Чтение онлайн

– Только вместе…

«Та-ак, – лихорадочно соображал Семен. – Кое-что проясняется! Те хоть изредка забивают негодных быков, ритуальные турниры устраивают, а эти, получается, вообще их не трогают?! Зато с их помощью охотятся на крупную дичь! А что, хорошо устроились – летом молочная диета, зимой мясная! Вот до чего анимизм может довести! Эдак в степи одни туры останутся. Впрочем, в моем мире самое распространенное крупное животное – это корова, их далекий потомок».

– Твои люди слышали о Брате-Мамонте?

– Слышали… Он принес счастливый дым…

– А о том, что он категорически не советовал людям-быкам переходить реку, вы не слышали? О том, что здесь земля Мамонта, вам никто не сказал?

– Сказал… Мамонт отдаст свою силу быкам…

– Бивень в задницу он вам отдаст! – начал злиться Семен. – Давай, вставай – двигаться надо! Вон, ребята уже с мясом закончили. Ходить-то можешь?

Семен поднялся и стал смотреть, как ворочается пленный. Особой жалости он к нему не испытывал, да и надо было проверить, насколько тот дееспособен. Тигдеб встал на четвереньки, потом, опираясь на правую ногу, поднялся во весь рост. Он, кстати, оказался немалым – на добрых полголовы выше Семена.

– Шагай к нарте! – приказал вождь и учитель народов. – Уезжать отсюда надо.

Пленник шагнул левой. Добросовестно попытался перенести на нее вес тела, но нога подогнулась. Он упал бы, если б Семен не успел его подхватить.

– Ох, и тяжелый, блин! Давай уж, опирайся!

Нужно было сделать от силы десяток шагов – всего лишь обойти тушу быка. Семен решил не отвлекать неандертальцев, упаковывающих груз на нартах. Полпути было пройдено успешно, но возле бычьей головы получилась заминка – тигдеб остановился и забормотал:

– Нет… Так нельзя… Мне надо… Только вместе…

– Чего еще тебе надо?! – возмутился Семен и отпустил его. – Ползи на карачках!

– Мне надо… Вместе… – бормотал пленный.

Он стоял возле мертвой головы, покачивался на здоровой ноге и теребил завязки на вороте своей меховой рубахи. Пальцы, однако, его не слушались, и осталось неясным, что он собирался с ними сделать. Поняв, вероятно, что ничего не получится, он опустил руки, кое-как прихватил полы обеих рубах и потянул кверху. Одной рукой прижал их, а другой попытался приспустить штаны спереди.

– Ты что, мочиться на своего друга собрался?! – изумился Семен и отступил на пару шагов в сторону. – Ну и нравы у вас!

Тигдеб задрал лицо к небу, что-то прошептал одними губами, опустил голову, качнулся вперед и…

И рухнул вниз, всадив острый бычий рог в свой голый живот.

– День ошибок! – скрипнул зубами Семен. – День глупостей!

Переваливаясь на коротких кривоватых ногах, подошел Хью. Он остановился возле дергающегося тела и вопросительно посмотрел на Семена.

– Да, – кивнул тот. – Надо.

Неандерталец наклонился, протянул руки. Движение было коротким и резким. А хруст шейных позвонков – тихим.

Семен доел мясо и запил его добрым литром бульона. На душе у него немного полегчало, захотелось поговорить, пожаловаться кому-нибудь на злую судьбу и, может быть, получить поддержку. Хью, как это часто с ним случалось, почувствовал Семеново желание на расстоянии и совершенно случайно оказался у костерка руководителя экспедиции. В одной руке неандерталец держал здоровенный шмат сырого мяса, от которого без помощи ножа отдирал зубами куски и заглатывал, почти не жуя.

– Садись, повечеряем, – кивнул Семен. – Бульона попей – в котле еще осталось.

– Хью мясной вода любить, – признался неандерталец и опустился на корточки.

– Похоже, застряли мы тут, – вздохнул Семен. – Завтра, наверное, полдня нарты чинить придется.

– Завтра можно чинить день весь. Ехать надо нет.

– Это еще почему?! – удивился начальник.

– Снег. Сильно снег.

– Метель будет? Сильный ветер со снегом? – догадался Семен. – Ты чувствуешь?

– Хью знать, – пожал плечами главный неандерталец. – Другой темаг тоже знать. Снег быть – да. Сильно ветер – знать точно нет.

– Та-ак… – протянул Семен. – Давно известно, что неприятности любят сбиваться в стаи. В одиночку они ходят редко. Надо вещи собрать и сложить, чтобы не потерять под снегом.

– Вещи давно собрать, – улыбнулся представитель «альтернативного» человечества и выдал: – Враг – бить. Еда – иметь. Неприятность где – Хью видеть нет!

– Зря я погнал вслед за Рыжим, – покаялся Семен. – И вы за мной… Нарты вот переломали…

Хью посмотрел на него с удивлением:

– Зря нет совсем! Делать надо так только.

– Это почему же? – со слабой надеждой поинтересовался Семен.

– Мамонт – наш, – ответил неандерталец. – Он сражаться ходить. Мы ходить с мамонт вместе. Нужно так всегда.

– Ну, а если бы мы не вмешались, эти рогачи бы все равно разбежались, – усомнился Семен.

– Не-ет, – засмеялся неандерталец. – Хью такой бык знать хорошо. Когда бык много, он бояться мало. Мамонт кричать, собаки лаять, все на бык бежать. Он испугаться, он убегать.

«А ведь парень прав, – подумал Семен. – Эти животные при угрозе перестраиваются в оборонительное каре, защищая молодняк и самок. Атаковать такой строй не станет никакой мамонт, как бы разъярен он ни был. У него просто нет соответствующей инстинктивной программы. А при массированном нападении быки просто разбежались. И люди (хозяева или братья?!) не смогли им помешать… Кстати, о людях!»

– Слушай, Хью, я ведь так и не понял, где находились нирут-куны. На быках ехали, что ли?

– Нирут-кун бык спина лежать, – авторитетно заявил неандерталец. – Две руки их быть. Бык с нирут-кун два край ходить. И центр ходить.

– Их и не видно было…

– Да, – кивнул Хью. – Одежда как бык, запах как бык.

– Дерьмом, что ли, обмазались? – выдал гипотезу Семен.

– Хью знать нет, – пожал плечами неандерталец. – Семхон нирут-кун живой говорить успеть?

– Успел немного. Они, похоже, совсем чокнутые. Этот без своего быка и жить не захотел. А ты, случайно, не видел, куда наш Рыжий делся?