Лютейчик

На этой стороне Земли , несмотря на зиму, была чудесная, радостная, теплая погода. Здесь росли пальмы и разные зеленые кусты. А в это время приближался Новый год. Бывает же такое!

И вот сюда-то, на берег небольшого чудесного сине-зелено-золотого пруда пришел Лютейчик. Он брел по мягкой травке, но совсем не радовался теплу и грядущему празднику. Лютейчик знал, что его мечта встретить Новый год с веселыми друзьями снова не сбудется. Друзей у него не будет. А все почему: дело в том, что Лютейчик очень странное и даже страшноватое существо – весь в шипах и иголках, красной чешуе, и с зелеными рогами. Все так боялись его, что, увидев, норовили сразу куда-то залезть.

. Тут на берегу Лютейчик увидел ма-а-а-ленький желтенький цветочек.

– Ой, – сказал Лютейчик, – ты кто? – Он тут же позеленел, и из ушей у него повалил пар.

Цветок отклонился в страхе в сторону, но убежать не смог.

– И ты меня боишься, – сказал огорченно Лютейчик, и веки его стали красно-золотые и опустились к клыкам. – Я – Лютейчик. Это, наверное, от слова «лютый». Все так говорят. А что это такое, я не знаю. Они убегают прежде, чем объяснят. Может, ты знаешь? Наверно, это что-то очень плохое?

Цветочек молчал, и только его стебель и листья тихо подрагивали.

– Вот и ты молчишь. Я знаю, тебе тоже очень хочется убежать, но ты не можешь. Не бойся, я сейчас сам уйду, чтобы ты не мучился, на меня глядя.

Лютейчик чуть не заплакал. И несколько тлеющих угольков все-таки скатилось из его глазниц. Он повернулся, чтобы уйти.

– Постой, – вдруг сказал цветок, – Меня зовут Лютик. Видишь, мое имя похоже на твое, но меня никто не боится. Здесь дело, наверное, не в имени. А в чем-то другом.

– Ты такой красивый, – кивнул Лютейчик и присел рядом.

– Н-да, – сказал Лютик, – А что такое «красивый»?

– Не знаю. Думаю, это что-то, чего не боятся, – вздохнул Лютейчик.

– Наверное, – согласился Лютик. Согнулся на своей ножке и выпрямился. – Послушай, а ты спроси у того, кто все это придумал. Может, он скажет, почему ты такой.

– Пожалуй, ты прав, – кивнул Лютейчик, – пойду, спрошу.

Он встал и пошел по направлению, где жил Бог. Бог был в это время занят и попросил Лютейчика подождать какое-то время. Нужно сказать, это был очень серьезный и занятый Бог, но доброжелательный. На табличке его кабинета так и было написано: «Доброжелательный Господи». Когда он пригласил посетителя, наконец, войти, тот был уже фиолетово-серый.

– Не бойся, – сказал Бог, – Я не кусаюсь. Выкладывай, зачем пришел.

– Разве ты не знаешь? Тебе же все всегда известно…– удивился Лютейчик.

– Все знать, видишь ли, мне ни к чему, да и некогда.

Он нажал какую-то кнопочку на приборе на столе и, посмотрев куда-то вдаль, сказал:

– Значит, говоришь, все от тебя шарахаются?

– Ага. Зачем ты меня таким сделал? Может, переделаешь?

– Зачем я тебя таким сделал, – повторил Бог и заходил из угла в угол, – Если б я знал, пробормотал он, – Не помню. «Зачем». Зачем-то надо было.

Он продолжал мерить кабинет шагами.

– Так, – вдруг остановился он, – переделывать тебя мы не будем. Говоришь, цветок этот, как его?

– Лютик, – подсказал Лютейчик.

– Да-да, Лютик. Это он тебя ко мне послал?

– Он посоветовал…

– Правильно. Но он-то тебя не испугался?

– Поначалу испугался, но он бегать не может…

Бог почесал макушку.

– Ага, может, остальным тоже ноги поотрывать?

– Ой-ой! – ужаснулся Лютейчик и посинел так, что казался совсем черным. – Что ты! Что ты! Н-не думаю. Н-не надо, Господи. – Он попятился к двери. – Я и так все понял. Господи! Я сам…Я постараюсь им понравиться. Честное слово. Точно. Постараюсь, – он уцепился за дверь, – Ой, Боже мой!

– Бесполезно, – вздохнул Бог, – Лучше переселись от них куда-нибудь. Должно же быть место, где живут такие, как ты. Я должен был… Погоди…

Бог подошел к Телефону. Набрал номер и поднес его к уху.

– Не отвечает, – сказал Телефон.

– Нет дома, что ли?

– Занято.

– Вечно он с кем-то болтает… когда родной брат звонит. Набери еще.

В это время Телефон зазвонил сам.

– Хэллоу, – сказал Бог, – Слушаю, – он дунул в экран, – Вас плохо слышно! Эй! Ага. Вот. Это ты. Привет. Я тебе только что звонил. Каюсь, ругался. Да, по делу. Мне нужно одного моего поднадзорного переселить. Как не можешь? Почему? Своих полно? Мест нет? Мой Я, но что делать? Как самому расхлебывать! Ну, брат! Ничего толковее ты мне посоветовать не можешь. Если бы я не был доброжелательным, я бы тебе это припомнил, да еще и Отцу пожаловался. – Он дунул опять на экран. – Эй! Алло! Сам-то зачем звонил? Конкурс? Когда? Не поеду. А мне плевать на карьеру. Понял? Все. Пока.

Он вздохнул и положил трубку.

– И этот не поможет. Ладно, – сказал он притихшему у двери Лютейчику. – Ты иди, а я что-нибудь придумаю.

Лютейчик, опустив голову, так что рога доставали до зеленой дорожки, открыл дверь, сказал «до свидания» и, осторожно прикрыв ее, поплелся к выходу.

Бог покачался в кресле.

– Конкурс, – пробормотал он. – На лучшую программу! Поворот в судьбе!!! Чем Я не шучу! – Он потер руки. – Посмотрим! – И принялся нажимать кнопки на пульте компьютера.

Тем временем Лютейчик сидел почти у самой воды и смотрел на свое отражение.

– Я не понимаю, – качал он рогами, – ну, конечно, я отличаюсь от местного населения, даже очень. Но почему они меня боятся? Я же ни разу никого не пугал, я никому не подставлял копыто, я никого не колол рогами и шипами…И вообще никогда никаких пакостей никому не делал. А если и было что-то такое, то я же нечаянно…

Он вздыхал и вздыхал, а рядом мерно покачивался Лютик.

Вдруг к ним подбежал какой-то субъект. Вместо головы у него было полено, а вместо волос – несколько шариков. Он чуть не наступил на цветок, и Лютейчику пришлось-таки подставить ему копыто.

– Ах ты чучело! – заорал, выпучив глаза, Субъект, растянувшись на траве. – Распустил тут ноги.

Он поднялся.

– Извините, но вы чуть не растоптали моего друга, – сказал Лютейчик.

Субъект заозирался.

– Кого это?

– Вот этого, – объяснил Лютейчик, показав Субъекту Лютик.

– А, – махнул рукой Субъект. – Понятно. Да, ладно, слушай, дружище, пожалуйста, спрячь меня, – попросил он Лютейчика, глядя в его глазницы. – А то они из меня сейчас мочалку сделают.