка спокойно добавила, - к тому же мои поклонники не могут вас интересовать всерьез. Я только хотела вам объяснить, что не искала с вами встречи... мой необдуманный поступок привел к столь нелепому знакомству, о котором стоит просто забыть и сделать вид, что мы с вами не встречались до настоящего времени.

Пока они разговаривали незаметно стемнело и похолодало. Девушка почувствовала озноб, то ли от холода, то ли от нервного напряжения. Герцог превратился из хладнокровного и жесткого гордеца в заботливого мужчину, небезразличного к ее судьбе. Это настораживало и в тоже время манило ее к нему, словно бабочку на свет.

– Ваша светлость, прошу меня извинить, но я замерзла, да и стемнело уже..., - запинаясь, ответила девушка и встала, желая уйти.

Блэйкстоун понял, что момент откровения упущен. Одно радовало, что они могли уже спокойно разговаривать. При этом он был уверен в том, что девушка не рассказала ему всей правды о преследующем ее человеке, следовательно, она была достаточно сдержана в речах и не доверчива, что не могло ни внушить уважения. Редкая женщина могла бы отличиться подобной сдержанностью. Любая другая, наверное, сразу бы выложила ему всю историю в надежде обрести в его лице верного рыцаря и защитника, со всеми вытекающими отсюда последствиями и привилегиями. Мисс Уэлсон либо действительно считает его неподходящей кандидатурой на эту роль, либо пытается его еще больше заинтриговать.