Чтение онлайн

Получается, нужно все так же делать, как товарищ Сталин завещал, никуда не деться от этого. Он, конечно, так не миндальничал, опытный и беспощадный был хозяйственник, понимал, что никого оставлять из враждебного населения не стоит в любом случае. Проблемы с этим будут постоянные и неодолимые.

Ладно, дальше посмотрим, пока завоевать требуется заново сначала немалую территорию.

А самое главное — это как через Думу провести императорский указ о проведении референдума в Польше?

Как бы и Пятую Думу разгонять не пришлось, там националистов совсем мало, как в Четвертой, зато, все сплошь настоящие патриоты и великие государственники. Ага, на иностранном жаловании. Состав примерно такой же собрался, только что удалось высадить из нее несколько десятков замаравшихся сотрудничеством с иностранными державами депутатов прежнего созыва.

То есть, они сами отказались выдвигаться в депутаты после плотного и обстоятельного разговора в комитете.

Те, кто не попал на допросы и на кого не дали обличающих показаний знакомые, выбравшие путь раскаяния и сотрудничества со следствием.

Однако, Керенский и его неразлучный товарищ Терещенко все же пробрались туда. Ну, один здорово популярный заботой о простом народе адвокат, только, не очень еще понятно, за чей счет этот масон за русский народ переживает.

А второй — богатейший сахарозаводчик, готовый тратить свои миллионы на слом системы самодержавия. Про него известно, что для Ротшильдов старается очень эффективно. Обязательно необходимо перед моим уходом вопрос закрыть с ним.

Нет на них пока никаких явных доказательств у нас, придется и дальше плотно работать над их связями.

Однако, поутру, уже за завтраком из дворцовой едальне для офицеров меня снова позвали к Николая Второму, чтобы еще раз обсудить имеющиеся обстоятельства с другими советниками императора.

Я тут же оказался в его кабинете, заполненном теми сановниками, которым он сам доверяет.

На самом деле, поняв до какого ожесточения дошла война в Европе и сколько там гибнет людей — как-то больше никто из людей поумнее вокруг императора не ратует за участие в «маленькой победоносной» войне.

Это теперь прерогатива брехунов-депутатов и особо продажной прессы.

Всех откровенно пугают астрономические цифры потерь, еще теперь имеется общее мнение, что мы к такой войне абсолютно не готовы даже морально. Еще орудий большого калибра явно не хватает и снарядов тоже совсем недостаточно.

За одну операцию не самого большого размера в Шампани и Артуа выпущено по приблизительным подсчетам пять миллионов снарядов с обоих сторон. Погибло и ранено двести тысяч человек со стороны англичан и французов и сто сорок тысяч отсиживавшихся в обороне немцев. От цифр расхода снарядов даже у императора кружится голова, что уже тут говорить про остальных советников. А это далеко не самая кровопролитная битва, так, мелкое сражение, совсем незаметное на фоне остальных…

Однако, оказалось, что император немного поменял практику прохождения своих указов через Думу. Теперь хватает пару раз вынести царский новый законопроект на обсуждение депутатов и дальше он автоматически оказывается принятым.

Подложил себе император соломки на всякий такой случай, может это делать не чаще двух раз в год, чтобы совсем значение Думы не нивелировать в глазах общественности. И не разгонять ее постоянно, а то сплошные выборы уже всем надоели. Проходят все равно в депутаты только ставленники крупного бизнеса и остальные прощелыги такого же типа.

— Как-то это странно все же — отказаться от одного из самых промышленно развитых районов империи, — глубокомысленно замечает один из советников императора.

— Выбора просто нет. Иначе — неизбежная война с Германией и, естественно, всеми странами Оси. Кайзер объяснил мне это предельно четко, господа, — хмуро отвечает Николай Второй.

Я пока не вступаю в дискуссию, находясь в стороне от обсуждения возможных вариантов избежать одновременно и войны, и отдачи территории. Советники не понимают, что это придется сделать неизбежно, потому что кайзеру и его правительству необходимо продемонстрировать хоть какие-то успехи своему народу.

Конечно, вступать в войну с самой крупной державой Европы — это очень смело, но, он сам и его Генштаб абсолютно в курсе того, насколько Российская империя не готова к войне с технологичным и продвинутым в военном искусстве врагом.

Немецкие шпионы здесь просто везде, они точно знают состояние армии и промышленности России.

Тем более, Австро-Венгрия уже разбила Сербию, пока удерживает Италию от вступления в войну и может уже всеми своими силами обрушиться на нас по приказу из Берлина.

Ну, еще Португалия объявила войну Германии по настоянию англичан и теперь помогает живой силой.

Союзники тоже будут беречь себя и накапливать вооружения, если немцы перекинут много сил на Восточный фронт. Ни за что не попробуют помешать Германии разгромить Россию в одиночестве, на это нечего и рассчитывать.

Уже 1916 год на подходе, мы и так выиграли полтора года мирной жизни, окрепли за это время и можем бросить Финляндию пока, если очень прижмет, чтобы вступить в войну с немцами и их союзниками. Они тоже хорошо потрепаны прошедшими боями, только, научились воевать еще лучше, а вот мы точно нет.

Произвели за мирное время какое-то количество тяжелой артиллерии, догнали ее число до четырехсот стволов и снарядов тоже накоплено теперь побольше. Все равно уступаем в разы немцам, но, бой на первых порах сможем дать.

Я знаю, что Германия все равно не потянет долгую войну на два фронта, Россия, наверно, сможет избежать революции и окажется в числе победителей.

Однако, на хрен это нам нужно это испытание? Помогать бывшим союзникам в войне? Только ради одного того, чтобы избежать этого исхода, стоит очень-очень постараться. Пусть англичане, французы и вскоре примкнувшие к ним американцы на своей шкуре перенесут тяготы и лишения сражений с немецким милитаризмом. Мало им не покажется, а мы лучше продолжим торговать со всеми и спокойно сидеть на берегу реки, дожидаясь, когда мимо проплывут трупы врагов. Даже ценой уступки и так не очень нужных территорий, поэтому я вступаю в разговор: