Чтение онлайн

Девушка состроила гримаску комического отвращения.

– Ой, не напоминайте.

– Мы обнаружили, что за этой жалкой, причудливой формулировкой кроется… – Эйдриан умолк – Впрочем, неважно. Остальное я расскажу вам вечером. Драйден-хаус, Трампингтон. Мимо не пройдете.

Девушка выглядела заинтригованной.

– Хорошо. Значит, до вечера, доктор Хили. Э-э… до свидания.

– Всего хорошего, Шела. Да, и еще, Шела.

– Что?

– Буду вам благодарен, если вы пока никому об этом ни слова не скажете. Вы скоро узнаете – почему.

Эйдриан полюбовался в окно, как девушка скачками пересекает муравчатую лужайку во Дворе боярышника. Потом улыбнулся, присел за стол и написал короткую записку.

«Белоголовому орлану. Коврижка. Незамысловатая. Думаю, можно начать игру. С любовью, Темный вран».

Он откинулся в кресле, сунул написанное в факс и нажал кнопку автоматического набора номера. Посмотрел, как листок бумаги уезжает в пыхтящую машину, и снова подошел к окну.

На другой стороне двора он увидел в открытом на втором этаже окне старика. Старик на миг наклонился, копошась в чем-то у себя на столе, потом выпрямился во весь рост, помахивая только что оторванным листком бумаги. Он повернулся к Эйдриану, взмахнул листком, точно майский танцор носовым платком, и бойко сплясал короткую джигу.

Эйдриан рассмеялся и отступил от окна.

Дональд Трефузис и его «Беспроводные эссе» впервые появились в программе «Незакрепленные концы» на Радио-4 Би-би-си. Я хотел бы поблагодарить ее режиссера Яна Гардхайза и диктора Неда Шеррина, предоставивших профессору трибуну для обнародования его идей и наблюдений.

Эта книга никогда и ни за что не была бы написана, если бы не неистовые угрозы и безжалостный шантаж со стороны Сью Фристоуна из издательства «Уильям Хейнеманн» и Энтони Гоффа из литературного агентства «Дэвид Хайэм».

Я благодарен моим родителям за исследования, проведенные ими в Зальцбурге, Тому Райсу – за разрешение процитировать «Я не знаю, как любить его», Хью и Джо Лори за прочтение рукописи – даром что у них были сотни куда более интересных дел – и Джо Фостеру за все вообще.