Чтение онлайн

empty-line/>

Гексакль Мидал

Триада Куллов

Королевский замок

Высокие лорды даже не заметили разницы. Даже если бы сейчас Грун поднялся из капсулы и сел за стол, его как ни в чем ни бывало, попросили передать горчицу.

Ануд замахал руками , привлекая внимание принца. Рене понял все по своему.

– Когда дело касается спаривания, хвосторогие жабы выращивают себе большой красный хохолок и начинают бить себя руками вот так.

Принц зеркальным жестом скопировал движения советника. Среди собравшихся раздались хлопки. Поминки с элементами циркового представления были очень популярны в Шушоране. Особенно когда уходил кто - то, чьего ухода ждали больше, чем иного дня Рождения. Однако отмочить такое на похоронах царя пока не решались, хотя очень хотели.

– И когда икринки приникают к околожаберному мешочку...

– Слово имеет первый советник Ануд Маразмус!

Рене с облегчением покинул остопаскудившую тумбу. Наследник престола не признавала какой - либо вид мебели, если из - за его укрытия нельзя было вести огонь. Глядя на присутствующих, соблазн взяться за плазменное ружье был огромен. И еще у него чесались руки. Он вспомнил, что со вчерашнего дня он никому не бил морду.

Нахлебники и прочая страждущие вернулись к угощениям. Близость покойного монарха никому не портила аппетит. Знать Триады Куллов вообще забывала про всякое чувство брезгливости, когда дело доходило до халявы.

Прощаться с монархом решили в тронном зале. Из всех помещений он был наиболее вместительным, и оттуда можно было быстрее всего переместить в криофонд при помощи тека. И еще он был более всего близок от кухни и от туалета.

– Друзья!
– на этом слове большинство присутствующих залезло в коннект, чтобы узнать значение сего странного слова - Наша скорбь безгранична, ибо вчера, в результате вероломного нападения, ушел наш правитель, закатилось наше солнце.

Рене зевнул и потер лоб под стальным обручем. Корону принцу так пока и не сковали, а батюшкина налезла бы ему только на запястье.

А сейчас по Первому Интеграл - Тв идет открытие чемпионата гексакля по атмосферному дайвингу, а он как дурак торчит здесь. И надо было этой принцессе все испортить...

...Кто за - прошу поднять руки!

Рене удивленно поднял голову. Те же инстинкты, которые советовали ему сперва давать еду любимой собаке или слуге, от которого тошнит, а потом уже есть самому, подсказывали, что он что - то пропустил.

В воздух тотчас взметнулся лес рук. Скорее всего, Ануд спросил, кому завернуть с собой жареной голени.

– Мы раздавим их подобно тому, как конь Маскула раздавил своими копытами фриггских змей!
– патетично вопил придворный поэт.

– Мы сыграем в их честь особый реквием - мрачно обещали солисты придворного оркестра.

– Мы их морально изничтожим! Мы занизим их самооценку до уровня Великой Впадины и наградим несметными комплексами - должность придворного лекаря души была скорее номинальной, нежели реальной, но на заседаниях он обычно присутствовал. А уж после того, как батюшке прописали таблетки от маразма, его присутствие становилось жизненно необходимым.

– Мы разделаем их под орех и порубим в фарш!
– подытожил главный шеф - повар, ставя на стол запеченого целиком трихозавра.

– Ваше величество, когда мы выступаем?
– верховный главнокомандующий возник будто из ниоткуда, в полной боевой выкладке.

Инстинкты не просто подсказывали - они кричали. Рене чувствовал, как по спине бежал нехороший холодок, когда его называли "величеством".

– Куда выступаем?
– вид у будущего монарха был откровенно жалкий. Особенно, когда часть лордов увидела, что он в задумчивости начал ковырять пальцем в носу и так умудрился сломать корону.

– Мы сотрем эту курицу в порошок! Да -да, непременно в порошок! После - добавим в декокт от натопышей, у меня как раз назрели двое подходящих.

– Ты прав, главный алхимик! Пора вернуть ее обратно в то дерьмо, откуда она пришла!

– Спешите реализовать новый план удобрений, мастер агроном?

– А что мне - у меня картопля колоситься ну и ладно.

– Да какая у тебя картопля? Одна ботва? Где изящное переплетение ростков? где прямые линии?

– Мой сектор по крайней мере приносит реальные доходы, мастер искусств! И в своей жизни я держал в руках кое - что потяжелее пилочки для ногтей.

– Вонючий крестьянин, да как ты смеешь - полировальный кубик полетел агроному в голову. Тот не остался в долгу и запустил в мастера искусств еще не родившимся баклажаном, вырвав его из пространственно - временного континуума. Над телом завязалась драка.

Про будущего короля забыли. Рене как никогда хорошо теперь понимал своего покойного дядю Бруна, который настолько не хотел становиться королем, что утопился в колодце.

– Довольно!
– Ануд усилил голос рупором - Решать - королю.

Советник смотрел на Рене влюбленными глазами. Кронпринцу было невдомек, что в этот момент он как раз представлял, что не далее чем послезавтра на прощальном столе будет лежать совсем другой гробик - раза в два больше. И тело там будет гораздо моложе.

В зале повисла тишина. Впервые в глазах окружающих Рене видел не порицание за то, что он разбил статую коня Маскула или сотворил еще что - то непростительное, а надежду и ожидание.

– Эээ - как назло, в голову ничего не лезло. Начинать войну не хотелось. Хотелось лечь рядом с батюшкой и притвориться мертвым.
– Мы не будем воевать пока Лулле у них.

– Все слышали?
– поддержал советник- Мы позовем ее величество на переговоры.

Ануд был несказанно доволен. Если и сегодня по каким - то причинам ничего не получиться, полоумная баба, услыхав про смерть доченьки, закончит дело.

По залу прокатился стон разочарования. Лорд - генерал злобно сплюнул и вместо пола случайно попал на лоб покойника. Ануд сделал вид, что ничего не заметил.